Оксана Маякова, автор портала «Культура.РФ», www.culture.ru
10 Декабря 2022 г.
Упаковки в виде пирамидок для молока стали одним из символов СССР. В Советском Союзе они появились в начале 1960-х годов. До этого молоко покупали либо в стеклянных бутылках, либо на разлив из больших бидонов в собственную тару.
Однако у этих способов продажи были существенные недостатки: молоко из бидонов быстро скисало, а стеклянные бутылки бились при транспортировке и стоили дорого. Многие мыли их и сдавали в специальные пункты приема, чтобы компенсировать цену. Новая картонная упаковка решила эти проблемы: продукт в ней хранился столько же, сколько в стекле, цена была ниже, а пустой треугольничек просто бросали в мусор.
Существует множество версий, почему прижилась именно пирамидальная упаковка. Исследователи приписывают ей особую прочность, отмечают удобство из-за устойчивого основания. Однако истинная причина популярности пирамидок довольно прозаична: это была первая форма картонной упаковки, которую разработала шведская компания Tetra Pak. А Советский Союз купил эту технологию.
Привычное народное название «треугольная упаковка» на самом деле не совсем верное. Правильно называть ее тетраэдрической. Ведь она сделана в форме тетраэдра — пирамиды с четырьмя гранями, каждую из которых составляет правильный треугольник. Само название Tetra Pak — это сокращение от «тетраэдрическая упаковка». Компания взяла имя именно в честь первой разработки. Идею коробки-тетраэдра для молока начали разрабатывать в 1944 году, а окончательно технология оформилась к 1952-му.
Tetra Pak создала не только саму форму пакета, но и особый способ упаковывания жидкости в картон. Инженеры компании догадались припаять к картонной основе тонкий слой полиэтилена, и это придало материалу отличную влагоустойчивость. Изобретение стало находкой для поставщиков. До 1950-х годов европейские продавцы, как и советские, чаще отпускали молоко в стеклянной таре — тяжелой, дорогой и неудобной для транспортировки. Новая разработка избавляла от этих сложностей.
Поначалу компания создала специальное оборудование для выпуска только тетраэдров. Процесс их создания был прост. Лента из плотного и эластичного картона непрерывно сворачивалась в длинную трубу, спаянную в самом низу. Сверху в нее заливалось молоко, и механизм прямо по заполненной жидкостью трубе штамповал два горячих шва-спайки под разными углами.
Если бы швы были одинаковыми и горизонтальными, пачки с молоком выглядели бы как сплюснутые с двух концов мягкие пакеты. Но расположенные под прямым углом друг к другу швы позволяли «скрутить» емкость в тетраэдр. В результате получалась лента из герметичных упаковок-пирамидок с молоком внутри. Их просто отрезали друг от друга по спайке — и так товар становился готов к продаже.
Спустя несколько лет после запуска производства разработкой заинтересовался Советский Союз. В то время он купил несколько линий оборудования у Швеции. Так к началу 1960-х годов на советских прилавках появились те самые пирамидки. Классическим дизайном стали белые упаковки с характерными голубыми и красными треугольниками. А на полосе в середине красовалась надпись «МОЛОКО».
В Европе пирамидки были популярны недолго. Компании постепенно стали отказываться от тетраэдров из-за неудобств логистики: специальные шестигранные корзины для перевозок занимали много полезного места и оставляли пустоты в контейнерах. А в 1963 году шведы запустили более удобные упаковки в виде кирпичика. Но в СССР прижились именно классические треугольнички. Они оставались на прилавках вплоть до 1980-х годов.
Символ эпохи отразился и в отечественном искусстве. Например, художник Игорь Шелковский в 1973 году создал скульптуру в виде молочной пирамидки, которую в 2005 году повторил специально для Третьяковской галереи. Изначально художник вдохновлялся работами Энди Уорхола: тот создавал скульптуры в виде популярных в США коробок от мыла. Шелковский задумался, какой предмет советского быта мог бы стать «сверхпредметом», маркером современности — и выбрал ту самую упаковку.
И сейчас можно встретить на прилавках магазинов молоко, упакованное в «треугольнички». Правда, обложка продукта теперь стала ярче. И встречаются иногда совсем маленькие пакетики, прямо какие-то «молокогномики».
– Летать стали на «боингах», свои авиазаводы еле-еле существовали, и только потому, что армия не могла остаться без истребителей, бомбардировщиков. А профсоюз не помог и не вступился, он завял, о нем у нас даже никто не вспоминает. Вы-то лучше меня это знаете, – она понимающе взглянула на Свистунова. – Муж с завода не стал уходить, иногда по вечерам и даже в праздники занимался извозом на машине, как говорят у них, таксовал. Слава богу, гараж рядом с домом… удобно. Я ужасно переживала, потому что он чаще всего выезжал вечером, сейчас такой беспредел, бандит на бандите… Выживали кое-как, а потом неожиданно поступил заказ, и работа появилась, не в таком объеме, как раньше, но жить стало получше.
Будущий народный артист СССР, один из лучших актеров советского кинематографа («король и шут в одном лице») родился 28 марта 1925 года в деревне Татьяновка – ныне это Шегарский район Томской области – в семье Михаила Петровича Смоктуновича и Анны Акимовны Махневой, в которой был вторым из шестерых детей.
Это было не сегодня, а сегодня рассказано, то есть вошло в этот солнечный день, как явь. Могло случиться вчера, а не более пятидесяти лет назад, как на самом деле. Есть большая разница: одно – когда о чем-то рассказывает очевидец, другое – когда рассказывают о том времени, когда его очевидцев ни одного не осталось. В первом случае давнее полно неостывшего трепета, и слова, о нем сообщающие, наполнены воздухом и дыханием.
Еще в апреле 2020 года дума Иркутска обратилась к руководству страны с инициативой о присвоении посмертно звания Героя Российской Федерации уроженцу Прибайкалья, летчику Николаю Ковалеву за подвиги, совершенные в период Великой Отечественной войны.
Он пришел домой подавленным. Работы больше нет. Вставали простые жизненные вопросы: на что жить, есть, пить. Нависла пустота, в душе пропасть, казалось, что наступила непоправимая безвыходность.
Точнее было бы назвать эту статью «Вопль беспомощного пенсионера!». А заодно и засвидетельствовать еще, что та ценовая интервенция, которая и невооруженным глазом видна каждому и повсюду на ценниках, вовсе даже и не ползучая, а прямо-таки скачущая во весь опор!
Дмитрий Гаврилович Сергеев (07.03.1922 – 22.06.2000) после окончания Омского пехотного училища в звании младшего лейтенанта воевал на Брянском фронте командиром стрелкового взвода. В составе 1-го Белорусского фронта дошел до Берлина. Был награжден орденом «Отечественной войны» II степени, медалями «За боевые заслуги», «За взятие Берлина».
Ох, и дорого же стало болеть в нашем «социально ориентированном государстве»! Я уж не говорю про «гениально» организованную систему медицинской помощи, когда граждан просто толкают обращаться в платные клиники из-за того, что в государственных не хватает врачей.
Юлию Борисову считают настоящей легендой, ослепительной звездой театральной сцены. Таких актеров, как она, единицы, но благодаря их творчеству этот мир становится светлее и добрее. В Борисову были влюблены все ее партнеры, но она ни разу не предала тех, кого любит – ни семью, ни родной театр, которому отдала семьдесят лет своей жизни.
В заботах и делах как-то незаметно пришла весна. А с нею март и праздник, посвященный нашей дорогой и любимой половине человечества – мамам, женам, подругам, сестрам, дочерям… И, конечно же, ее Величеству Любви.
Одним из первых наших земляков, вступивших в бой с фашистами, был уроженец Зимы Георгий Александрович Ибятов (1908–1998). Он встретил войну под Брестом, контуженным попал в плен, бежал и сражался в партизанском отряде до конца войны. Ему бы домой, к родным, а воина-победителя в… фильтрационный лагерь. Разобрались, выпустили, реабилитировали и... наградили орденом. Жестокие удары судьбы его не сломили и не озлобили. Сибиряк жил, как воевал, – по чести и совести, став легендой иркутского спорта.