Великий издатель Иван Сытин был… почти безграмотен

Журнал «Вокруг света», что ведет свою историю с 1861-го и, возможно, скоро перестанет существовать в печатном виде, когда-то был частью издательской империи Ивана Дмитриевича Сытина. Пятого февраля исполнилось 170 лет со дня рождения Сытина. До октября 1917-го, помимо «Вокруг света», ему принадлежали журналы «Искры», «Хирургия», «Правда Божия», еще десять других журналов и восемь газет. В том числе одна из лучших — если не лучшая! — газета России, «Русское слово». Сегодня о ней напоминает дом 18б на Тверской, перед метро «Пушкинская», когда-то там располагалась редакция «Известий». До революции в нем работала газета Сытина, а на последнем, пятом этаже жил сам Иван Дмитриевич с семьей.

Великий издатель был не просто малограмотен, а почти безграмотен. Иван Дмитриевич получил полное тычков и понуканий трехклассное образование, которое, по его собственным словам, оставило после себя «ненависть к книге». Но трезвый и расчетливый, гениальный в своих предпринимательских ходах, бывший бизнесменом до мозга костей Сытин был и великим культуртрегером. Это получалось у него само собой.

На дворе 1866-й, ему 15 лет, он работает в Москве, у купца Шарапова, торгующего книгами. Поначалу прибирается, чистит обувь, затем начинает помогать в лавке и мало-помалу становится правой рукой хозяина. Неполное собрание сочинений стоит дешевле, время от времени книги теряются. Хозяин вычитает их стоимость из сытинского жалованья. Потом тот по дешевке покупает собрание, докладывает к нему припрятанный том и продает комплект по высокой цене. Так — копейка к копейке, рубль к рублю — складывается маленький капиталец. Но работает он очень хорошо, и хозяин отправляет его поднимать книжное дело в свою вторую лавку, в Нижний Новгород. Там Сытину приходится непросто: в Москве много пришедших на заработки крестьян, они отлично берут лубки. А Нижний — город торговый, здесь другой, более взыскательный покупатель. Что ж — если клиент не идет за товаром, товар должен прийти к нему сам.

Так рождается первая гениальная бизнес-идея Сытина: приезжие крестьяне получают лубки для реализации. Кто-то из них исчез вместе с товаром, но другие оценили возможность быстрого и легкого заработка. Картинки разлетаются на ура, дела в книжной лавке идут в гору. Бездетный купец не нарадуется на помощника и собирается сделать его своим наследником.

Этого, правда, не случилось, но зато он нашел ему невесту с приданым и дал ссуду. На эти деньги Сытин открыл собственное книготорговое дело, совместив продажу с производством, стал независим от поставщиков. Он купил дорогую, высококачественную цветную литографическую машину. Прежде лубки раскрашивали от руки наемные крестьянки, и цвета были дикими, а теперь появилось качество, и продажи выросли. Не заставила себя ждать и вторая гениальная бизнес-идея.

Шла русско-турецкая война, люди жадно ловили новости с фронта, и Сытин начал печатать карты военных действий с заголовком «Для читателей газет. Пособие». Те разлетались, а линия фронта сдвигалась, Сытин печатал новые карты. Это сделало его богатым человеком. Третья бизнес-идея тоже не подвела: он начал издавать бульварные, написанные нанятыми за гроши писателями книжечки. Стоили они копейки, продавались хорошо — вот только один из авторов, голоштанный студент, крупно подвел Ивана Дмитриевича. Он продал ему переписанную от руки «Страшную месть» Гоголя, и Сытин ее издал. Скандал получился громким, Сытин велел не пускать подлеца-студента на порог. Того звали Власий Дорошевич, со временем судьба их еще сведет.

Иван Дмитриевич был неприхотливым в быту человеком, да еще и жена держала его в ежовых рукавицах. Скромный быт, на обед щи, жаркое и компот, на ужин — то, что осталось от обеда; холодные закуски и сладкое только по воскресеньям. Сытин отводил душу в недорогом трактире, за чаем. Излишеств он не знал, деньги шли в дело.

Список его издательских изобретений велик: вот отрывной календарь с листом на каждый день. А там рецепты, святцы, дни рождения царской семьи и многое другое. Блюда постные, скоромные, а когда на Русь пришло вегетарианство, появились и вегетарианские рецепты. Вот роскошные художественные альбомы. Как только кончились авторские права наследников Пушкина и Гоголя, он издал их собрания сочинений. Цену поставил маленькую, тиражи сделал огромными — и озолотился, это тоже было его ноу-хау. А заодно получил славу великого просветителя.

Его познакомили с Александром III, Николай II пожертвовал на один из его издательских проектов огромную сумму, 35 тысяч рублей, и это при том, что у Сытина были проблемы с цензурой. Чехов говорил, что его издательское дело в России единственное, откуда не гонят мужика, где есть народность. Он нашел общий язык со Львом Толстым, в результате появилось издательство «Посредник». Толстой хотел, чтобы книга для народа стоила копейку, Сытин ответил ему, что десять книжечек будут стоить восемь копеек, но для этого надо решить вопрос с авторскими правами. Лучшие писатели страны отказались от авторского вознаграждения, свои произведения ему дали Толстой, Короленко, Лесков, Гаршин — и книжки-копейки начали издаваться огромными тиражами. Продавались они не так хорошо, как календари, не за копейку, а за полторы, и все же Сытин на них заработал. Но главными тут были репутация, капитализация имени и бренда. Оборотной стороной этого стали неприязнь властей и цензурные придирки: авторы «Посредника» были оппозиционерами.

Сытин долго мучился с приобретенной по совету Чехова газетой. А потом ее автором и фактическим шеф-редактором стал лучший фельетонист России, тот самый студент-плагиатор, Власий Дорошевич, и «Русское слово» выстрелило. На сегодняшние деньги Дорошевич получал фантастические 756 500 рублей в месяц, жалованье армейского генерала — и 20 процентов чистой прибыли, которую приносила газета. Зато та стала живой и острой, в нее пришли такие асы журналистики, как Гиляровский и Амфитеатров. На пике популярности ее тираж достигал миллиона двухсот тысяч экземпляров.

• Главная контора

Революция 1905 года в Москве началась с того, что забастовали рабочие Сытина. Он не платил наборщикам за знаки препинания (те составляли 12 процентов набора), а когда удовлетворил их требования об укороченном рабочем дне, выяснилось, что они стали меньше зарабатывать. Во время боев сгорела его типография, но он отстроил ее заново. После следующей революции у него отобрали все.

Сытин разговаривал с Лениным — он предложил ему заодно национализировать и себя. Большевики приняли это всерьез и предложили ему возглавить Госиздат, но он отказался, сославшись на то, что такое большое дело с тремя классами начальной школы за плечами не потянуть. Он, как и многие, думал, что власть переменится (директор театрального музея Бахрушин, в прошлом богатый купец-меценат, до лучших времен долго прятал в музейном сарае свой разобранный автомобиль). Но этого не произошло. Сытина дважды арестовывали, а потом отпускали. Ему дали квартиру и первую в СССР персональную пенсию — не самую большую, но хорошую. При том, что большевики вообще отменили пенсии, это было счастьем.

Он не был праведником, но почти все, что он делал, — от великолепно изданных детских книг до художественных альбомов, от копеечных изданий Толстого до собраний сочинений классиков — работало на культуру. Да и лубки с календарями приобщали к чтению тех, кто об этом и не думал. В его судьбе есть гармония, заставляющая верить в то, что справедливость и Божественный Промысел все-таки есть.

На нашем сайте читайте также:

• Алексей Варламов: Сегодня стать профессиональным писателем гораздо труднее
• Главный редактор «Литгазеты» Максим Замшев: Читателя нужно уважать
• Анатолий Байбородин: «Без журнала литературе не выжить»
• Главред Сергей Дмитриев: Падение книгоиздания – проблема всего мира
• День в истории: мир увидел первый киномюзикл
• Лучезарный свет Архипа Куинджи
• Пьер Карден: Жизнь – судьба, которую мы творим в зависимости от наших амбиций
• Биографию Эдит Пиаф до сих пор раскладывают по полочкам – где правда, где вымысел?

По инф. portal-kultura.ru

• Расскажите об этом своим друзьям!

• Не столь лихие девяностые
  
  Если мы исходим из представления, что российское общество выбрало нынешний путь, поскольку было разочаровано в конкретных экономических итогах девяностых, а вовсе не потому, что стремилось к автократии или социализму советского образца, то разрушаются модные в определенных кругах концепции предопределенности развития России.
• Спорт взаперти
  
  Зимняя Олимпиада, местом проведения которой стали города на севере Италии, в разгаре. Увы, но в них принимают участие всего 13 спортсменов из России, причем без государственного флага и гимна. И это не впервые – начиная с летних Олимпийских игр 2016 года в Бразилии и Белой Олимпиады 2018 года в Южной Корее это участие было неполноценным. Да и самих спортсменов, участвующих, по существу, на личной основе, становилось всё меньше. Для сравнения: в сочинской Олимпиаде 2014 года, оказавшейся для сборной России фактически последней, под триколором выступали 225 атлетов.
• Однажды Фаина Раневская влюбилась в Михаила Ромма
  
  Будущий режиссер, сценарист, один из ведущих мастеров советского кино Михаил Ильич Ромм родился в семье врачей в Иркутске, куда его родители были сосланы за революционную деятельность отца, бактериолога Ильи Монесовича Ромма. Мать, Трайна Айзиковна, работала стоматологом и воспитывала детей в атмосфере любви к искусству, в частности к театру. Семья имела еврейские корни, а дед Михаила владел типографией в Вильно.
• Моцарт уже в шесть лет мог выступать с концертами
  
  Исполнилось 270 лет со дня рождения Моцарта.  Слава и успех пришли к нему очень рано. Композитор  прожил короткую (35 лет), но стремительную жизнь, оставил после себя такое наследие, что некоторым не снилось даже в почтенном возрасте.
• Анатолий Сосунов: «Экологизм в целом формируется как позиция справедливого отношения к окружающему миру»
  
  Анатолий Сосунов в третий раз награждён Российской академией естественных наук – за многолетнюю подвижническую деятельность по внедрению экологизма как магистральной идеологии и политики преображённого гуманизма XXI столетия.
• Не вернуться ли в «совок»?
  
  30 лет назад, на президентских выборах 1996 года, автор этих строк голосовал за Григория Явлинского. И дело тут, прежде всего, не в личных качествах кандидата, и не в подробностях его программы – на этот счет уже тогда были некоторые сомнения. Дело в самой направленности.
• «Товарищ, верь, взойдет она…»
  
  Что могло произойти, если декабристы взяли бы верх?
• Съел – и порядок?
  
  Помнится, в 90-х это был рекламный лозунг, сопровождавший одно из кондитерских эрзац-чудес заморского производства. Разумеется, вместо вопросительного знака стоял восклицательный. Этакий блиц-рецепт: нечего, мол, заморачиваться, всё великое, да и вообще заслуживающее внимания – обязательно простое. А вопрос возникает потому, что упрощенное понимание и восприятие всего и вся становится массовым. Социально-экономическая и общественно-политическая сферы – не исключение.
• Насмешник всея Руси Салтыков-Щедрин умел передать все типажи русских людей
  
  К 200-летию со дня рождения Михаила Салтыкова-Щедрина.
• Любовь к жизни. 150 лет назад родился Джек Лондон
  
  Джек Лондон – писатель, общественный деятель, социалист. Прославился своими приключенческими романами и рассказами. Занимал второе место по популярности в Советском Союзе среди зарубежных писателей, уступив первенство только Андерсену. Всего в СССР вышло 956 изданий произведений Джека Лондона общим тиражом свыше 77 миллионов экземпляров. За два дня до смерти Ленина его жена, Надежда Крупская, читала ему рассказ Лондона «Любовь к жизни».
• Над пропастью в авто
  
  27 сентября 1915 года (по юлианскому календарю) в газете «Русские ведомости», популярной у московской профессуры, была опубликована статья Василия Маклакова (1869–1957) «Трагическое положение». В ней один из лидеров Конституционно-демократической партии (кадетов; другое название – Партия народной свободы) писал об автомобиле, который под управлением неумелого шофера несется по крутой и узкой дороге. Автор задавал вопрос, что должны в такой ситуации делать пассажиры, которые умеют управлять машиной, – заставить шофера насильно уступить свое место или ждать развязки?
• Декабристы в творчестве Льва Гимова
  
  К 200-летию Декабрьского восстания.
• О прошлом для будущего
  
  Наступивший год, как и его предшественники, богат на разного рода юбилеи. Но среди множества исторических дат можно выделить три наиболее поучительных. Две из них – отечественные. Одна – зарубежная. Впрочем, все три связаны с развитием всего человечества.
• «Ход белой лошадкой»
  
  О новом романе иркутской писательницы Татьяны Ясниковой.
• Стихи наших читателей
  
  В течение всего уходящего года в редакционный портфель нашего литературного приложения к газете – «Перевал» поступали стихи наших читателей, различных самобытных авторов – профессиональных поэтов и поэтов-любителей. Лиричные и патриотичные, хорошие и не очень, но, безусловно, все написанные от души.
• «Еще идут старинные часы…»: к 90-летию Раймонда Паулса
  
  Раймонд Паулс – прославленный советский и латвийский композитор, пианист, дирижер. Народный артист СССР, лауреат премии Ленинского комсомола. С 1989 по 1993 год занимал пост министра культуры Латвии. Его композиции – это своеобразное соединение фольклора, современного ритма, ноток джаза и блюза.
• Даниил Хармс любил курить, стоя нагишом у окна
  
  В 2025 году исполнилось 120 лет со дня рождения Даниила Хармса. Спектакли по его пьесам с успехом идут в театрах российских городов, включая Иркутск. Его стихи – это что-то неуловимое и невыразимое с точки зрения языка разума, они, как сказочный мир волшебства и магии, со своими заговорами, считалочками и скороговорками. Однако судьба известного поэта, прозаика и драматурга насыщена парадоксами и трагизмом.
• Когда цвела Таволга
  
  Одним из самых значимых событий минувшего лета для нас, сотрудников Регионального Центра русского языка, фольклора и этнографии, стала экспедиция в Тайшетский район. Мы там, можно сказать, лицом к лицу встретились с медведем – живым и настоящим диким зверем. Впервые со времени создания Центра и наших поездок, то есть за 12 лет.
• Проводники света Олега Пенькова
  
  Культура города Усолья-Сибирского 8 ноября этого года понесла непоправимую утрату – ушел из жизни замечательный человек, талантливый поэт Олег Пеньков. Горько, очень горько сознавать эту невосполнимую потерю. 18 декабря друзья, коллеги, «собратья по перу» собрались в Доме ветеранов Усолья-Сибирского отдать дань памяти ушедшему другу.
• Писатель (Рассказ)
  
  Этот парнишка лет десяти-одиннадцати жил в то лето с родителями на соседней даче. Его родители, не в пример тем, кто любит попариться в баньке да позагорать на травке, трудились как пчелки. На их дачном участке не было ни травинки – вся земля была занята парниками, теплицами, а также малиной, которую они выращивали в строчку – кустик за кустиком, удобряли и получали отменный урожай.