Юлию Борисову считают настоящей легендой, ослепительной звездой театральной сцены. Таких актеров, как она, единицы, но благодаря их творчеству этот мир становится светлее и добрее. В Борисову были влюблены все ее партнеры, но она ни разу не предала тех, кого любит – ни семью, ни родной театр,...
Дмитрий Гаврилович Сергеев (07.03.1922 – 22.06.2000) после окончания Омского пехотного училища в звании младшего лейтенанта воевал на Брянском фронте командиром стрелкового взвода. В составе 1-го Белорусского фронта дошел до Берлина. Был награжден орденом «Отечественной войны» II степени, медалями «За...
В заботах и делах как-то незаметно пришла весна. А с нею март и праздник, посвященный нашей дорогой и любимой половине человечества – мамам, женам, подругам, сестрам, дочерям… И, конечно же, ее Величеству...
Ох, и дорого же стало болеть в нашем «социально ориентированном государстве»! Я уж не говорю про «гениально» организованную систему медицинской помощи, когда граждан просто толкают обращаться в платные клиники из-за того, что в государственных не хватает...
"Заключенные концлагеря Бёргермоор боялись садиста Вильгельма Роде. Однако в 1959 году суд признал руководителя нацистского лагеря невиновным. Этот случай показывает, насколько снисходительно юстиция ФРГ относилась к нацистским преступникам", - пишет на страницах Der Spiegel Мартин Пфаффенцеллер.
"По рассказам бывших заключенных концлагеря, однажды Роде согнал вместе 800 пленных и натравливал на них смотрителей с резиновыми дубинками и штыками. 17 заключенных остались потом лежать на земле с зияющими ранами, их отнесли в лагерь другие заключенные. Роде с наслаждением наблюдал за происходящим с холма", - повествует автор статьи.
Спустя 20 лет, осенью 1959 года, Вильгельм Роде предстал перед судом. Свидетели обвиняли его в десяти убийствах, сотнях случаев нанесения телесных повреждений, в издевательствах и унижениях. "Бывшие заключенные описывали обвиняемого как изверга-садиста", - отмечает Пфаффенцеллер. 31 октября 1959 года суд признал Роде невиновным.
"Случай Вильгельма Роде является примером снисходительности юстиции Западной Германии времен Аденауэра, страны, жаждавшей поставить точку в нацистской истории", - пишет журналист.
Вильгельм Роде вступил в НСДАП в 1933 году. Весной 1938 года он был переведен в Бёргермоор, один из 15 лагерей в районе Эмсланд на границе с Голландией, сооруженных нацистами для заключения инакомыслящих и преступников. Роде руководил лагерем до 1941 года, затем его перевели в Берлин для руководства одной из тюрем. Когда в 1945 году капитулировала фашистская Германия, для Роде настали тревожные времена: союзники взялись за расследование преступлений нацистского режима. Под стражу Роде попал случайно: 5 мая 1947 года он встретил в Берлине бывшего заключенного, который сообщил об этом полиции.
Однако немецкие правоохранительные органы, которые в конце 1940-х годов взяли на себя расследование нацистских преступлений, "были далеко не такими дотошными, как державы-победительницы", подчеркивает Пфаффенцеллер. "Множество преступников и пособников нацистского режима занимали в послевоенной Германии ведущие должности в политике, экономике и науке. Так, Ганс Глобке, соавтор нюрнбергских расовых законов, сделал карьеру в партии ХДС и позже стал министром в аппарате Аденауэра, - отмечает журналист. - В Баварии в 1948 году 76% прокуроров и 60% судей были бывшими членами НСДАП. Слабым было и желание населения расследовать преступления: в 1947 году 52% немцев указали, что национал-социализм был "хорошей идеей".
"Роде впервые предстал перед судом "Моабит" в Берлине в феврале 1950 года, - продолжает Пфаффенцеллер. - Десятки бывших заключенных выступили с серьезными обвинениями в его адрес: он морил их голодом так, что они теряли половину своего нормального веса, пытал их ледяной водой; отдавал приказы о расстреле заключенных и избиении их до смерти. Как сообщала газета Berliner Zeitung, во время показаний заключенных обвиняемый лишь цинично улыбался".
Судья, назвав Бёргермоор адом, а самого Роде - "повелителем ада", приговорил его к 15 годам заключения в каторжной тюрьме.
"Однако пребывание под стражей не было для Роде большим лишением. В тюрьме "Моабит" он мог полагаться на свою нацистскую клику: он питался лучше остальных, и у него было больше свободного времени, чем у других заключенных, сообщала газета Neues Deutschland. Вскоре тюремный врач подтвердил наличие у него заболевания, и менее чем через четыре года Роде был отпущен на свободу из-за невозможности содержания его под стражей по состоянию здоровья и жил дальше на социальные пособия", - передает автор статьи.
Освобождения ему, видимо, было недостаточно, отмечает Пфаффенцеллер. Закон 1951 года давал сотням тысяч бывших сотрудников нацистского режима возможность снова получить рабочее место и требовать выплаты пенсии в случае, если они не являлись осужденными нацистскими преступниками. В 1959 году, благодаря связям и найденным Роде свидетелям защиты, в рамках возобновленного по вновь открывшимся обстоятельствам судебного процесса, бывший руководитель лагеря Бёргермоор был признан невиновным и реабилитирован.
"Западногерманская юстиция вынесла похожие мягкие приговоры и против других преступников нацистского режима: из 93 обвиняемых в рамках процессов по лагерям в Эмсланде только восемь человек провели в тюрьме более пяти лет. По оценке Андреаса Айхмюллера из Документационного центра истории национал-социализма в Мюнхене, по всей ФРГ правоохранительные органы вели следствие против примерно 140 тыс. предполагаемых сторонников режима, однако только 15 тыс. из них предстали перед судом. К аресту сроком более пяти лет были приговорены менее 550 человек", - сообщает Spiegel.
– Летать стали на «боингах», свои авиазаводы еле-еле существовали, и только потому, что армия не могла остаться без истребителей, бомбардировщиков. А профсоюз не помог и не вступился, он завял, о нем у нас даже никто не вспоминает. Вы-то лучше меня это знаете, – она понимающе взглянула на Свистунова. – Муж с завода не стал уходить, иногда по вечерам и даже в праздники занимался извозом на машине, как говорят у них, таксовал. Слава богу, гараж рядом с домом… удобно. Я ужасно переживала, потому что он чаще всего выезжал вечером, сейчас такой беспредел, бандит на бандите… Выживали кое-как, а потом неожиданно поступил заказ, и работа появилась, не в таком объеме, как раньше, но жить стало получше.
Будущий народный артист СССР, один из лучших актеров советского кинематографа («король и шут в одном лице») родился 28 марта 1925 года в деревне Татьяновка – ныне это Шегарский район Томской области – в семье Михаила Петровича Смоктуновича и Анны Акимовны Махневой, в которой был вторым из шестерых детей.
Это было не сегодня, а сегодня рассказано, то есть вошло в этот солнечный день, как явь. Могло случиться вчера, а не более пятидесяти лет назад, как на самом деле. Есть большая разница: одно – когда о чем-то рассказывает очевидец, другое – когда рассказывают о том времени, когда его очевидцев ни одного не осталось. В первом случае давнее полно неостывшего трепета, и слова, о нем сообщающие, наполнены воздухом и дыханием.
Еще в апреле 2020 года дума Иркутска обратилась к руководству страны с инициативой о присвоении посмертно звания Героя Российской Федерации уроженцу Прибайкалья, летчику Николаю Ковалеву за подвиги, совершенные в период Великой Отечественной войны.
Он пришел домой подавленным. Работы больше нет. Вставали простые жизненные вопросы: на что жить, есть, пить. Нависла пустота, в душе пропасть, казалось, что наступила непоправимая безвыходность.
Точнее было бы назвать эту статью «Вопль беспомощного пенсионера!». А заодно и засвидетельствовать еще, что та ценовая интервенция, которая и невооруженным глазом видна каждому и повсюду на ценниках, вовсе даже и не ползучая, а прямо-таки скачущая во весь опор!
Дмитрий Гаврилович Сергеев (07.03.1922 – 22.06.2000) после окончания Омского пехотного училища в звании младшего лейтенанта воевал на Брянском фронте командиром стрелкового взвода. В составе 1-го Белорусского фронта дошел до Берлина. Был награжден орденом «Отечественной войны» II степени, медалями «За боевые заслуги», «За взятие Берлина».
Ох, и дорого же стало болеть в нашем «социально ориентированном государстве»! Я уж не говорю про «гениально» организованную систему медицинской помощи, когда граждан просто толкают обращаться в платные клиники из-за того, что в государственных не хватает врачей.
Юлию Борисову считают настоящей легендой, ослепительной звездой театральной сцены. Таких актеров, как она, единицы, но благодаря их творчеству этот мир становится светлее и добрее. В Борисову были влюблены все ее партнеры, но она ни разу не предала тех, кого любит – ни семью, ни родной театр, которому отдала семьдесят лет своей жизни.
В заботах и делах как-то незаметно пришла весна. А с нею март и праздник, посвященный нашей дорогой и любимой половине человечества – мамам, женам, подругам, сестрам, дочерям… И, конечно же, ее Величеству Любви.
Одним из первых наших земляков, вступивших в бой с фашистами, был уроженец Зимы Георгий Александрович Ибятов (1908–1998). Он встретил войну под Брестом, контуженным попал в плен, бежал и сражался в партизанском отряде до конца войны. Ему бы домой, к родным, а воина-победителя в… фильтрационный лагерь. Разобрались, выпустили, реабилитировали и... наградили орденом. Жестокие удары судьбы его не сломили и не озлобили. Сибиряк жил, как воевал, – по чести и совести, став легендой иркутского спорта.