ЗДРАВСТВУЙТЕ!

НА КАЛЕНДАРЕ

Драма и слава рекордного перелета

Михаил ДЕНИСКИН   
14 Сентября 2023 г.

0709 08 1a

1930-е годы. Советская авиация вставала на крыло. И в дальних перелетах мы достигали не только рекордов. На практике проверялись технические качества новых машин и уровень подготовки экипажей – все это подгонялось под требования возможной войны (несмотря на договор о ненападении с рядом стран, войну ожидали, и для советских людей это был лишь вопрос времени).

Экипаж (слева направо): старший лейтенант Марина Раскова, капитан Полина Осипенко, командир Валентина Гризодубова

  • Экипаж (слева направо): старший лейтенант Марина Раскова, капитан Полина Осипенко, командир Валентина Гризодубова

Потому и перелеты являлись серьезными испытаниями, и неудивительно, что их объявляли героическими, а летчиков и конструкторов награждали орденами, премировали автомобилями и деньгами.

Но если что-то выбивалось из плана, то такие факты огласке не предавались. Впрочем, иногда возникшая нештатная ситуация только подчеркивала риск и героизм, заставляла всю страну сопереживать, а в молодых людях будила романтику и любовь к авиации.

Так было с экипажем Гризодубовой.

24 сентября 1938 года самолет «Родина» стартовал из Москвы курсом на Дальний Восток. Женский экипаж должен был установить новый мировой рекорд беспосадочного полета. И. В. Сталин, как известно, по-особому расположенный к советским летчикам, лично опекал перелет Гризодубовой, Осипенко и Расковой.

По его приказу, чтобы сократить маршрут и обеспечить надежное ориентирование, на северной оконечности Байкала (пункт Душкачан) был установлен радиомаяк. Однако неприятности для экипажа начались уже после пролета Новосибирска.

Позже 27-летняя Марина Раскова издаст «Записки штурмана»: в этой книге она, человек педантичный и аккуратный, перелет фиксировала почти по минутам. Спокойно рассказывает она, что вне видимости земли Гризодубова подняла машину на запредельную высоту – 7500 метров. Экипаж надел кислородные маски. Началось обледенение...

По теме:

Увы, в книге вы не найдете некоторых фактов, скрываемых до поры. Например, то, что автор являлась старшим лейтенантом НКВД. Видимо, Гризодубова была не слишком довольна своим штурманом. Позже она говорила: «Если Полина Осипенко была летчиком высокого класса, то Марина Раскова как штурман не имела специального образования и налетала всего около 30 часов. У нее не было ни малейшего представления о полетах в экстремальных условиях и тем более ночью. В наш перелет она была рекомендована...»

Это записал журналист Станислав Глухов, которому Гризодубова поведала потрясающую деталь:

– Провожали нас в то утро на аэродроме и комиссия правительственная, и корреспонденты, и летчики. Смотрю, у Марины глаза огромные от испуга: «Валя, у меня аппаратура не работает…» Я ей: «Скажи, что машины на земле мешают, всему поверят». Нарком оборонной промышленности, к примеру, там был, Каганович, откуда ему радиодело знать? А тут к самолету Картушев, заместитель начальника Гражданского воздушного флота, направляется. Ну, думаю, попались… Командую девушкам: «По местам». Сама на крыло к своей кабине встала, делаю всем рукой: «До свидания!»

Итак, экипаж остался без радиосвязи еще на старте. Когда наступила ночь, в кабине штурмана температура была минус 37. Раскова попросила командира подняться повыше: хотела определить местонахождение по звездам. Когда открыла астролюк, из-за перепада давления ее полетные карты вытянуло наружу. Все! Теперь самолет был глух, нем и слеп...

Но это еще не все. По неизвестным причинам радиомаяк, установленный в эвенкийском селении Душкачан, не сработал. Впрочем, это похоже на выдумку. Скорее всего, маяк работал, но Раскова его не слышала: приемник и передатчик молчали, хотя она несколько раз меняла предохранители и пыталась отогревать аппаратуру своим унтом.

По маршрутному заданию, после Душкачана самолет дожжен был повернуть направо под 90 градусов, выйти на станцию Рухлово (ныне Сковородино) и далее следовать на восток вдоль железной дороги. Но Гризодубова более всего опасалась менять курс наугад, чтобы не пересечь госграницу с Китаем.

Утром 25 сентября экипаж увидел землю (горные кручи), но через полчаса самолет снова вошел в облачность. К полудню облака разомкнулись – внизу простиралось Охотское море. Гризодубова решает идти вдоль побережья, пока достанет горючего: может быть, его хватит до Комсомольска. Но топливо кончилось раньше, за 150 километров до аэродрома. Командир приказывает Расковой прыгать с парашютом: при аварийной посадке самолет может встать на нос – тогда кабину штурмана попросту расплющит.

Раскова прыгает. Скитается по тайге. И лишь на десятый день выходит к лежащему на болоте самолету. Все живы-здоровы...

Тем временем в стране началась незримая тревога. Все сообщения в газеты отменили и до 4 октября упоминать о полете, старт которого так широко освещался, вообще запретили. Решено было отправить спасательные отряды сразу после расчетного времени завершения полета. На поиски мобилизовали больше 50 самолетов, в тайгу вышли десятки поисковых отрядов — военные и гражданские, кто-то на оленях и лошадях, кто-то пешком.

Самолет АНТ-37 «Родина» перед стартом

  • Самолет АНТ-37 «Родина» перед стартом

Самолет был обнаружен 4 октября. Первым «Родину» увидел пилот двухмоторного гидросамолета МП-6 М. Сахаров. Летчицам сбросили записку. На земле стали готовить парашютный десант с врачом и комиссарами, которые должны были зафиксировать показания опечатанных самописцев и установить факт нового рекорда дальности.

К месту вынужденной посадки «Родины» вылетели два самолета – ТБ-3 и ДС-3. Они должны были сбросить десант с врачом и спасательной командой. Летчик Сахаров, также вылетевший к месту посадки, чтобы уточнить обстановку, наблюдал то, что произошло дальше, с высоты.

Вот что он рассказывал: «С высоты увидел «Дуглас», круживший над «Родиной», а на юго-востоке – четырехмоторный ТБ-3, летевший над небольшой долиной. «Дуглас» подходил к ТБ-3 все ближе и вдруг, крылом отрубив ему хвост, упал и взорвался. После удара огромный ТБ-3 пошел вверх, сделал половину петли, в верхней ее точке опустил нос и в перевернутом положении врезался в землю. В момент, когда он переворачивался вверх колесами, из открытых кабин выпали четыре комочка, над ними раскрылись парашюты. Так спаслись командир корабля, второй пилот и два воздушных стрелка. Из «Дугласа» не спасся никто…»

В общей сложности в результате этого столкновения погибли 16 человек. О трагедии нигде не сообщали и даже держали ее в тайне, ведь она омрачит успех советских летчиц. Что испытывали летчицы, невольно повлекшие за собой смерть стольких людей, страшно представить.

Экипаж «Родины» был вывезен с места посадки через пару дней, и 12 октября три летчицы добрались до Комсомольска-на-Амуре. Оттуда по реке до Хабаровска и затем уже в Москву – на поезде.

Рекорд, несмотря на вынужденную посадку и последовавшие трагические события, был засчитан: полностью женский экипаж преодолел маршрут общей протяженностью 6450 км (по прямой – 5947 км) за 26 часов 29 минут. Рекорд был признан международной комиссией ФАИ, а все три летчицы 2 ноября того же 1938 года удостоены звания Героя Советского Союза.

Страна ликовала!

И долгие-долгие годы мало кто знал, что в те дни у военных был траур: при поисках «Родины» в воздухе средь бела дня столкнулись два больших самолета – двухмоторный «Дуглас» и 4-моторный бомбардировщик ТБ-3.

Погибли 16 человек (по неуточненным данным – больше, парашютисты сжигали останки на месте, а вывозили прах), среди которых – командующий ВВС 2-й Армии комдив Я. Сорокин и флаг-штурман ВВС А. Бряндинский (весной того года он с пилотом В. Коккинаки совершили рекордный перелет в 7580 км, за что были удостоены звания Героя Советского Союза)...

Печально, но в полетах «Дугласа» и ТБ-3 уже не было необходимости. Более того, командиры «сами себе» разрешили роковой вылет. Историки выдвигают осторожную версию: мол, тогда каждому хотелось отличиться в поисково-спасательных работах...

22 октября 1938 года в 5 часов 45 минут на перроне ст. Иркутск состоялась встреча с отважными летчицами Валентиной Гризодубовой, Полиной Осипенко и Мариной Расковой. С приветственной речью к ним обратились секретарь Иркутского обкома партии А. Филиппов и красноармеец Сидоров. С ответным словом от имени экипажа выступила Марина Раскова.

А сейчас – внимание: историческая загадка.

В книге «Воздушная гавань Восточной Сибири» (Иркутск, 2005 г.) сказано:

«…в районе Красных казарм была подобрана ровная площадка, с которой начали выполнять полеты. Именно с нее, в 1938 году, в распутицу, рискованно взлетала Валентина Гризодубова.

Очевидцы рассказывали, что самолет медленно бежал по раскисшей полосе, затем в конце, оторвавшись, скрылся в низине, которая уходила к Ангаре. Все думали, что произошло непоправимое. Но нет, уже через минуту самолет появился вновь и, сделав прощальный круг над аэропортом, ушел на Москву…»

Тут впору развести руками.

Первое, что приходит в голову: не напутали ли «очевидцы»? Ведь летчицы возвращались в Москву поездом. Впрочем, направление полосы названо правильно – в сторону Ангары (ныне там, ориентировочно, раскинулся микрорайон Солнечный). Возможно, отремонтированную «Родину» перегоняли с Дальнего Востока домой. Но делала это не Гризодубова, а ее муж, и дело было зимой.

Не исключено, что прославленная летчица, выполняя какое-то особое задание, в ноябре-декабре прилетала в Иркутск (но документального подтверждения этому нигде нет). Да и какие в эту пору могут быть «распутица» и «раскисшая полоса»?

Правда, остается предыдущий 1937 год: той осенью Гризодубова и Раскова на двухместной машине Яковлева летали по прямой из Москвы в Актюбинск, перекрыв женский рекорд американок на 643 километра. Но тогда причем Иркутск?

Если же «очевидцы» все-таки настаивают на героическом перелете именно 1938 года, то получается, что народ ввели в заблуждение: перелет не был беспосадочным, и экипаж в Иркутске останавливался для отдыха и дозаправки.

Кто установит истину?

  • Редакция «МГ» напоминает уважаемым читателям, что книгу Михаила Иннокентьевича Денискина «Летящие» (о секретной перегонке самолетов по трассе Аляска – Сибирь и поиске пропавших без вести летчиков) еще можно приобрести у автора. Его телефон: 89500506572.

  • Расскажите об этом своим друзьям!

  • «Белые» и «красные»: формула примирения
    От памятника Колчаку к памятнику Троцкому.
  • Связистка Вера, или Корреспондент по прозвищу Чижик
    Крымская наступательная операция проводилась с 8 апреля по 12 мая 1944 года и закончилась освобождением Крыма. Ее проводили войска 4-го Украинского фронта и Отдельной Приморской армии во взаимодействии с Черноморским флотом и Азовской военной флотилией. В этой операции принимала участие иркутянка Вера Андриановна Чегодаева (на гражданке корреспондент по прозвищу Чижик).
  • Дорогами войны
    21 мая исполнится 100 лет со дня рождения Бориса Васильева.
  • Дети войны. Документальный рассказ Евгения Корзуна
    Эту историю мне рассказал коллега по профессии. Он родом с Донской земли, вся его родня произошла из казачества, проживала и до сих пор проживает на Дону. А он после учебы в Москве обрел вторую родину в Сибири. Они подростками сполна хлебнули горечь немецко-фашистской оккупации.
  • Черемховские наступают: о чем говорят перестановки в правительстве
    Правительство в очередной раз пополнила обойма губернаторов, которых в Кремле посчитали годными к работе на федеральном уровне.
  • Размышления в Год семьи
    Мое послевоенное детство прошло в маленьком заполярном поселке. Домишки были неказистые, с удобствами во дворе, воду привозили на телеге, наливая пожарным шлангом через прорубленное в стене оконце двухсотлитровые бочки, много чего еще не хватало и в скромных магазинчиках того времени. А вот разновозрастной ребятни было много. И мы, мальчишки 10-12 лет, как-то мало обращали внимание на эти неудобства.
  • Полководцы Великой войны: рейтинг от Сталина
    А действительно – кто был лучшим с точки зрения Верховного главнокомандующего? Расхожая точка зрения – Жуков. Вот и Парад Победы 24 июня 1945 года принимал именно он. А командовал парадом Рокоссовский, что тоже символично – его нередко называют «вторым после Жукова». Однако львиная доля возвышения обоих полководцев (особенно Жукова) приходится на 1970-е годы и позже. А как ситуация выглядела в годы войны и первое время после Победы, пока страну возглавлял Сталин?
  • Правда о Победе
    История – служанка политики, взгляд на прошлое, исходящий из сиюминутной конъюнктуры? Или все-таки наука, одна из сфер наших знаний, требующая точности и беспристрастности?
  • «А иначе зачем на земле этой вечной живу?»
    К 100-летию со дня рождения Булата Окуджавы и Юлии Друниной.
  • Люди доброй воли Иммануила Канта
    Философ Иммануил Кант не бывал в Иркутской области. Он практически никогда не покидал родного Калининграда, триста лет назад и до 1946 года называвшегося Кенигсбергом. Но его философские труды, его идеи шагают и по Сибири. Особенно актуально их вспомнить в апреле.
  • Золотой век Зои Богуславской
    Зоя Богуславская – знаменитая российская писательница, эссеист, искусствовед и литературный критик, автор многочисленных российских и зарубежных культурных проектов, заслуженный работник культуры РФ.
  • БАМ – ССО – ВЛКСМ
    На прошлой неделе побывал сразу на нескольких мероприятиях, связанных с аббревиатурами, вынесенными в заголовок, и нахлынули воспоминания. Правда, они (воспоминания) выстроились в голове в обратном порядке, нежели в заголовке. Впрочем, так и было в истории. И в жизни…
  • Чутье. Рассказ Владислава Огаркова
    Эту историю поведал Эдуард Копица, мой знакомый, живший в северном Усть-Илимске. Водитель грузовиков и автобусов, простой и светлый человек, он очень любил природу и многое знал о ней. Увы, ушедший туда, откуда не возвращаются.
  • День Победы: страницы жизни Виктора Секерина
    Виктор Павлович Секерин в 70-е годы заведовал кафедрой и аспирантурой на факультете иностранных языков КГПИ. Он поражал эрудицией, смелостью, раскованностью, ораторским мастерством. Сердце его не выдержало перегрузок в 58 лет. О его жизни и пойдет речь.
  • Защитники, или Воспоминания новоявленного бравого солдата Швейка о превратностях воинской службы
    Почти вся история человечества прошла в войнах и вооруженных конфликтах. Причин тому множество, всех их и не перечислить, да и такой задачи автор не ставит. Куда интереснее вопрос о роли подготовки военных кадров для успешной защиты Отечества. Автору на примерах своей биографии представилась возможность рассказать, как его в очень давнюю эпоху готовили защищать свою страну. И первым моим рассказом будет повествование о начале моей воинской «карьеры» в послевоенной Одессе. Александр Табачник
  • Не судьба?
    Судьба некоторых книг складывается словно по драматическому сюжету. Недавно мне довелось ознакомиться с повестью Г.П. Баранова «Злой Хатиман. Записки военного разведчика», которая могла прийти к читателям ещё в конце 80-­х. Но не пришла. И вот тут интересно разобраться – почему...
  • Фронтовик, писатель, гражданин: сто лет Виктору Астафьеву
    1 мая исполнится 100 лет со дня рождения Виктора Астафьева
  • Какой была в СССР бытовая техника
    Президент Владимир Путин сказал, что «в СССР выпускали одни галоши». Такое высказывание задело многих: не одними галошами был богат Советский союз, чего стоила бытовая техника!
  • 90-е: лихие или бурные?
    «Эта песня хороша – начинай сначала!» – пожалуй, это и о теме 1990-х годов: набившей оскомину, однако так и не раскрытой до конца.
  • «…Я знаю о своем невероятном совершенстве»: памяти Владимира Набокова
    Владимир Набоков родился в Петербурге 22 апреля (10 апреля по старому стилю) 1899 года, однако отмечал свой день рождения 23-го числа. Такая путаница произошла из-за расхождения между датами старого и нового стиля – в начале XX века разница была не 12, а 13 дней.