100 лет политической трагедии России: у сторон не было "культуры конфликта"

Столетний юбилей революции и гражданской войны продолжается. И хотя подходит к концу 2018 год, многих не перестают мучить вопросы о причинах трагедии 1917-го. С корреспондентом «Росбалта» беседует историк, профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге, автор книг «Революция 1917 года» и «Петербург накануне революции», выпущенных издательством «Бомбора», Борис Колоницкий.

Политики не научились ответственности

— Борис Иванович, как вы определяете основные причины случившейся трагедии, и можно ли было, на ваш взгляд, предотвратить ее?

— Для меня вопрос звучит так: могла ли система большой, сложной, динамичной и противоречиво развивающейся империи быть успешно реформирована, а значит, спасена?

Некоторые историки дают оптимистичный ответ, они правильно указывают на экономический рост, социальные проявления модернизации. Они говорят о росте грамотности, урбанизации. Все это совершенно справедливо.

Но наивно полагать, что экономический рост сам по себе решает все проблемы. В особенности — в таком масштабном государстве, как у нас. Иногда это приводит к непредвиденным вещам. Появляются новые социальные группы, которые как-то иначе себя осмысливают. И это ведет к разбалансировке империи.

— Какие новые социальные группы?

— Если взять дореволюционный период — хотя бы те же предприниматели. Появляются люди с ресурсом и управленческим опытом. И видят, что они недостаточно представлены в государстве, во власти. Это было характерно для московского бизнеса, который чувствовал, что петербургская бюрократия его ограничивает, сдерживает. Новое поколение московских — и не только — предпринимателей желало большей власти.

Некоторые историки с оптимизмом говорят о политическом развитии России. Действительно, в результате революции 1905 года в России появилась Государственная дума. Вроде бы это хорошо. Но страна вступила в опасный период.

— «Парламентаризма»?

— Понимаете, политическая система России после 1905—1907 годов не поддается однозначной интерпретации. Одни историки считают, что Россия уже была конституционной монархией. Другие — что она все же оставалась самодержавным государством. Да, игнорировать Госдуму было невозможно, она оказывала влияние на бюджет и все больше вступала в диалог с бюрократией. Менялась политическая элита.

Но тут был перекресток, распутье. Потому что Госдума не несла политической ответственности. Правительство не было ответственным перед ней. И депутаты Думы часто критиковали правительство, понимая, что это позволит им нарастить политические очки, но ни к чему их не обязывает. Это довольно удобная позиция для всех политиков — иметь власть, не беря на себя ответственности.

Когда же наступил февраль 1917 года, авторитет Госдумы, первоначально весьма выросший в связи с той ролью, которую она сыграла в свержении старой власти, быстро упал. Для нового времени она оказалась слишком консервативной, ничего не смогла сделать. Возможно, либеральные политические деятели и ошиблись, не сделав ставку на российский парламент. Но у них были для этого основания. Вообще, структуры дореволюционного времени, которые могли бы как-то смягчить ситуацию, не сработали.

А литераторы не пошли в бой

— А почему, кстати, именно Россия первой «сломалась» в ходе Первой мировой? Страшная, на самом деле, трагедия, чудовищное потрясение для всего мира. Но остальные участники как-то довоевали до конца. И даже в проигравшей Германии — трагедия нацизма случилась потом, а ноябрьская революция 1918 года удержалась в цивилизованных рамках.

— Я бы все-таки не стал представлять Россию таким уж исключением. Распад Османской империи был очень страшным. Италию называли «побежденной в лагере победителей». И там был очень острый «красный» кризис (забастовки, захваты предприятий, столкновения на улицах), который потом закончился фашизмом.

Англия — победившая в мировой войне страна — получила конфликт в Ирландии и была вынуждена-де факто — а потом и официально — предоставить ей независимость. Потеря Ирландии для Англии была чрезвычайно болезненной.

Почему Россия оказалась «слабым звеном»? Это можно объяснить тем, что Россия, как и во многих других ситуациях, ставила перед собой внешнеполитические цели, которые не всегда соответствовали ее экономическим и социальным возможностям.

Россия выставила 10-миллионную армию, самую крупную в мире. Снабжать, кормить и одевать такую армию было очень сложной задачей. С ней стали справляться как раз к 1917 году. Никогда русская армия не была так хорошо снабжена, как накануне революции. Но ценой этой мобилизации стала разбалансировка тыла, который не выдержал.

— Тыл не выдержал? В таких случаях принято спрашивать: а как же в Великую Отечественную?

— Во Второй мировой у нас политический строй был совершенно иным. И если бы империя попыталась использовать такие репрессии, как Сталин, то революция наступила бы гораздо раньше.

Уже с 1915 года некоторые люди воспринимали ситуацию как голод. Да, если бы они знали, что их ждет в 1918-19 гг., они бы не утверждали, что это «голод». Но люди не сравнивают с будущим. И те люди, которые с большими трудностями покупали хлеб в стране, вообще-то, экспортировавшей зерно накануне войны, были недовольны...

И «бабьи бунты», тоже начиная с 1915 года... Уже тогда с помощью армии расстреливали манифестации в некоторых рабочих центрах, это вызвало бурю возмущения, и власти от таких мер отказались.

Страна была разбалансирована. Кстати, это можно было предвидеть: еще накануне войны разразилась забастовка 1914 года во многих промышленных центрах, включая Петербург, по сути, малая гражданская война на улицах столицы. Переворачивались трамваи и строились баррикады. Не факт, что это привело бы к революции, но о какой-то большой стабильности говорить нельзя. Война сначала в какой-то мере стабилизировала ситуацию, чтобы потом расшатать ее еще больше.

— Можно ли сказать, что роковую роль сыграл колоссальный разрыв между образованными слоями и неграмотной основной массой? Причем «русские европейцы»-то выступали за войну!

— Одно такое объяснение не работает. Не следует преувеличивать темноту русского крестьянства. Значительная часть мобилизованных — цвет нации, и у них уровень грамотности был выше среднего по стране. Мобилизация 1914 года прошла на удивление неплохо: власти не ожидали такого процента явки. А немцы не ожидали таких темпов переброски войск, что без массового патриотического сознания было бы невозможно.

И не следует, с другой стороны, идеализировать патриотизм образованного класса. Вот, почему у нас Первая мировая война — «забытая»? Во многих странах ее просто не могли забыть, потому что в ее годы были созданы незабываемые произведения литературы и искусства. А у нас? Стихи Гумилева? Это для очень узкого круга. И все.

Объясняется это тем, что образованный класс в России «косил» от фронта. Назовите хотя бы одного известного русского писателя, который бы погиб на Первой мировой?

— Да, тяжелый вопрос! С одной стороны, хорошо, что не погибли...

— Во Франции таких писателей — стена имен! А в России в эти годы налицо безответственность творческих людей, у которых слово не подкреплялось поступком. Патриоты не шли на фронт — а пацифисты, кстати, не шли за свои убеждения в тюрьму. И те, и другие «устраивались».

В Англии, Франции и Германии было не так! Правящая элита платила налог кровью. Были и в России такие случаи: погиб великий князь Олег Константинович, погиб сын Павла Милюкова. Но все-таки «откашивание» было важным фактором (как и в некоторых районах Австро-Венгрии).

— И, наверное, это дополнительно разозлило народ. А почему, кстати, образованный слой так себя повел?

— Бытовало представление, что все тяготы вынесут крепкие крестьянские парни, а образованных надо беречь. Но с другой стороны, многие образованные люди чувствовали свое отчуждение от государства.

Культура гражданства в России не установилась. Не только «гражданское общество», как самостоятельная организация общества, независимая от государства, (относительно уровня развития гражданского общества в России у историков идут споры), но и культура участия людей в политике своей страны.

То, что большая часть населения Российской империи оказалась отчуждена от политики, было весьма удобно для властей. Только вот цена этого оказалась чрезвычайно высока. В революцию люди начали очень быстро политизироваться, но уже в условиях кризиса. Это очень опасно.

Трудно офицеру договориться с социалистом

— Можно ли было как-то удержать ситуацию «добольшевистскими силами»?

— Я считаю, что после «дела Корнилова» шансов на предотвращение гражданской войны практически не было. Если это и считать победой Керенского над Корниловым, то это была пиррова победа. Керенский не был человеком гражданской войны. Он мог действовать только в условиях гражданского согласия, компромисса, а условия для такого компромисса были подорваны.

— Как же они так, не договорились?

— Мы очень «персонифицируем» конфликт и вообще историю. Роль лидеров очень велика, но за конфликтом Керенского и Корнилова стояли большие социальные группы. Вот они-то и не договорились.

Сами по себе Керенский с Корниловым были в чем-то похожи: имперские люди (оба провели годы своей жизни в Туркестане), державники, при этом не монархисты. Но и разница была большая: для Корнилова, Керенский — болтун, «тут дело делать надо». А то, что политика — это долгий переговорный процесс, это Корнилову не было близко.

Люди в погонах не смогли договориться с людьми в очках. Вот, кстати, в Германии через год генералы и умеренные социалисты договориться смогли, хотя и совсем не нравились друг другу. А в России — нет. Но в Германии был и опыт организации общества, в том числе бизнеса.

Соглашение военных и умеренных социалистов — вот что было нужно России для предотвращения гражданской войны. Но это очень сложно. Кадровые офицеры гордились своей аполитичностью, что мешало им и в ходе гражданской войны. А из умеренных социалистов — Церетели приехал из ссылки, а Чернов — из эмиграции. Одни европейского города давно не видали, а другие — «слишком видали», подзасиделись в парижских кафе и швейцарских библиотеках. Опыта управления государством не было ни у тех, ни у других.

Главная же особенность российской революции — появление т. н. «комитетского класса». Приказ № 1 Петроградского совета — с чем вынуждены были согласиться правительство и командование — везде в армии и на флоте ввел выборные войсковые комитеты. И все люди, имевшие хоть какое-нибудь образование, получили шанс на быструю политическую карьеру в условиях революции. Это создавало большие риски.

В ходе мировой войны всякий сколько-нибудь грамотный человек имел шанс стать офицером. В школы прапорщиков направляли и без среднего образования. Эти прапорщики потом вернулись в свои деревни и стали во время гражданской войны «полевыми командирами» разного уровня — волостного, уездного, а то и губернского.

Судьба их была разной, но очень многие пошли к красным. В белой армии, кстати, тоже делались головокружительные карьеры, капитан мог стать генералом. Но все-таки у красных был очень скоростной лифт. И не только для этого человека, но для его большой семьи и всей деревни.

— А необходимой культуры у них не было?

— Культуры конфликта, культуры компромисса, лоббирования, договоренности? Конечно, не было. В ходе гражданской войны появлялся советский политический класс, у которого была привычка к жестокости и чрезвычайщине. Это работало потом и при Сталине.

Редакцию портала "Мои года" интересует мнение читателя о прочитанном. Пожалуйста, отметьте среди приведенных ниже утверждение, которое ближе всего отражает вашу позицию — или напишите о своей реакции в комментариях. Будет здорово также, если вы попросите высказать свое мнение друзей и родственников!

• Какой-то дикий взгляд на историю. Все эти Керенские и Корниловы — враги трудового народа, победившего в Октябре 1917-года под руководством партии большевиков. Само вытаскивание их на свет божий — опасная идея. А уж упоминание советских комиссаров и лично товарища Сталина в таком контексте — кощунство!

• Очень поучительно, эти уроки истории актуальны и 100 лет спустя. В обществе, где нет культуры диалога, согласования интересов всех слоев общества - опять может вспыхнуть пожар... Тем более, что в стране все весьма неблагополучно, о чем говорят и настроения людей, которые фиксируют социологи.

• Совершенно не интересно - зачем ворошить дела прошлого? Никакого смысла для сегодняшней России в этой вековой давности истории - нет.

По инф. rosbalt.ru

• Расскажите об этом своим друзьям!

• Любовь к жизни. 150 лет назад родился Джек Лондон
  
  Джек Лондон – писатель, общественный деятель, социалист. Прославился своими приключенческими романами и рассказами. Занимал второе место по популярности в Советском Союзе среди зарубежных писателей, уступив первенство только Андерсену. Всего в СССР вышло 956 изданий произведений Джека Лондона общим тиражом свыше 77 миллионов экземпляров. За два дня до смерти Ленина его жена, Надежда Крупская, читала ему рассказ Лондона «Любовь к жизни».
• Над пропастью в авто
  
  27 сентября 1915 года (по юлианскому календарю) в газете «Русские ведомости», популярной у московской профессуры, была опубликована статья Василия Маклакова (1869–1957) «Трагическое положение». В ней один из лидеров Конституционно-демократической партии (кадетов; другое название – Партия народной свободы) писал об автомобиле, который под управлением неумелого шофера несется по крутой и узкой дороге. Автор задавал вопрос, что должны в такой ситуации делать пассажиры, которые умеют управлять машиной, – заставить шофера насильно уступить свое место или ждать развязки?
• Декабристы в творчестве Льва Гимова
  
  К 200-летию Декабрьского восстания.
• О прошлом для будущего
  
  Наступивший год, как и его предшественники, богат на разного рода юбилеи. Но среди множества исторических дат можно выделить три наиболее поучительных. Две из них – отечественные. Одна – зарубежная. Впрочем, все три связаны с развитием всего человечества.
• «Ход белой лошадкой»
  
  О новом романе иркутской писательницы Татьяны Ясниковой.
• Стихи наших читателей
  
  В течение всего уходящего года в редакционный портфель нашего литературного приложения к газете – «Перевал» поступали стихи наших читателей, различных самобытных авторов – профессиональных поэтов и поэтов-любителей. Лиричные и патриотичные, хорошие и не очень, но, безусловно, все написанные от души.
• «Еще идут старинные часы…»: к 90-летию Раймонда Паулса
  
  Раймонд Паулс – прославленный советский и латвийский композитор, пианист, дирижер. Народный артист СССР, лауреат премии Ленинского комсомола. С 1989 по 1993 год занимал пост министра культуры Латвии. Его композиции – это своеобразное соединение фольклора, современного ритма, ноток джаза и блюза.
• Даниил Хармс любил курить, стоя нагишом у окна
  
  В 2025 году исполнилось 120 лет со дня рождения Даниила Хармса. Спектакли по его пьесам с успехом идут в театрах российских городов, включая Иркутск. Его стихи – это что-то неуловимое и невыразимое с точки зрения языка разума, они, как сказочный мир волшебства и магии, со своими заговорами, считалочками и скороговорками. Однако судьба известного поэта, прозаика и драматурга насыщена парадоксами и трагизмом.
• Когда цвела Таволга
  
  Одним из самых значимых событий минувшего лета для нас, сотрудников Регионального Центра русского языка, фольклора и этнографии, стала экспедиция в Тайшетский район. Мы там, можно сказать, лицом к лицу встретились с медведем – живым и настоящим диким зверем. Впервые со времени создания Центра и наших поездок, то есть за 12 лет.
• Проводники света Олега Пенькова
  
  Культура города Усолья-Сибирского 8 ноября этого года понесла непоправимую утрату – ушел из жизни замечательный человек, талантливый поэт Олег Пеньков. Горько, очень горько сознавать эту невосполнимую потерю. 18 декабря друзья, коллеги, «собратья по перу» собрались в Доме ветеранов Усолья-Сибирского отдать дань памяти ушедшему другу.
• Писатель (Рассказ)
  
  Этот парнишка лет десяти-одиннадцати жил в то лето с родителями на соседней даче. Его родители, не в пример тем, кто любит попариться в баньке да позагорать на травке, трудились как пчелки. На их дачном участке не было ни травинки – вся земля была занята парниками, теплицами, а также малиной, которую они выращивали в строчку – кустик за кустиком, удобряли и получали отменный урожай.
• Жизнь как война: 120 лет со дня рождения Василия Гроссмана
  
  Дружба и верность, писательское ремесло были для Гроссмана главными жизненными приоритетами, которые он пронес через всю свою непростую жизнь.
• Лариса Долина как зеркало России
  
  Иногда причиной общественного недовольства бывают долгие, даже рутинные процессы – например, рост цен или безработица. Но порой – и даже, если оглянуться в прошлое – «точечные», но яркие события, ставшие, тем не менее, концентрированным, наглядным воплощением той самой рутины. Скандал вокруг Ларисы Долиной и его последствия – как раз из числа знаковых явлений, отражающих действительность современной России.
• «От улыбки станет всем теплей»: памяти неподражаемого Шаинского
  
  100 лет назад родился Владимир Шаинский. Когда он садился за инструмент, то вокруг него мгновенно собиралась толпа людей, готовых вместе с ним распевать знакомые мелодии.
• Геннадию Хазанову – 80 лет: кумиром пародиста был Аркадий Райкин
  
  С миром искусства Хазанов познакомился еще в раннем детстве: мама часто брала сына в народный театр при заводе, где талантливо играла роли в любительских постановках.
• «Жди меня, и я вернусь»: к 110-летию со дня рождения Константина Симонова
  
  Стихотворения поэта «Жди меня» и «Ты помнишь, Алёша, дороги Смоленщины…» помнят все без исключения.
• Экологизм – фундамент грядущей культуры человечества
  
  СОБОР. Байкальский манифест экологизма
• Казачка, любившая Штирлица: к 100-летию Нонны Мордюковой
  
  Она сумела показать на экране простую русскую женщину, такую близкую и понятную, даже родную. Героиням Нонны Мордюковой верили, им сопереживали, ими восторгались.
• «Пришел, раненый трижды…»
  
  Отрывок из книги Лилии Ладик «Встречи в сиреневых сумерках» (Печатается в сокращенном варианте.)
• Искусство быть собой. К 100-летию со дня рождения Майи Плисецкой
  
  Майя Плисецкая – выдающаяся русская балерина, актриса и обладательница десятка престижных наград. Народная артистка СССР, Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской премии, удостоена трех орденов Ленина, ордена Трудового Красного Знамени, полный кавалер ордена «За заслуги перед Отечеством» всех степеней – и этот список далеко не полный. Профессор Московского университета, жена композитора Родиона Щедрина. Она выступала перед Сталиным, боясь даже взглянуть в его сторону.