«Паки, паки, иже херувимы, житие мое», - говорил режиссер Якин в пьесе Булгакова «Иван Васильевич», искренне полагая, что общаться с царём Иваном Грозным следует именно так. И сегодня это заблуждение разделяют большинство людей, не понимающих разницы между древнерусским, старославянским и церковнославянским языками.
И если древнерусский и старославянский языки в самом деле являются родственными между собой, то у церковнославянского - особое положение: он существенно отличается от всех ныне существующих и уже мертвых славянских языков.
Происхождение
Церковнославянский язык – это язык богослужения, употребляемый Православной Церковью в России, Болгарии, Сербии, Черногории, Белоруссии на Украине и в некоторых других странах, где исповедуют православие. Он создан святыми равноапостольными братьями Кириллом и Мефодием на основе староболгарского (который мы сегодня называем старославянским) и старомакедонского. Специалисты находят в нем также моравские вкрапления и следы влияния других славянских языков.
Принеся в славянские земли азбуку и книжность, а вместе с ними и тексты, которые следовало произносить во время богослужения, Кирилл и Мефодий столкнулись с необходимостью перевода на славянский язык сложнейшего понятийного аппарата, сложившегося к тому времени в православном богословии и тесно связанной с ним философии. За спиной солунских братьев были многие столетия развития книжного греческого языка, приобретшего к IX веку изумительное богатство и отточенность. Славянские наречия, к тому времени бесписьменные, такой традиции не имели. «Мы же, славяне, – проста чадь», - писал моравский князь, приглашая Кирилла и Мефодия, под «простотой» разумея «некнижность». Так и появился церковнославянский язык – из текстов, переведенных братьями Кириллом и Мефодием с греческого и записанных вновь созданными буквами азбуки-кириллицы.
Церковнославянский – славянская латынь
Многие сравнивают церковнославянский с латынью, и в этом есть определенный резон. Церковнославянский так же, как и латынь, используется в богослужении, так же как и латынь, это мертвый язык, не имеющий носителей, для которых он был бы родным. Но на этом сходство заканчивается. Различие же с латынью гораздо более принципиальное. Латынь на протяжении длительного времени была живым, разговорным языком. На латыни общались в обыденной жизни, на ней писали деловые бумаги, литературные произведения самого разнообразного характера, со временем латынь стала языком науки и медицины. Церковнославянский никогда не использовался ни для чего другого, кроме богослужений.
На этом языке только молятся. В этом - его особая функциональная чистота. Эту чистоту понимали еще в Средние века. Болгарский автор Черноризец Храбрый в своем трактате «О письменах» именно этой особенностью церковнославянского языка обосновывает свое представление о его превосходстве над другими наречиями.
Есть и еще одно отличие от латыни. В Средние века, когда в королевства Западной Европы пришло христианство и началось богослужение на латыни, подавляющему большинству прихожан этот язык был непонятен. На «народные» языки Библия была переведена лишь в эпоху Реформации. В случае с церковнославянским языком было совсем по-другому. Для прихожан первых славянских православных храмов церковнославянский был понятен.
Как говорят специалисты, тут имела место диглоссия - ситуация, когда параллельно существуют два языка, но носителями они воспринимаются как один. Есть «высокий» пласт лексики и «низкий»: один – для богослужений, другой – для обыденной жизни. С течением времени «народные» языки – русский, болгарский, сербский и другие – подверглись трансформации, а церковнославянский сохранился почти в том же виде, в каком был создан Кириллом и Мефодием.
Примеры лексики
Церковнославянский язык является родственным современному русскому, и многое в нем понятно нашему уху. Или кажется понятным. Сходство, а иногда идентичность многих слов приводит к недоразумениям. Вот лишь несколько примеров.
Живот: на церковнославянском это – «жизнь». Многие люди полагают, что и в древнерусском «живот» означал «жизнь». Однако наши предки «животом» называли имущество, пожитки.
Непостоянно – то, против чего нельзя «постоять», выстоять. Непостоянно – это значит «невыносимо».
Позор – «зрелище».
Пища – «наслаждение». «Пищный» на церковнославянском означает «сладостный».
Тихий: ближе всего к современному русскому «мирный», такой, в котором нет угрозы. Иногда словом «тихий» обозначается греческое понятие «радостный», как в выражении «Тиха бо дателя любит Бог» (Бог любит того, кто подает милостыню с радостью).
Теплый – «очень горячий», «жгучий». «Теплый молитвенник» - это тот, кто молится горячо.
Умиление – «сокрушение», а отнюдь не «нежность» или «растроганность», как мы сегодня понимаем.
Умный – «умственный», «мысленный», «духовный», «нематериальный». Отсюда - «умное делание» - название молитвенных практик, которое можно перевести как «духовная работа».
Богослужение: церковнославянский или русский?
В наши дни в церковной, как и в светской среде, есть сторонники перевода православного богослужения с церковнославянского на современный русский язык. Сторонников этого проекта аргументируют это тем, что святые равноапостольные Кирилл и Мефодий в свое время ввели церковнославянский язык в оборот именно для того, чтобы литургия была понятна молящимся. И сегодняшнюю ситуацию, когда, стоя в храме, люди не понимают большую часть того, что произносится, считают отступлением от заветов корсунских братьев.
Противники перевода ссылаются на невозможность адекватного перевода на современный русский язык текстов, написанных на славянской «латыни». В этом случае произойдут неизбежное «снижение» смысла, утрата высокого значения произносимых слов, поскольку современный русский по отношению к церковнославянскому является в большой степени «профанным», «низким» языком.
Взяв свое начало много веков назад, церковнославянский язык актуален и в наши дни. Он прочно занял когда-то свою нишу и вряд ли ее кому-то уступит. Это язык православного богослужения и культура каждого, кто считает себя истинно верующим, причастным к Церкви и общается душой и со святыми, и с Богом.
Неделя начинается с поиска компромиссов и выстраивания связей, плавно переходя в фазу активного лидерства и командной работы. К выходным энергия потребует разрушить старые иллюзии, докопаться до самой сути вещей и подготовить крепкий фундамент для будущих побед.
Его можно считать настоящим человеком-эпохой в театре и кинематографе. Фильмография Евстигнеева состоит из сотни ролей в картинах самых разных жанров, и ролей в театре не меньше.
Нынешние власти утверждают, что только в 90-е годы творилось беззаконие. А сейчас, мол, нет рейдерских захватов имущества, да и человек сегодня защищен законом и властями всех уровней. Однако история простых людей из деревни Сосновый Бор Иркутского района говорит об обратном.
История человечества полна удивительных парадоксов, когда гениальное изобретение долгое время лежит на поверхности, но люди упорно продолжают пользоваться неудобными, а порой и опасными методами. Один из самых ярких примеров — история консервной банки и консервного ножа. Мы настолько привыкли к тому, что жестяная банка открывается легким движением руки за пару секунд, благодаря специальному ключу или кольцу, что даже не представляем себе другой реальности. Между тем между появлением консервов и изобретением первого бытового консервного ножа прошло ровно полвека.
Когда мы садимся в поезд дальнего следования, чтобы навестить детей или отправиться в путешествие к морю, мы редко задумываемся о том, по какому удивительному инженерному пути бегут колеса состава. Между тем стоит пересечь белорусскую или украинскую границу со странами Евросоюза, как пассажирский поезд задерживают на несколько часов. На специальной станции колесные пары буквально «переобувают» или переставляют вагоны на другую ширину рельсов. Всё дело в том, что в России и на пространстве бывшего СССР ширина железнодорожной колеи составляет 1520 миллиметров (исторически — 1524 мм, или ровно 5 футов), в то время как в большинстве стран Европы принят так называемый «стефенсоновский» стандарт — 1435 миллиметров.
Мы часто используем в речи крылатые выражения, даже не задумываясь об их буквальном, порой весьма мрачном происхождении. Фразеологизм «всыпать по первое число» знаком каждому с детства. Сегодня мы произносим его в переносном смысле, подразумевая строгий выговор, нагоняй или наказание за провинность. Однако за этой привычной фразой стоит вполне конкретная, суровая и безжалостная историческая реальность дореволюционной российской школы, где телесные наказания долгие годы считались главным методом воспитания и дисциплины.
Мы настолько привыкли к чугунным гармошкам под нашими окнами, что воспринимаем их как нечто само собой разумеющееся — неотъемлемую часть интерьера, на которую обращаешь внимание разве что во время генеральной уборки или ежегодной покраски. Между тем появление привычной батареи центрального отопления в XIX веке стало настоящим технологическим прорывом, перевернувшим представления о комфорте, архитектуре и планировке жилых помещений. И обязаны этим изобретением мы не заграничным инженерам, а выдающемуся русскому предпринимателю и промышленнику прусского происхождения Францу Сан-Галли.
Каждый из нас видел этот знак тысячи раз: изящная чаша, обвитая змеей, украшает фасады аптек, медицинские справочники, халаты врачей и машины скорой помощи. Мы привыкли к нему с детства и редко задумываемся, какое удивительное переплетение мифов, философии и реальной науки скрывается за этим изображением. Почему именно пресмыкающееся стало главным вестником исцеления, а чаша превратилась в хранилище жизни? История этого символа уходит своими корнями вглубь веков, к истокам античной цивилизации.
Неделя внутренней работы, подведения итогов и подготовки к новому лунному циклу. Она начинается с бережной поддержки близких и погружения в суть вещей, требует экологичного очищения пространства на новолуние и завершается яркой вспышкой созидательной эстетической энергии.
«Я из рабочих-крестьян. Окраина Москвы, бедность, хулиганы», – так Леонид Куравлёв говорил о своем происхождении и юных годах. Родился будущий актер в столице 8 октября 1936 года.
Наша Люба, Любушка, Любава – Любовь Сухаревская – прекрасный человек и товарищ. И по совместительству – известный иркутский поэт, писатель, публицист, журналист, член Союза журналистов СССР и РФ, член союза российских писателей, неоднократный лауреат областных конференций «Молодость, Творчество. Современность» (секции поэзия, журналистика), автор трех прижизненных сборников стихов, многократный лауреат многих профессиональных журналистских премий и званий (губернатора Иркутской области, «Золотое перо», «Золотая запятая», «Лучший журналист Иркутской области», «Мэтр журналистики»…)
Неделя глубоких контрастов, внутренней работы и очищения. Начинается с интуитивного подведения итогов, в середине требует решительности и отсечения лишнего, проводит через эмоциональный шторм к выходным и завершается долгожданным чувством возрождения и покоя.
Он стал всемирно известным композитором в 20 лет, когда его Первая симфония прозвучала в концертных залах СССР, Европы и США. Через 10 лет его оперы и балеты шли в ведущих театрах мира. 15 симфоний Шостаковича современники называли «великой эпохой русской и мировой музыки».
110 лет назад
20 сентября 1916 года в Москве образован кружок содействия учреждению университета в Иркутске. В его состав вошли Н. А. Второв, М. В. Пихтин, Б. А. Швецов, В. А. Касьянов, И. И. Попов, К. П. Михневский, И. С. Кальмеер, А. Е. Владимиров, А. Б. Воллернер, Е. С Второва. Председателем избрана Е. С. Второва, заведующим делами – И. И. Попов. Деятельное участие в работе кружка принял профессор В. А. Обручев.
Каждый, кому доводилось садиться за руль в Великобритании, на Кипре или в Японии, помнит это острое чувство пространственной растерянности. Привычные с детства рефлексы дают сбой: зеркало заднего вида оказывается не там, поворот на перекрестке требует непривычного расчета траектории, а рука машинально тянется к переключению передач в пустоту дверной карты. Сегодня около трети населения планеты передвигается по левой стороне дороги, а две трети — по правой. Мы привыкли считать это случайной причудой национальных стандартов, однако за этим разделением стоят века военной тактики, законы фехтования и логика гужевого транспорта.
Даже в XXI веке, среди цифровых технологий и прагматичного ритма жизни, каждый из нас регулярно сталкивается с этой негласной традицией. Стоит протянуть руку с ключами, документами или деньгами через открытую дверь, как собеседник почти рефлекторно отдергивает ладонь или произносит знакомое с детства: «Не передавай через порог — перешагни или зайди». Большинство людей соблюдают это правило машинально, объясняя его туманной бытовой приметой: «поссоримся» или «денег не будет». Однако за этой привычной осторожностью скрывается не просто суеверие, а один из самых глубоких, архаичных и сакральных пластов нашей культурной памяти.
Фраза «я умываю руки» прочно вошла в наш повседневный лексикон. Мы произносим ее, когда хотим подчеркнуть свой нейтралитет, выйти из затянувшегося конфликта или снять с себя моральную ответственность за чужие ошибочные решения. В сознании большинства этот жест неразрывно связан с евангельской сценой: римский наместник Понтий Пилат перед ревущей толпой омывает ладони водой, отдавая невинного на казнь. Однако мало кто знает, что Пилат вовсе не был автором этого движения. Римский префект прибегнул к древнейшей юридической процедуре, корни которой уходят в ветхозаветное уголовное право за тысячу лет до нашей эры.
Неделя лидерства, активного обучения и внутренней трансформации. Она начинается с выстраивания прочных рабочих фундаментов, достигает творческого пика в командном взаимодействии, а завершается полнолунием, требующим физического очищения и спокойного отдыха.
Будущий виртуоз киноэкрана и театральной сцены появился на свет 21 сентября 1916 года в городе Себеж Витебской губернии (сейчас – Псковская область). Его имя по паспорту – Залман Храпинович, а в семье звали Зяма.
