В современной Русской Православной Церкви существует практика ежедневной домашней, частной молитвы. Она включает чтение утренних и вечерних молитв, разнообразных канонов и последований. Эта практика называется «молитвенным правилом» и разделяется тематически.
Например, утреннее, вечерние, евхаристическое. Согласно христианской традиции, исполнение этого правила необходимо для полноты жизни в вере.
Когда появилось «келейное правило»
Евангелие донесло до нас лишь одну молитву, заповеданную Христом - «Отче наш». Но в ней мы произносим слова не от себя, а от собрания верующих. Книга «Деяния апостолов» повествует, что по Вознесении Христа и после Пятидесятницы апостолы пребывали в постоянном общении и совместных молитвах.
Вообще, для христиан первых веков ежедневная молитва была преимущественно общим делом и совершалась «в собраниях», а затем – в храмах. Личная молитва лишь дополняла общую и была лишена какой-либо регламентации. Появление частного правила связано с распространением монашества, начавшемся с IV века.
Основными принципами жизни в скитах были уединение, небольшое количество иноков, духовное наставничество и общее богослужение, совершавшееся раз в неделю и по праздникам. В дни, когда богослужение не совершалось, монахам надлежало молиться келейно, для чего созданы были особые молитвенные правила, довольно большие. Обычно это были в сокращённом виде те же тексты, что прочитывались в храме, но с дополнением небольших молитв.
На Руси первое подобное келейное правило для монастырей создал в XII веке епископ Кирилл Туровский. Он написал цикл неделю из 21 молитвы, рассчитанный на каждодневное чтение. С течением времени такое правило преобразовалось в домашнее правило для мирян. Те тексты, которые составляют современный молитвослов, являлись лишь частью бывшего некогда правила, а нынешнее сформировалось и утвердилось Русской Православной Церковью примерно 200 лет назад.
«Правило» для «выправления» души
В современной Церкви признается необходимость исполнения мирянами определённых молитвенных правил, однако и святые отцы прошлого и проповедники XX века призывают относится к этому процессу неформально.
«Правило — не существенная часть молитвы, а только внешняя её сторона. Главное же дело — молитва ума и сердца к Богу, возносимая со славословием, благодарением и прошением... и наконец с преданием Господу всецело. Когда есть такие движения в сердце, есть там и молитва, а когда нет, и молитвы нет, хотя бы вы целые дни простояли на правиле», - пишет святитель Феофан Затворник.
«Правило» нельзя «вычитывать», как можно услышать от некоторых православных. Ведь крайне необходимо, чтобы христианин чувствовал молитву не как обязательство, а как собственную потребность и норму своей духовной жизни. Поэтому «вычитывание молитвы» не должно становиться препятствием к самой этой молитве.
Конечно, довольно сложно вложить свои живые чувства к Богу в слова, написанные другими людьми. Однако молитвы, сложенные святыми прошлого, имевшими огромный опыт Богообщения, при должном вдумчивом отношении могут многое нам сообщить о самих себе и, возможно, стать созвучными каким-то нашим чувствам.
К этому призывает и митрополит Антоний Сурожский: «Мы должны ставить перед собой вопрос: а что я знаю об этом? что я знаю о целомудрии? что я знаю о смирении? что я знаю о любви? и так далее. И если продумать эти слова хорошенько, (...) как-то начинаешь делаться родным для тех святых, которые эти слова составили, которые выбрали эти слова для того, чтобы выразить свой опыт». Хотя, безусловно, молитву не нужно ограничивать лишь чужими словами, о чём пишет тот же епископ Феофан Затворник.
Молитвенное правило — это то, что способно помочь нам «выправить» внутренний мир, помочь «дисциплинировать» душу, обрести внутреннюю готовность следовать за Христом. Так, например, в молитвах утреннего правила главной темой является призвание помощи Божией на всякое благое дело в наступивший день, об укреплении веры и духа, о готовности к встрече с Богом. Ведь в Евангелии сказано: «Итак бодрствуйте, ибо не знаете, когда придет хозяин дома».
Многие люди обращаются к Богу. Молятся ему и словами уже составленных к Всевышнему обращений, и своими собственными. Здесь важно, наверное, если этот процесс совершаешь и душе он необходим, делать все очень искренне. Чтобы слова шли от самого сердца, даже за кем-либо повторенные.
– Летать стали на «боингах», свои авиазаводы еле-еле существовали, и только потому, что армия не могла остаться без истребителей, бомбардировщиков. А профсоюз не помог и не вступился, он завял, о нем у нас даже никто не вспоминает. Вы-то лучше меня это знаете, – она понимающе взглянула на Свистунова. – Муж с завода не стал уходить, иногда по вечерам и даже в праздники занимался извозом на машине, как говорят у них, таксовал. Слава богу, гараж рядом с домом… удобно. Я ужасно переживала, потому что он чаще всего выезжал вечером, сейчас такой беспредел, бандит на бандите… Выживали кое-как, а потом неожиданно поступил заказ, и работа появилась, не в таком объеме, как раньше, но жить стало получше.
Будущий народный артист СССР, один из лучших актеров советского кинематографа («король и шут в одном лице») родился 28 марта 1925 года в деревне Татьяновка – ныне это Шегарский район Томской области – в семье Михаила Петровича Смоктуновича и Анны Акимовны Махневой, в которой был вторым из шестерых детей.
Это было не сегодня, а сегодня рассказано, то есть вошло в этот солнечный день, как явь. Могло случиться вчера, а не более пятидесяти лет назад, как на самом деле. Есть большая разница: одно – когда о чем-то рассказывает очевидец, другое – когда рассказывают о том времени, когда его очевидцев ни одного не осталось. В первом случае давнее полно неостывшего трепета, и слова, о нем сообщающие, наполнены воздухом и дыханием.
Еще в апреле 2020 года дума Иркутска обратилась к руководству страны с инициативой о присвоении посмертно звания Героя Российской Федерации уроженцу Прибайкалья, летчику Николаю Ковалеву за подвиги, совершенные в период Великой Отечественной войны.
Он пришел домой подавленным. Работы больше нет. Вставали простые жизненные вопросы: на что жить, есть, пить. Нависла пустота, в душе пропасть, казалось, что наступила непоправимая безвыходность.
Точнее было бы назвать эту статью «Вопль беспомощного пенсионера!». А заодно и засвидетельствовать еще, что та ценовая интервенция, которая и невооруженным глазом видна каждому и повсюду на ценниках, вовсе даже и не ползучая, а прямо-таки скачущая во весь опор!
Дмитрий Гаврилович Сергеев (07.03.1922 – 22.06.2000) после окончания Омского пехотного училища в звании младшего лейтенанта воевал на Брянском фронте командиром стрелкового взвода. В составе 1-го Белорусского фронта дошел до Берлина. Был награжден орденом «Отечественной войны» II степени, медалями «За боевые заслуги», «За взятие Берлина».
Ох, и дорого же стало болеть в нашем «социально ориентированном государстве»! Я уж не говорю про «гениально» организованную систему медицинской помощи, когда граждан просто толкают обращаться в платные клиники из-за того, что в государственных не хватает врачей.
Юлию Борисову считают настоящей легендой, ослепительной звездой театральной сцены. Таких актеров, как она, единицы, но благодаря их творчеству этот мир становится светлее и добрее. В Борисову были влюблены все ее партнеры, но она ни разу не предала тех, кого любит – ни семью, ни родной театр, которому отдала семьдесят лет своей жизни.
В заботах и делах как-то незаметно пришла весна. А с нею март и праздник, посвященный нашей дорогой и любимой половине человечества – мамам, женам, подругам, сестрам, дочерям… И, конечно же, ее Величеству Любви.
Одним из первых наших земляков, вступивших в бой с фашистами, был уроженец Зимы Георгий Александрович Ибятов (1908–1998). Он встретил войну под Брестом, контуженным попал в плен, бежал и сражался в партизанском отряде до конца войны. Ему бы домой, к родным, а воина-победителя в… фильтрационный лагерь. Разобрались, выпустили, реабилитировали и... наградили орденом. Жестокие удары судьбы его не сломили и не озлобили. Сибиряк жил, как воевал, – по чести и совести, став легендой иркутского спорта.