ЗДРАВСТВУЙТЕ!

НА КАЛЕНДАРЕ

«Ложусь спать голодная»: три истории о невеселой жизни на маленькую пенсию

Алена Корк, pravmir.ru   
22 Августа 2023 г.

Пенсии у россиян бывают разные. У кого-то они едва превышают прожиточный минимум. Как же на такие крохи людям живется, чем им приходится питаться и на чем они пытаются сэкономить?

«Ложусь спать голодная»: три истории о невеселой жизни на маленькую пенсию

Три истории жизни на пенсию рассказывает издание «Правмир».

«Ложусь спать, можно сказать, голодная»

Зинаида Сидоровна К., Рязань

Пенсия: 12 000 рублей.

Расходы:

3000 рублей — коммуналка, телефон, электричество,

3000 рублей — продукты,

6000 — услуги соцработника.

75-летняя Зинаида Сидоровна почти не встает. Рядом с кроватью стоит ведро — каждый раз в туалет ей идти трудно. По квартире передвигается на ходунках или со стулом — выставляет его вперед, опирается на него и переставляет ноги. Муж умер 8 лет назад, детей и других родственников у нее нет.

Если бы не помощь соцработников и волонтеров и поддержка фонда «Старость в радость», страшно представить, как жила бы Зинаида Сидоровна.

— Приходят соцработники, стирают, окна протирают, в магазин ходят, мусор выносят. Просила недавно пижаму купить, я замерзаю даже в двух кофтах. Волонтеры иногда приносят гречку, масло растительное, тушенку, шпроты. Вечерами заходит соседка, ведро выносит. Термос кипятком заправляет. Сейчас я с вами говорю, и он у меня холодный, чайку охота, — рассказывает она.

Еду для Зинаиды Сидоровны готовит соседка. На продукты уходит 3 тысячи рублей — больше денег нет.

— У меня диабет, я полностью на таблетках. Держу диету. Что ем? Покупаю овощную солянку в банках по 80 рублей. Там капуста, помидоры, морковь, у меня зубов-то нет, мне что помягче надо. Курицу целую покупаю, соседка ее разделает и по кусочку в суп кладет. А говядину я не беру, она, лапочка, дорогая. Щи делаю из картошки и капусты, гороховый суп варю. Хотя что я говорю, не сама варю, соседку прошу, на три дня кастрюли хватает. Утром кашку овсяную ем. На воде, на молоке мне нельзя. Волонтеры мне купили микроволновку, я на ходунках к ней подхожу и кашу сама себе разогреваю. Если кастрюлю гречки сварят, мне надолго ее хватает. Творог и сметану иногда покупаю. Вечером яблочко могу съесть, деревенские покупаю, они подешевле. Но я, можно сказать, голодная ложусь.

У Зинаиды Сидоровны часто поднимается давление, приходится скорую вызывать. «Даю врачам 100 рублей на шоколадку», — бесхитростно говорит она.

Ее соседка удивляется: «Нашли, с кого брать! Видят же, в каком состоянии человек и ведро тут же стоит».

— Надо уже собираться к мужу. Какая это жизнь? Это не жизнь, я уже устала, четыре года воздуха не вижу, только в окно смотрю, — говорит Зинаида Сидоровна. — Щитовидка меня душит, утром вообще не могу разговаривать, хрипота, хрипота. А операцию мне нельзя — сердце не выдержит. Утром и вечером читаю молитвы. Ко мне батюшка ходит, я причащаюсь, жду конца. Устала.

«Покупаю лысые кости и варю из них суп»

Екатерина Николаевна С., 64 года, Байкальск

Пенсия вместе с надбавкой по инвалидности — 15 000 рублей.

Расходы:

950 рублей — продукты,

2300–3000 рублей — вода и отопление (зимой дороже),

250 рублей — капитальный ремонт,

300 рублей — электричество,

1300 рублей — сотовая связь, интернет,

170 рублей — кабельное телевидение,

1000 рублей — транспорт (автобус, такси в морозы и на длинные расстояния),

8030 рублей — кредиты.

Екатерина Николаевна живет в небольшом городке близ озера Байкал. Когда-то здесь было крупное производство — Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат. Предприятие кормило город, но наносило серьезный ущерб экологии самого глубокого озера планеты. БЦБК закрыли, большинство жителей оказались без работы, Байкальск сегодня живет за счет туризма.

Если бы не кредиты, Екатерине Николаевне вполне бы хватало на продукты. Но кредиты сжирают половину ее пенсии.

— Жизнь заставляет. Думаю: вот рассчитаюсь и больше не буду кредиты брать, но то одно прижмет, то другое. У меня закончился недавно кредит, выплачивала по полторы тысячи за телефон. Летом мне надо было поехать в Красноярский кардиоцентр на коронаграфию. Пришлось взять кредит 60 тысяч рублей, вот его и отдаю по 3300, — рассказывает она.

Еще у пенсионерки есть кредитные карты. На одной остался последний платеж — около 4 тысяч рублей. В кредит брала мебель домой — прихожую, шкаф и тумбочку под обувь. «Все же старится и разваливается», — объясняет она. А еще стол компьютерный покупала для внука.

— И есть еще потребительская банковская карточка, я ей могу отовариваться за продукты. Она на 20 тысяч, там тоже надо выплачивать по тысяче ежемесячно, — продолжает собеседница «Правмира».

Екатерина Николаевна неловко смеется, когда речь заходит о тратах на продукты. На еду ей приходится занимать, множа свои долги. И принимать помощь своей 91-летней матери.

— Я даже не могу толком сказать, сколько я трачу. Занимаю, с пенсии отдаю, занимаю, с пенсии отдаю, и так по кругу.

Получается, что моя мама помогает мне. Она, например, дает мне денег, чтобы я продукты покупала. Но ей много же не надо, и если она даст 2 тысячи, никогда сдачу не забирает у меня, — смущенно говорит она.

После долгой паузы продолжает:

— На продуктах я экономлю, мне стыдно даже озвучивать, что я ем. В магазинах-дискаунтерах бедрышки недорогие беру, куриные наборы суповые, иногда печенку куриную. Все самое дешевое. Масло сливочное покупаю раз-два в месяц 250-граммовую пачку. Я по утрам себе кашу варю и вечером ее могу есть. В кашу и уходит масло сливочное, иногда хлеб с маслом к чаю. Съела такой бутерброд и сытая.

К Екатерине Николаевне приходит в гости внук. Некоторые продукты в холодильнике только для него: «Себе-то я могу отказать, а для него кусочек самой дешевой колбаски надо купить. Беру куриную, сносную на вкус».

— Суп варю на чем придется и как придется. Покупаю лысые кости, которые собакам идут, по 20 рублей за кило. На них и мяска немного есть, суп варить — милое дело. Наваристый бульон получается. Я на нем варю щи, борщи, рассольник, крупяные супчики. Суп я три дня могу есть. А когда одна, мне сильно-то есть и не хочется, — рассказывает она.

Замороженные овощи у пенсионерки хранятся с лета — свекла, морковь. Иногда она покупает куриный фарш по 120 рублей за килограмм — добавляет его в блюда, например, жарит с перловкой и луком. Рыбу она давно не покупала, даже камбалу и минтай, которые брала раньше. «Я могу и кашу на воде каждый день есть, но все равно организм просит нормальной еды», — словно оправдывается она.

— Молоко иногда покупаю, иногда хочется чаю с молоком, — говорит Екатерина Николаевна. — Хотя обычно я травяной чай завариваю, летом запасалась травой, сушила ее и ферментировала: смородиновый лист, черемуху, рябину, иван-чай, шиповник. Вкусный, душистый чай получается. Можно в него ягоды какой-нибудь добавить, можно лимон, можно с молоком его пить. Заварку вообще не пью, для гостей только держу.

У Екатерины Николаевны диабет. Поэтому она не покупает хлеб, чтобы поддерживать вес. От фруктов она тоже отказалась, чтобы сэкономить.

— Иногда как вечер наступает, так что-нибудь бы да и съел! Заглянешь в холодильник, а там нет ничего. Когда есть сильно хочется, я стараюсь съедать ложечку меда — перебиваю аппетит, — признается она.

Год назад Екатерина Николаевна еще могла работать, сейчас уже сил нет. Дети помогают, но у них свои семьи и кредиты.

— Уже лишний раз не позволишь себе ни кинотеатр, ни театр. Сейчас все закрыто, но раньше-то работало, пойти все равно хотелось. Младшая сестра живет в Красноярске, она мне помогает с лекарствами. Например, мне нужен дорогой препарат, разжижающий кровь, я его сама себе позволить не могу, а другие лекарства мне не помогают. Перед Новым годом сестра привезла мне в подарок этот препарат.

Собеседница «Правмира» пользуется льготами — у нее инвалидность, она получает препараты бесплатно. В основном это инсулин, иногда — от давления и сердечные, у нее мерцательная аритмия.

— Но порой моих препаратов не бывает по рецептам, и я покупаю их сама. На лекарства много денег уходит, без посторонней помощи мне не справиться. И еще, знаете, я же еще не старая, мне ведь еще и что-то из одежды надо. Постоянно живу в долг. Перехватываю, занимаю и так по кругу.

«Будь у меня денег побольше, я бы детям давала»

Валентина Николаевна М., поселок Чернышков, Волгоградская область

Пенсия — 13 000 рублей.

Расходы:

7000 рублей — продукты и лекарства,

5000 рублей — электричество, вода, телефон и газ (живет в частном доме, летом ценник ниже, газ на отопление не нужен),

500–1000 рублей — услуги соцработников.

У 83-летней Валентины Николаевны есть дети и внуки, но фактически она одна.

— Я мало встречала таких семей, кому старики нужны. Никому не нужны. Одна доживаю, сижу в четырех стенах, — рассказывает она. — Дочка в Волгограде, сын рядом живет. Придет, проверит — бабка еще не сдохла? Не сдохла. Повернется и уйдет. Сама себя ругаю, что я таких плохих детей воспитала. И не баловала я их, некогда было ни баловать, ни воспитывать. Хотя образование дала. Сыну 60 лет будет в январе, дочке — 55 в мае. Своих сил у них, говорите, нет? Просто внимания хочется, хотя бы человеческого внимания, хотя бы вопроса: «Как ты, мама, как спала? Ты ела сегодня или не ела?» И внуки не ходят, не приучили их родители бабушку проведывать.

Сейчас Валентина Николаевна почти не выходит на улицу — то скользко, то дождь, то холод. В прошлом году еще выходила: «Я иду, меня качает, кидает. Приспособила детскую коляску, возьму ее, с ней доеду до рынка, он недалеко». А сейчас сил хватает только встать с дивана и дойти до плиты.

Несколько лет назад она перенесла инсульт, хорошо восстановилась, осталась небольшая ослабленность в руке и в ноге. По дому ей помогают работники соцслужбы, но это стоит денег.

— Бесплатно они обслуживают только тех, у кого минимальная пенсия. Если пенсия на 100 рублей больше минималки, уже будут платные услуги.

Придет полы помоет — 80 рублей. Булочки принесет — 50 рублей. За лекарством сходит — еще 50 рублей. За месяц набегает минимум 500 рублей, а то и до тысячи. А без них мне как? Никак.

Утро Валентина Николаевна начинает с каши — ячневой, овсянки, гречки. Вечером пьет молоко или ряженку, которую сама же и делает. В обед ест суп.

— Каждый день супы меняю, я не могу одно и то же есть. Вот супчик с пшеном, бывает, сварю. Иногда просто картофельный. Или огурчик покрошу, рассольник сделаю. Варю на ребрах или на крыльях, а бывает, денег на них нет, тогда просто овощной, поджарю лучок, заправлю растительным маслом и все. Мясо давно не покупаю, дорого.

Пожилая женщина живет в частном доме с землей. У нее есть огород.

— Летом я кое-как, но двигаюсь. У меня в саду и яблони, и груши, и сливы растут. Мне из соцслужбы их насобирают ведерко, я их чищу, раскладываю, сушу. Или сына заставляю хоть немного мне собрать. Из слив и варенье сварила, и насушила их. И картошку, и морковку, и свеклу, и помидоры, и огурцы, и перчики — все сажаем. Овощи у нас все свои, слава Богу, хоть так. Яблоки иногда покупаю. В прошлом году были свои, а в этом не уродились — плодожорка съела. Мандаринчиков вот приносила мне социальная служба. Тыквы попросила купить несколько штук на рынке, я тыкву сварю, яблочки сушеные, получается тыква с сухофруктами. Сметану не беру, творог иногда покупаю. Молоко в неделю два литра покупаю и квашу. Я это сквашенное молоко и ем.

Валентине Николаевне нужны лекарства: и обезболивающие, и сосудорасширяющие, и снотворные, и слабительные, и антидепрессанты, которые врач назначил. А они по 500–700 рублей.

— Все нужно. Успокаивающие вот взяла, а они как мертвому припарка. Да и какая мне валерьянка, когда я уже на антидепрессантах сижу? Она меня и не берет. А как мне не быть в депрессии, если меня дети забыли? Может, будь у меня денег побольше, я бы им давала бы, а они тогда почаще бы и отзывались. Дочка от силы дважды в год приедет на день, я ей дам эту копейку: «Положи на телефон, звони почаще, пожалуйста!» Но у них то работа, то они заняты, всегда оправдания...

***

Даже читать такие истории страшно, особенно примеряя эти перспективы на себя, не то что так жить, вернее, существовать, на самом деле. Остается надеяться, что когда-нибудь у нас люди на заслуженном отдыхе все-таки в материальном плане вздохнут посвободнее. Только когда оно наступит, это прекрасное далеко – неизвестно. Пенсии, конечно, растут. Но цены за товары и услуги – тоже. И последние (пока?..), к сожалению, уверенно лидируют.

На нашем сайте читайте также:

По инф. Правмир

  • Расскажите об этом своим друзьям!

  • «Шурик» был другим!
    «А этот самый Александр Гайдай какое-то отношение к кинорежиссеру имеет?» – на днях спросил более опытный коллега. И тогда стало ясно, что хотя бы к 105-летию со дня рождения иркутянина, Гайдая-поэта, Гайдая-журналиста следует немного напомнить землякам об этом человеке.
  • «Белые» и «красные»: формула примирения
    От памятника Колчаку к памятнику Троцкому.
  • Связистка Вера, или Корреспондент по прозвищу Чижик
    Крымская наступательная операция проводилась с 8 апреля по 12 мая 1944 года и закончилась освобождением Крыма. Ее проводили войска 4-го Украинского фронта и Отдельной Приморской армии во взаимодействии с Черноморским флотом и Азовской военной флотилией. В этой операции принимала участие иркутянка Вера Андриановна Чегодаева (на гражданке корреспондент по прозвищу Чижик).
  • Дорогами войны
    21 мая исполнится 100 лет со дня рождения Бориса Васильева.
  • Дети войны. Документальный рассказ Евгения Корзуна
    Эту историю мне рассказал коллега по профессии. Он родом с Донской земли, вся его родня произошла из казачества, проживала и до сих пор проживает на Дону. А он после учебы в Москве обрел вторую родину в Сибири. Они подростками сполна хлебнули горечь немецко-фашистской оккупации.
  • Черемховские наступают: о чем говорят перестановки в правительстве
    Правительство в очередной раз пополнила обойма губернаторов, которых в Кремле посчитали годными к работе на федеральном уровне.
  • Размышления в Год семьи
    Мое послевоенное детство прошло в маленьком заполярном поселке. Домишки были неказистые, с удобствами во дворе, воду привозили на телеге, наливая пожарным шлангом через прорубленное в стене оконце двухсотлитровые бочки, много чего еще не хватало и в скромных магазинчиках того времени. А вот разновозрастной ребятни было много. И мы, мальчишки 10-12 лет, как-то мало обращали внимание на эти неудобства.
  • Полководцы Великой войны: рейтинг от Сталина
    А действительно – кто был лучшим с точки зрения Верховного главнокомандующего? Расхожая точка зрения – Жуков. Вот и Парад Победы 24 июня 1945 года принимал именно он. А командовал парадом Рокоссовский, что тоже символично – его нередко называют «вторым после Жукова». Однако львиная доля возвышения обоих полководцев (особенно Жукова) приходится на 1970-е годы и позже. А как ситуация выглядела в годы войны и первое время после Победы, пока страну возглавлял Сталин?
  • Правда о Победе
    История – служанка политики, взгляд на прошлое, исходящий из сиюминутной конъюнктуры? Или все-таки наука, одна из сфер наших знаний, требующая точности и беспристрастности?
  • «А иначе зачем на земле этой вечной живу?»
    К 100-летию со дня рождения Булата Окуджавы и Юлии Друниной.
  • Люди доброй воли Иммануила Канта
    Философ Иммануил Кант не бывал в Иркутской области. Он практически никогда не покидал родного Калининграда, триста лет назад и до 1946 года называвшегося Кенигсбергом. Но его философские труды, его идеи шагают и по Сибири. Особенно актуально их вспомнить в апреле.
  • Золотой век Зои Богуславской
    Зоя Богуславская – знаменитая российская писательница, эссеист, искусствовед и литературный критик, автор многочисленных российских и зарубежных культурных проектов, заслуженный работник культуры РФ.
  • БАМ – ССО – ВЛКСМ
    На прошлой неделе побывал сразу на нескольких мероприятиях, связанных с аббревиатурами, вынесенными в заголовок, и нахлынули воспоминания. Правда, они (воспоминания) выстроились в голове в обратном порядке, нежели в заголовке. Впрочем, так и было в истории. И в жизни…
  • Чутье. Рассказ Владислава Огаркова
    Эту историю поведал Эдуард Копица, мой знакомый, живший в северном Усть-Илимске. Водитель грузовиков и автобусов, простой и светлый человек, он очень любил природу и многое знал о ней. Увы, ушедший туда, откуда не возвращаются.
  • День Победы: страницы жизни Виктора Секерина
    Виктор Павлович Секерин в 70-е годы заведовал кафедрой и аспирантурой на факультете иностранных языков КГПИ. Он поражал эрудицией, смелостью, раскованностью, ораторским мастерством. Сердце его не выдержало перегрузок в 58 лет. О его жизни и пойдет речь.
  • Защитники, или Воспоминания новоявленного бравого солдата Швейка о превратностях воинской службы
    Почти вся история человечества прошла в войнах и вооруженных конфликтах. Причин тому множество, всех их и не перечислить, да и такой задачи автор не ставит. Куда интереснее вопрос о роли подготовки военных кадров для успешной защиты Отечества. Автору на примерах своей биографии представилась возможность рассказать, как его в очень давнюю эпоху готовили защищать свою страну. И первым моим рассказом будет повествование о начале моей воинской «карьеры» в послевоенной Одессе. Александр Табачник
  • Не судьба?
    Судьба некоторых книг складывается словно по драматическому сюжету. Недавно мне довелось ознакомиться с повестью Г.П. Баранова «Злой Хатиман. Записки военного разведчика», которая могла прийти к читателям ещё в конце 80-­х. Но не пришла. И вот тут интересно разобраться – почему...
  • Фронтовик, писатель, гражданин: сто лет Виктору Астафьеву
    1 мая исполнится 100 лет со дня рождения Виктора Астафьева
  • Какой была в СССР бытовая техника
    Президент Владимир Путин сказал, что «в СССР выпускали одни галоши». Такое высказывание задело многих: не одними галошами был богат Советский союз, чего стоила бытовая техника!
  • 90-е: лихие или бурные?
    «Эта песня хороша – начинай сначала!» – пожалуй, это и о теме 1990-х годов: набившей оскомину, однако так и не раскрытой до конца.