Помучился… научился… исцелился (продолжение) |
27 Сентября 2012 г. |
О лечении и самолечении инфаркта миокарда на собственном примере автора А что если другие пойдут на поводу официального медицинского справочника?! Будьте осторожны, читатель. Никогда не употребляйте аспирин больше таблетки (лучше ¼ или ½ системно) и не глотайте его, а рассасывайте во рту, засасывая его вместе со слюной – частично он попадёт в желудок, но главное – напрямую в кровь, куда он как антиагрегант и предназначен. Это будет полезно и безвредно, помните: не навреди! О реополиглюкине – он в перечне лечения был назначен мне внутривенно как «хороший» препарат, который искали и купили три бутылки (по 400 г) председатель группового комитета Николай Иванович и моя жена Неля. И вот в пятницу 13 декабря 1999 г. в мою вену воткнута игла – началось вливание реополиглюкина… Где-то через полчаса я почувствовал приступы стенокардии. До медсестры не докричаться, терплю. Шарю рукой под постелью. Нашел нитроглицерин. Открыл зубами. Начал принимать его таблетку за таблеткой по ходу вливания этого самого реополиглюкина. Закончилась жидкость в бутылке, закончились мои 20 таблеток нитроглицерина в упаковке. Пришла сестра: что с вами? Я ей отвечаю: познакомился, похоже, с новым инфарктом, зовите врача. Рассказал всё врачу. Она: что вы, это хороший препарат. Давайте намеченные три сеанса завершим ещё завтра и послезавтра (это суббота и воскресение!). Убедила. Потерпите, читатель, это очень важно. В субботу я уже приготовил полную упаковку таблеток нитроглицерина. Началось вливание – прокапывание. Лежу. Игла в вене руки. Бутылка надо мной. Убывает жидкость медленно. Но быстро стала давить стенокардия. Началось – таблетка за таблеткой под язык. Но где-то по середине «сеанса», после двадцатой таблетки нитроглицерина я выдернул иглу из вены и переместился в кресло. Сижу. Отхожу. Чувствую – инфаркт! Приходит сестра – шум, как посмел! Много позволяете! Как мог, успокоил сестру. Попросил дежурного врача. Пришла дежурный врач по больнице. Педиатр – детский врач и говорит: «Я не знаю, что делать. Сегодня суббота. Никого нет». Я ей: «Может, кто-нибудь в палате реанимации есть. У меня, похоже, инфаркт». Принесли прибор. Оператор сняла кардиограмму – у вас инфаркт! Я говорю: «Вы уходите, я посижу до понедельника в кресле, всё обойдётся. Ушли. Как вам это нравится, читатель? А где антиагреганты? А где препараты против идущего в сердце омертвления клеток?! Многое я передумал, сидя в кресле, подкармливая себя эпизодически нитроглицерином. Решил главное – пора с медициной лечение заканчивать. Пора изучать технологию болезней и учиться самому разбираться в способах самолечения! Сказано – сделано! В воскресенье я резко отказался от очередной третьей системы и даже после бессонной ночи уснул сном праведника, принявшего пожизненное решение. На следующее утро в понедельник пришла группа врачей-кардиологов (видно, им доложили о случае и кардиограмме). Очень дружелюбно и даже с улыбкой было сказано: «Мы ждали инфаркта, он зрел. Мы думали, будет совсем плохо. Как хорошо, что всё обошлось. Мы уже договорились с главным врачом – вам из резерва больницы, как заслуженному пенсионеру, уже подготовлена путёвка в санаторий (он благо, в этом городе, на окраине в сосновом бору)». Я им: «Спасибо, славные женщины. Я готов. Я согласен». Заканчивался уходящий век, 1999 год. Закончились мои больничные приключения с завершающимися инфарктами. В санатории я начал досконально изучать медицину, начиная с познания, что такое реополиглюкин. Оказалось, всё просто. Реополиглюкин значится в рецептурном справочнике 1986 г. Его главное назначение – восполнение утраченной крови при кровопотерях. Крайне осторожно – при аллергических реакциях (отторжение организмом).
Я думаю, как же так – мне назначено мочегонное, и одновременно вливается излишняя жидкость, не принимаемая организмом? Ведь сердце могло и остановиться!? И на этот вопрос я нашёл ответ в хорошей информативной книге врача кардиолога-реаниматолога, профессора А. И. Борохова, в которой указывается вариант терапии «внутривенно инфузией реополиглюкина (400 г) совместно с гепарином (10000 МЕ)». Мой же купленный гепарин для инъекций оставался нераскупоренным в тумбочке, а в предписании процедуры он и не значится. Отсюда и все неприятности, отсюда и лишний инфаркт, отсюда и возможная преждевременная канитель похорон больничного пациента. Снова вопрос: почему инфаркт уносит большинство жизней из числа всех умирающих от него в стационаре больниц? Почему все три моих инфаркта и расширение зон некроза связаны с медициной? И последний вопрос: почему продолжительность жизни врачей меньше, чем средняя продолжительность обычных людей, как утверждает доктор Уоллок в своей книге «Умершие доктора не лгут»? О моих инфарктах – это грубые ошибки лично мои и ошибки медицины, даже в стационаре. Может, что-то не то творится в нашей официальной медицине? Может, какие-то другие пути оздоровления надо искать и выбирать? Я отошёл от больничных коек с последнего года прошлого века. Я даже снялся с больничного учёта – льготного больничного обслуживания. Последние годы я занимаюсь изучением наук медицины, стараюсь понять технологию процессов жизни, болезней и исцеления. И мечтаю о том, когда пройдёт повсеместный медицинский «ликбез» (ликвидация безграмотности). О том, когда врачи будут обеспечены условиями для получения знаний, будут материально обеспечены и ответственны за вверенные им судьбы больных людей. О том, когда врач и подопечный больной будут совместно решать вопросы эффективного самолечения на базе технической мощи медицины и знаний фундаментальных законов природы для всеобщего самоисцеления.
|
|