ЗДРАВСТВУЙТЕ!

НА КАЛЕНДАРЕ
ЧТО ЛЮДИ ЧИТАЮТ?
2024-01-26-11-03-03
Спорт – в массы! Был такой популярный лозунг в советское время. И не только лозунг, но и действие, различные программы.
2024-01-26-10-02-46
Аркадий Петрович Гайдар – советский детский писатель, сценарист и прозаик, журналист, военный корреспондент. Участник Гражданской и Великой Отечественной войн. Классик детской литературы, известный главным образом рассказами и повестями об искренней дружбе и боевом товариществе. Он создал самые светлые...
-i-
Чуть больше месяца остается до выборов президента России. Это очень маленький срок для агитации за каждого кандидата, тем более, что только Владимир Путин хорошо известен населению страны, остальные редко появлялись на страницах газет и на телевизионном...
2024-02-02-04-15-51
2 февраля 2024 года Валерию Павловичу Чкалову, герою Советского Союза и кумиру миллионов, исполнилось 120 лет со дня рождения.
2024-02-02-06-43-20
Над моим пространством витает ночь, хороводят звёзды вокруг ковша, на экране строчка – «удалено»… И слепым кутёнком скулит душа. Почему нескладно сложился паззл, не найду ответа, себя виню: что имеем – не привлекает нас, нет чего-то – тут же «ценю… храню…». Мне б нажать «escape», отменить «delete», и...

Прошлое и настоящее (рассказы художника)

Изменить размер шрифта

09 1a

Владимир Васильевич Щербинин родился в 1951 г. в посёлке Курагино Красноярского края. После средней школы поступил на физико-математический факультет в Красноярске, окончил в 1972 г. Преподавал физику в школах и самостоятельно изучал психологию. Затем поступил в аспирантуру в Москве. В 1989 г. получил ученую степень по психологии. Его творческий потенциал проявился сначала в живописи, затем в прозе и в поэзии, которую мы представим в другой раз.

Прошлое и настоящее (рассказы художника)

Лето в разгаре

Ранним утром туман закрывал не только дома и деревья, но и само солнце. Хотя, если присмотреться, то на небосводе через это седое воздушное одеяло можно было увидеть едва заметный диск нашей звезды.

Я отправился на прогулку по своему привычному маршруту – по тропам вдоль заливов и через небольшие холмы. Память ещё удерживала образы пейзажей северных районов области. Но там всё другое, порой сурово-строгие краски. Природе дан меньший диапазон для своего развития – недостаток кислорода, меньше тепла, более суровые зимы.

Здесь всё иное. После обильных ливнепадов тропы местами залиты водой. Воздух такой сырой, что порой трудно дышать. Несколько раз перед ногами шустро сновали полевые мыши – перебегали трупу. То вдруг из-под ног взлетала птица и старалась убраться подальше.

Разноцветные цветы рассыпали свои краски. Этот пёстрый ковёр словно говорил, что лето в разгаре, но совсем скоро будут преобладать жёлтые, коричневые и цвета охры.

Небеса

Сплошным полотном развернулась чёрно-синяя туча по горизонту (по всей видимой длине) и стала продвигаться в сторону посёлка. «Видимо, будет сильный дождь», – подумал я.

Хотя с другой стороны ещё светило солнце, окрашивая ковёр сплошного леса на склоне горы в ярко-зелёный цвет.

Но в этом чёрно-синем полотне со временем стали видны вкрапления, состоящие из более светлых небольших барашков. Их количество становилось всё больше и больше.

Они как бы разрывали целостность ткани этого полотна, и оно уже не казалось таким грозным.

От лучей солнца на зелёном ковре леса одинокие тучи, которые висели отдельно от сплошного полотна, отбрасывали тени.

По соседству находился смешанный лес из сосен, тополей и молодых берёз.

Листва берёз часто трепетала от слабого ветерка, отчего листочки меняли цвет, что напоминало мелкую рябь и игру световых бликов на поверхности воды.

Но светило неумолимо продолжало склоняться к горизонту, отчего лес темнел и становился более мрачным.

Свет с трудом расставался с лесом, он все ещё освещал часть пологой горы и даже нарисовал на фоне серых туч разноцветную радугу.

Всё пространство продолжало терять яркие краски и погружалось в сумерки.

И на десерт. Хотя гора вместе с ковром леса погрузилась в темноту, в нашем сплошном чёрно-синем полотне образовалась большая раковина, большая дыра. В этой раковине были видны узкие и длинные тучи с острыми концами. Будто лезвия длинных ножей ощетинились в ожидании неизвестных врагов.

P.S. Утром же по всему горизонту было чистое небо, ни одного облака, ни одной тучки. Только влюблённые парочки белых бабочек беззаботно порхали на голубом фоне. Возможно, вчерашние страшные тучи были только моими фантазиями или приснились в моих ночных кошмарах.

Утром в окно врывается жизнь

Уро на исходе лета. Окно открыто с вечера, на нём мелкая сетка для защиты от комаров.

Раннее утреннее солнце, бороздя лучами по уже желтеющим листьям, врывается в комнату, принося с собой новые надежды, свет, тепло и саму жизнь.

Перед окном – невысокий деревянный забор, на котором растянута хитроумная ловушка пауков – паутина, её прочные и тонкие нити блестят сталью и радужно переливаются в солнечных лучах.

За забором от порывов лёгкого ветерка раскачивается куст крапивы, расставив в разные стороны свои грозные листья со жгучими колючками; она уже готова разбросать семена, которые висят гроздьями и ранней весной дадут зелёные побеги.

Под ветвями старого тополя мошкара «выписывает» сложный рисунок, гоняясь друг за другом.

Но, что бы ни происходило вокруг, солнце набирает «свои обороты», небо наполнилось светом, прорисовались небольшие, причудливой формы, облачка.

От недавней ночи не осталось и следа, она сохранилась только в сновидениях, которые недавно разворачивались самым причудливом образом, сочетая в себе несочетаемое.

Днём поднялся ветер, который настойчиво взбивал мелкую рябь на реке, но не менее настойчиво светило солнце, и в реке ещё купались дети и взрослые.

Под вечер небо заволокло тяжёлыми чёрными тучами, ветер усилился, иногда переходил в сильные порывы, гнул деревья. Жёлтые лепестки цветов чистотела, в которых с утра неустанно трудились пчёлы, полностью облетели. Стало сумрачно, небо опрокинулось холодным дождём.

Утром следующего дня солнечные лучи уже не светили в окно, они не могли пробиться через сплошную облачность, но зато в комнату свободно проникал говор ворон, они долго поочерёдно трещали, выдавая друг другу какие-то сообщения. Паутина уже не блестела сталью на солнце, а была сорвана вчерашним ветром и дождём; и крапива уже не растопыривала свои листья с грозными колючками, только кисточки с семенами уныло повисли в разные стороны и лениво раскачивались под ветром; и не было видно мошкары под сильно потрёпанными ветвями тополя, с которых облетела часть листвы.

Только сновидения остались без изменений и всё также сочетали в себе несочетаемое.

Железные скобы

Приехал на малую Родину – в Курагино. Иду по посёлку, словно «наступаю» на свою память, всё до боли знакомо: и дома, и деревья, узнаю некоторых людей.

Пошёл на берег реки, опять «наступил» по полной – родной пейзаж, изгибы реки, галечная коса, склоны гор с привычным очертанием – узнаю их даже во сне.

Солнце то заходило за тучи, то вновь светило и грело со всей летней мощью.

Прибежали две девочки лет двенадцати и, как две стрекозы, стали прыгать, бросать мелкие камешки в воду, пританцовывать и изящно кривляться друг перед другом.

Вот она – непосредственность и радость жизни, пока ещё ничем не обременённая.

Под ногами увидел скобу из толстой проволоки, она была покрыта толстым слоем ржавчины. Поодаль разглядел ещё одну. Такие скобы можно изредка увидеть между камнями на берегу Тубы. Пролежали они здесь лет пятьдесят и более с того времени, когда по Тубе «гоняли» плоты – сплавляли лес. Брёвна скрепляли между собой проволокой, которую прибивали к брёвнам такими скобами.

Вот и лежат они, послужившие человеку и выброшенные, как символы прошедшего времени.

Стражи берега

Они (тополя) насмерть вцепились своими кривыми и прочными пальцами-корнями в берег Тубы. Нужно держать его, не давая потоку воды дальше разрушать и размывать.

А какой у них выбор? Либо течение реки уронит их и унесёт умирать где-то вдали от родных берегов, либо упрямо стоять, запуская свои «пальцы» ещё глубже в каменистый берег.

Стоят, когда зимой в стужу их пальцы мороз превращает в камни.

Стоят, когда весной во время ледохода, льдины своими острыми краями режут и пытаются оторвать их от камней.

Тополя укрепляют берег, не давая ему разрушаться и обрушаться от неустанного потока.

Это молчаливое противоборство длится не один год и не одно десятилетие.

Настоящие стражи берега – рыцари своего дело.

Память раннего детства

Решил описать самые сильные воспоминания, которые остались в памяти из раннего детства, которые чем-то повлияли на меня и остались навсегда.

Скошенная трава. Мне было года три-четыре, не больше, а, возможно, и меньше того. Летний день, светит утреннее солнце. Я оказался за домом в своей ограде, где недавно скосили траву. Был без обуви, и босиком пошёл по этой траве, сквозь которую острая стерня колола тонкую детскую кожу. Но боль была терпима.

Какое странное сочетание: тёплый солнечный день, а привычная трава создавала новые, непривычные чувства.

(Познание новых свойств большого и неизвестного мира через болевые ощущения).

На коне. Примерно в эти же дни меня отец посадил верхом на лошадь. Я был выше всех и даже выше взрослых. Для меня это было что-то вроде смелого поступка или большого достижения.

(Много ли надо маленькому ребёнку, чтобы почувствовать свою значимость?)

Нож отца. Отец работал директором школы и ещё ездил на велосипеде в какую-то деревню – там он вёл уроки. А поскольку места вокруг были мало обжиты и водились волки, то у отца в этих поездках на поясе всегда висел нож в ножнах. Может, поэтому, когда я мотаюсь по тайге, либо на рыбалке, всегда ношу нож на поясе.

(Назовём это импринтингом или подражанием отцу, которое ушло в подсознание).

Бочка с водой. Это открытие было сделано также в один из летних дней в том же возрасте. Возле дома стояла деревянная бочка с дождевой водой. Найдя какую-то подставку, я добрался до края бочки и заглянул в неё. То, что я увидел, меня сильно поразило. Там находились какие-то водяные жуки или личинки. Они быстро подплывали к поверхности, разворачивались и уходили в глубину. Это было для меня в тот момент – как открытие таинственной внеземной цивилизации.

Ребёнок этого возраста эгоцентричен. Он полагает, что мир крутится вокруг него, что он центр всей вселенной. Взрослые реагируют на его просьбы, плачь. Животные откликаются на его слова и действия. Муху он может отогнать, а комара прихлопнуть.

Но в этой бочке творилось что-то не по правилам. Жуки жили своей жизнью и никак не реагировали на меня. Я для них был никем. Они сновали туда-сюда, не обращая на меня никакого внимания. Мною был открыт новый мир, который не зависел от моего существования.

(Независимые жуки в бочки осуществили коперниковский переворот в моём сознании.
Они избавили меня от ложной значимости и чувства особого положения в мире).

О том, как Я «уехал»

Всё складывалось хорошо, даже отлично.

Я потрепал своего нового друга (пса по имени Барон) за ухо, задал ему «корма» и воды. Погладил мохнатых дам – двух очаровательных представительниц кошачьего рода – пушистую маму и её грациозную чёрно-белую дочку.

Отправился (да, и ещё подкрутил «усы» своим воспитанникам – огурцам в теплице) к своим сватам Владимиру и Зинаиде, чтобы уже от них добраться до вокзала в путешествие до Иркутска.

Скажу честно, мне сложно, или – здесь трудно подобрать слово, скажем, – ущербно, или я комплексую, когда причиняю неудобство другим людям. Но, с другой стороны, я их родственник – какой-никакой. Одним словом, бываю предельно щепетилен в таких вопросах, когда они касаются зоны свободы другого человека.

Поезд отходит около двух ночи.

Попрощался со сватами. Пришёл на вокзал. Он совсем рядом – десять-пятнадцать минут ходьбы.

На вокзале на железных сидениях спали три человека. Один из них снял носки и сушил их на соседнем сидении. При этом он обнажил грязные ступни ног. «Либо бич, либо попал под дождь», – подумал я.

Другой, с виду приличный по всем принятым параметрам, спал на своём рюкзаке.

Ну а третий – часто ходил в туалет. «Что-то с желудком», – подумал я.

Вышел за вокзал. Звёздное небо. Вспомнил отца. Когда мы на лошадях возвращались домой ночью, отец мне показывал звёздные скопления и называл их имена. Совсем необычные воспоминания и ассоциации порой возникают у человека.

Смотрю по времени – что-то нет моего поезда. Может, из-за аварии, о которой сообщали по ТВ?

Подошёл к работнику вокзала, говорю:

– Почему нет поезда? – Показываю ему свой билет.

– Да вы перепутали дату – сегодня совсем другой день.

Пошёл обратно по ночному Магистральному.

В нескольких местах стайки молодых людей пели песни под гитару, смеялись и вели свои разговоры.

В этом я увидел продолжение жизни – несмотря ни на что.

Прошлое и настоящее

Передвигаясь по временной шкале в сторону бесконечности, начинаешь отдавать отчёт себе или замечать, что в твоей жизни твоя память и накопленный в ней материал становятся не менее значимы, чем настоящее.

Прошлого становится так много, что оно занимает твоё внимание и живёт своей самостоятельной жизнью в твоём внутреннем мире.

От него трудно отмахнуться.

Ты его анализируешь, перебираешь, сортируешь по категориям и удельному весу, «копаешься» в нём.

Всё правильно, говорят: «Надо жить настоящим».

Этому легко следовать в молодые годы, когда прошлого мало, а всё основное ещё в будущем.

Но теперь, увы, всё основное уже в прошлом. Оно не исчезло, оно в твоей памяти и живёт по своим законам.

Может, поэтому появляется стремление к ностальгии.

Возникает интересный баланс между прошлым и настоящим.

  • Расскажите об этом своим друзьям!