Каждый сезон миллионы людей списывают головную боль, слабость и ломоту в суставах на капризы природы. Внезапный дождь, резкое похолодание или скачок атмосферного давления традиционно обвиняются во всех грехах. В медицинской науке отношение к метеозависимости неоднозначное: в международной классификации...
Мы привыкли относиться к уходу за полостью рта исключительно как к вопросу эстетики и комфортного пищеварения. Потеря зуба или кровоточивость десен часто воспринимаются как досадные, но естественные возрастные изменения. Однако современная медицина все чаще рассматривает наш организм как единую систему,...
Культ стабильности долгое время диктовал жесткий сценарий: к шестидесяти годам человек обязан окончательно «осесть». Окружить себя накопленным имуществом, заняться обустройством дачи, копить хрусталь в сервантах и бесконечно концентрироваться на бытовых мелочах. Однако сегодня в европейских странах все...
В традиционном представлении студенческие годы прочно связаны с юностью. Университет воспринимается как стартовая площадка: место, где нужно спешно получить диплом, сдать сессию и найти первую работу. Однако во Франции на высшее образование смотрят гораздо шире. Здесь зародилось и успешно развивается...
С возрастом многие замечают, что периодически забывают нужные слова, имена знакомых или детали недавних событий. Это естественный физиологический процесс, но он вовсе не означает неизбежного угасания интеллекта. Современная нейробиология доказала: наш мозг обладает нейропластичностью — способностью...
Говорят, что человек стареет ногами. Даже сравнение есть – ходит, как старик. К сожалению, современный образ жизни приводит к тому, что «старость молодеет». Да, медицина помогает продлить жизнь, но вот сидячий образ жизни и малоподвижность приводят к тому, что недуги, раньше характерные для людей пожилых, теперь поражают людей средних лет и даже молодёжь. И проблемы с ногами в этом ряду занимают одно из первых мест. Наш постоянный автор профессор Сергей Бубновский, доктор медицинских наук, телеведущий и автор многочисленных книг о здоровье, который известен как автор кинезитерапии, или излечения методом движения, начинает цикл статей, посвящённых заболеваниям ног.
К нам нередко приходят люди с больными ногами, которые сомневаются, можно ли с такими проблемами заниматься в нашем центре. Например, при диагнозе «периферический разрыв заднего рога мениска». И можно ли при таком диагнозе избежать операции?
Таких вопросов, связанных с повреждением или удалением мениска или разных его частей, я получаю очень много. И главный смысл этих вопросов – можно ли при боли в коленном суставе заниматься упражнениями на тренажёре МТБ или какими бы то ни было другими упражнениями, чтобы избежать операции по замене сустава на имплант (эндопротез) или просто операции по удалению мениска (менискэктомии).
Любое хирургическое проникновение в коленный сустав рано или поздно грозит развитием артроза. Даже после всего лишь артроскопического «осмотра внутренностей» сустава, который обычно преподносится как совершенно безболезненный метод диагностики, никак не влияющий на здоровье сустава и его состояние. Это, мягко говоря, не совсем так. Более того – это совершенно не соответствует истине. И дело даже не в хирургическом воздействии на сустав, после которого остаются рубцы и спайки. Оно может быть и достаточно корректным. Но коленный сустав по своему строению, наверное, самый сложный в организме человека. Поэтому нарушение любой его составляющей, будь то связки, мениски и прочее, может иметь печальные последствия. И причина здесь в отсутствии понимания больным того, что произошло с его суставом, и в неверном обращении с прооперированным или повреждённым суставом до и после. Я имею в виду правильную реабилитацию. Иногда проходит и 10, и 20 лет, прежде чем «разыграется» деформирующий артроз. Но он обязательно проявится, если повреждённый сустав продолжать эксплуатировать без должной физической профилактики. Слишком много надежд возлагается на хирургическое «чудо». Нет у человека ненужных частей тела!
Поэтому я хочу напомнить читателю, что такое мениск. Коленный сустав особенный. Он является промежуточным суставом нижней конечности и служит соединительным звеном между бедренной и большеберцовой костями – рычагами коленного сустава. Они соединяются друг с другом с помощью мыщелков, представляющих своеобразный блок, позволяющий осуществлять основные движения в суставе – сгибание и разгибание. Двояковыпуклые мыщелки бедренной кости образуют боковые части блока и соответствуют как бы колёсам самолёта.
Суставная поверхность большеберцовой кости имеет соответствующие изгибы и образует два вогнутых параллельных жёлоба, разделённых возвышением.
С точки зрения сгибания и разгибания коленный сустав можно рассматривать прежде всего как блоковидную поверхность, скользящую в вогнутых желобах.
Движение под названием ротация (вращение), то есть круговое движение, – рассматривать не буду, так как это движение слишком специфично и используется скорее в акробатике, чем в обычной жизни. Ротация возможна только при согнутом коленном суставе.
Так как у суставных поверхностей коленного сустава отсутствует конгруэнтность, т.е. линия их соприкосновения неровная, изломанная, то именно мениски компенсируют эту особенность сустава как своеобразные прокладки-рессоры. Поэтому мениски играют важную роль как эластичные детали, передающие силу компрессии (давления) с бедренной кости на большеберцовую кость. Другой «рессорой» в коленном суставе является жировая прокладка в переднем отделе коленного сустава.
К сожалению, достаточно часто при жалобах на боли в коленном суставе удаляют полностью и мениски (менискэктомия), и жировую прокладку, хирургически уничтожая рессорную функцию коленного сустава. Это является необоснованным действием и приводит к достаточно раннему деформирующему артрозу (гонартрозу). Конец бедренной кости начинает стираться о конец большеберцовой. При появлении артроскопии стало возможным удалять только поражённый сегмент (частичная менискэктомия) в том случае, когда этот сегмент (рог) является механическим препятствием сгибанию-разгибанию и травмирует суставной хрящ. После разрыва мениска его повреждённая часть не может следовать за нормальным движением в коленном суставе и вклинивается между мыщелками бедренной кости. В результате сустав блокируется в положении сгибания, и полное разгибание, даже пассивное, становится невозможным. В таком случае подобная операция необходима.
Но проблема в том, что врачи норовят отправить пациента под нож хирурга и без крайней на то необходимости.
О том, как избежать опасной операции, мы поговорим в следующих статьях.
Еще регулярные новости и статьи о здоровье на портале для пожилых — по ссылке.
Остеопороз часто называют «тихим вором» — он незаметно лишает наши кости прочности, пока однажды легкий ушиб или неловкое движение не заканчиваются травмой. После 40–45 лет физиологические процессы меняются: разрушение костной ткани начинает опережать ее восстановление. Это естественный процесс, но это не значит, что мы должны просто наблюдать за тем, как наш скелет становится хрупким.
В медицине есть термин «немые» заболевания. Это те, которые годами не дают о себе знать болью или дискомфортом, просто потому, что органы, в которых они развиваются, либо лишены болевых рецепторов, либо имеют достаточно места для роста опухоли, не затрагивающей соседние структуры. Рак простаты, яичников и кишечника — классические примеры. Когда появляется боль — это, к сожалению, часто свидетельствует о том, что стадия заболевания уже далеко не начальная.
Долгое время деменция считалась неизбежным спутником старости, своего рода «биологической поломкой», которую невозможно предотвратить. Однако свежие данные от экспертной комиссии журнала The Lancet перевернули этот взгляд: до 40–45% случаев деменции можно предотвратить или существенно отсрочить, если знать, на что именно влиять. И начинать эту работу нужно не в преклонном возрасте, а прямо сейчас.
Многие из нас привыкли считать, что когнитивное здоровье — это вопрос преклонного возраста. Однако последние масштабные исследования, включая проект PREVENT Dementia, показывают иную картину: ключевой период для защиты мозга наступает гораздо раньше. Возраст от 40 до 59 лет ученые называют «золотым окном». Это время, когда наш мозг еще обладает высокой пластичностью, а любые превентивные меры дают максимально долгосрочный эффект.
В последние годы ученые пришли к выводу: возрастные изменения — это не просто износ организма, как у старого механизма. Это сложный процесс, в основе которого лежит «инфламэйджинг» (inflammaging) — хроническое вялотекущее воспаление низкой интенсивности. Оно не болит, не вызывает температуры, но годами «подтачивает» наши органы и ткани, становясь фундаментом для большинства болезней: от сердечно-сосудистых до нейродегенеративных.
В медицине существует понятие «синдром хрупкости» (frailty). Чаще всего его ассоциируют с глубокой старостью, когда человек становится уязвимым к малейшим стрессам: простуде, падению или смене погоды. Однако физиологи предупреждают: процесс накопления этой хрупкости начинается гораздо раньше, иногда — уже после 40 лет. Это не старость, это постепенное истощение физиологических резервов, которое можно заметить и «развернуть» вспять, если вовремя обратить внимание на сигналы тела.
К возрасту 45–50 лет мы часто обнаруживаем, что смотрим на свою жизнь не как на процесс, а как на список выполненных или, что хуже, невыполненных задач. Карьера, которая не достигла «топа», дети, которые выросли не совсем такими, как виделось в мечтах, квартира, которая всё еще требует ремонта. Этот груз «несбывшегося» давит, заставляя чувствовать, что время упущено, а траектория движения была неверной. Но именно в этот момент важно понять: то, что мы называем ошибками, было нашей единственной доступной стратегией в тех условиях.
В современном ритме жизни нас постоянно преследует негласная установка: если ты не занят делом, значит, ты тратишь время впустую. Особенно остро это ощущают люди зрелого возраста, которые привыкли к модели «постоянного движения». Мы составляем списки дел, планируем каждую минуту, а если вдруг выдается свободный час, чувствуем не облегчение, а смутное беспокойство или даже вину. Но что, если мы ошибаемся, считая скуку своим врагом?
Проблема испорченных продуктов знакома каждой семье. Свежая зелень, купленная на рынке пару дней назад, стремительно увядает, сыр заветривается или покрывается плесенью, а свежие ягоды теряют свой первозданный вид. Мы стараемся бережно упаковывать еду в контейнеры или пищевую пленку, но процесс порчи всё равно берет свое. В итоге часть семейного бюджета регулярно отправляется в мусорное ведро.
Каждый, кто хоть раз сталкивался с необходимостью курсового приема препаратов, знает, как сильно покупка медикаментов может ударить по семейному бюджету. Цены на привычные лекарства в аптеках растут, и порой кажется, что выбора нет: здоровье дороже любых денег. Однако мало кто знает, что значительную часть стоимости популярного препарата составляет не его лечебный эффект, а затраты фармацевтического гиганта на рекламу, красивую упаковку и продвижение бренда.
С возрастом многие из нас замечают знакомый симптом: чтобы прочитать состав продукта на этикетке или сообщение в смартфоне, текст хочется отодвинуть подальше от глаз. Возрастная дальнозоркость (пресбиопия) — естественный процесс, связанный с постепенной потерей эластичности хрусталика. Очки для чтения становятся нашими верными спутниками, однако они решают лишь часть проблемы.
Каждый из нас знаком с этим чувством: вы долго ждете своей очереди в коридоре поликлиники, мысленно проговаривая все симптомы, но, переступив порог кабинета, внезапно теряетесь. Стандартный прием сегодня длится в среднем 12–15 минут, из которых на живое общение с пациентом, за вычетом заполнения электронных карт, у врача остается от силы минут семь. В результате мы часто выходим из кабинета с рецептом в руках, но с абсолютным непониманием того, что именно с нами происходит.
Утренняя спешка, сборы в театр или внезапная командировка — ситуации, когда нужно срочно привести одежду в порядок, случаются регулярно. Но доставать тяжелую гладильную доску, ждать нагрева утюга и тщательно выглаживать каждую складку ради одной рубашки или блузки хочется далеко не всегда. Иногда на это просто нет времени, а порой — и самого утюга под рукой (например, в гостиничном номере).
С возрастом многие из нас начинают замечать неприятный хруст в коленях, скованность в плечах и ноющую тяжесть в спине по утрам или после долгого сидения. Первой реакцией часто становится поход в аптеку за дорогими биологически активными добавками (БАДами), обещающими чудесное восстановление хрящевой ткани. Мы тратим внушительные суммы, но забываем о главном физиологическом правиле: суставы не имеют собственных кровеносных сосудов.
Пожалуй, на каждой кухне регулярно возникает эта знакомая картина: в холодильнике сиротливо скучают две ложки вчерашнего риса, одинокая сосиска, половинка заветрившегося перца и немного тушеной капусты. Разогревать это по отдельности — не вызывает аппетита, а выбрасывать качественные продукты не поднимается рука. Чаще всего мы либо доедаем такие остатки без всякого удовольствия, либо они все же отправляются в мусорное ведро.
Однако в мировой кулинарии отношение к таким продуктам совершенно иное. Настоящие шеф-повара знают, что «вчерашний ужин» — это не проблема, а великолепная заготовка для нового кулинарного шедевра. Рациональное использование продуктов (или, как сейчас модно говорить, zero waste) — это признак не бедности, а высокого уровня ведения домашнего хозяйства и уважения к собственному труду. Стоит вспомнить, что знаменитые на весь мир пицца, испанская паэлья и русская солянка исторически задумывались именно как способ вкусно утилизировать остатки.
Каждому знакомо это неприятное чувство: вы открываете глаза после долгого сна, но вместо бодрости ощущаете скованность и ноющую боль в шее. Кажется, будто всю ночь вы не отдыхали, а несли на плечах тяжелый груз. Особенно часто с этой проблемой сталкиваются те, кто привык засыпать на боку.
Анатомическая причина утреннего дискомфорта предельно проста. Когда мы ложимся на бок, между краем плеча, лежащим на матрасе, и ухом образуется пустота. Если подушка слишком мягкая или тонкая, голова проваливается вниз. Если слишком высокая — неестественно задирается вверх. В обоих случаях шейный отдел позвоночника искривляется, а мышцы всю ночь остаются в напряжении, пытаясь удержать голову в балансе. Отсюда — спазмы, нарушение кровообращения и головные боли по утрам.
Маркетинг чистоты: как нас заставили бояться природы Каждый день с экранов телевизоров и смартфонов на нас обрушивается агрессивная реклама: антибактериальное мыло, убивающее 99,9% микробов, шампуни для ежедневного использования, чистящие средства, превращающие жилой дом в стерильную операционную. Нам внушили, что малейшее пятнышко или пылинка — это угроза жизни. Однако этот гигиенический культ создан не врачами, а маркетологами транснациональных корпораций. В погоне за сверхприбылями они превратили естественную среду обитания человека в его главного врага. И цена этой иллюзорной чистоты в зрелом возрасте оказывается слишком высокой.
Общество навязывает людям зрелого возраста определенный стереотип поведения. Считается, что к пятидесяти-шестидесяти годам человек обязан стать образцом абсолютного спокойствия, благодушия и всепрощения. От нас ждут роли умудренных опытом, тихих дедушек и бабушек, которые снисходительно улыбаются в ответ на хамство в транспорте, несправедливость чиновников или эгоизм повзрослевших детей. Однако у этой медали есть темная и очень опасная сторона. Стремление соответствовать маске «удобного и милого человека» заставляет нас ежедневно совершать преступление против собственного здоровья — подавлять законный, естественный гнев.
Тишина как главная роскошь XXI века Мы живем в эпоху тотального шумового загрязнения. Гул автомобилей, фоновая музыка в магазинах, вибрация бытовых приборов и уведомления смартфонов создают непрерывный акустический прессинг. С возрастом наша нервная система начинает острее реагировать на этот раздражитель: постоянный шум повышает уровень кортизола, мешает глубокому сну и незаметно истощает внутренние ресурсы. Именно поэтому настоящая, природная тишина стала сегодня самым дефицитным и дорогим ресурсом, за которым люди готовы отправляться на край света.
Чтение всегда считалось лучшим способом расширить кругозор и отвлечься от повседневной суеты. Однако с возрастом наше восприятие информации меняется. В юности мы легко проглатываем тяжелые драматические сюжеты, наслаждаясь надрывом и эмоциональными качелями. Но после пятидесяти лет ресурс нашей нервной системы требует более бережного обращения. Литература должна становиться источником внутренней силы, а не гирей, тянущей в апатию.
