НА КАЛЕНДАРЕ

Современная детская литература: о чем сейчас пишут для внуков?

Ольга Сичкарь, portal-kultura.ru   
21 Июля 2023 г.

Раньше проблем с чтением книжек у ребятни не было. А теперь многие сидят в гаджетах и попробуй их оторви. Но мы, как заботливые бабушки-дедушки, все равно должны пытаться приучить своих внуков к книге. А что вообще происходит сейчас на рынке детской литературы. Давайте узнаем у того, кто для ребятни и пишет.

Современная детская литература: о чем сейчас пишут для внуков?

Кто в России зарабатывает на книгах, что меняется в детской литературе и почему сейчас время больших возможностей для русскоязычных авторов, рассказала детский писатель, председатель созданного два года назад Союза детских и юношеских писателей и многодетная мама Светлана Кривошлыкова.

— Светлана, как активно пишущий автор и как глава Союза детских и юношеских писателей, расскажи, какие изменения происходят прямо сейчас в нашей детской литературе?

— Заметно растут продажи книг — лидеров рынка, а продажи книг начинающих авторов упали. На мой взгляд, это произошло из-за ухода покупателей в интернет. Читатель стал более осторожен: или покупает то, что хорошо знает, или книги, которые находятся во главе рейтингов. Поэтому сегодня начинающему автору нужно приложить в разы больше усилий, времени, денег, труда, чтобы продать свои книги.

Многие издательства стали уделять больше внимания тому, как книги представлены в интернете, — описанию, фото, видео; развивать онлайн-продажи. Авторы, которые занимаются своим продвижением, все чаще принимают участие в онлайн-конференциях, онлайн-встречах, предлагают читателям видео на YouТube. Таким образом, можно говорить, что литературное сообщество объединяется. Во многом этому способствовала пандемия и те ограничения, с которыми столкнулись все.

— Недавно, я помню, был огромный перекос между переводной детской литературой и отечественной. Кажется, доля первой на прилавках была 80 процентов. Ситуация меняется?

— Да, конечно. Раньше по большей части издавалась переводная детская и юношеская литература, потому что издателю это выгодно: продавались зарекомендовавшие себя в Европе книги, тем самым минимизировались риски продаж. Издателю заниматься такой литературой выгоднее: купил права на текст с иллюстрациями, перевел, адаптировал обложку под российского читателя — и готово. Минимум затрат и рисков. А издатель в первую очередь — предприниматель.

Как меняется сейчас рынок детской литературы

Сегодня вследствие политических и общественных изменений наш книжный рынок оказался практически изолированным. Некоторые контракты на книги, которые были подписаны с иностранными издательствами, завершились и не были возобновлены, некоторые — разорвали, какие-то книги даже были сняты с продаж в связи с содержащейся в них пропагандой. Пока не могу назвать точные цифры, но доля переводной литературы сокращается, думаю сейчас она составляет 50–60 процентов и будет падать по мере закрытия долгосрочных контрактов с зарубежными издательствами.

Издатели разворачиваются к российским авторам. Я сейчас говорю о детской литературе, но предполагаю, что примерно то же самое происходит и во взрослой.

— Как это скажется на российских авторах и на рынке детской литературы в целом?

— Происходит следующее: издателям надо издавать хорошие книги, набирать портфели. Поскольку переводная литература в существенной части ушла, возрос спрос на российских авторов. Где их взять? Да, конечно, у нас много авторов. Но что говорят издатели? «Графоманов много, пишут плохо, не умеют держать внимание читателя, нет сюжета, пишут истории про свое детство, а сейчас новое поколение детей, им неинтересно читать про школу тридцатилетней давности...» А проблема вот в чем. Например, в Англии литературная культура формировалась десятилетиями, если не веками. У нас в советское время была хорошая писательская школа, но в 90-е годы все рухнуло, и длительный период формированием литературной культуры в России никто не занимался. С начала 90-х сколько лет прошло? Тридцать лет — а это целое поколение! И оно выпало. Сейчас у нас начинается новый этап. Российские писатели, которые пишут хорошо, крайне востребованы. Особенно те, кто занимается национальными темами. Русскоязычные писатели, которые пишут хорошо, крайне востребованы. Особенно те, которые показывают традиции народов России, в том числе малочисленных — чукчей, энцев...

Есть запрос от государства на литературу с воспитательной составляющей. Наш Союз детских и юношеских писателей работает с Институтом воспитания (Институт изучения детства, семьи и воспитания. — «Культура»). У них есть параметры, что должна содержать детская книга. Например, способствовать патриотическому, духовно-нравственному, экологическому воспитанию. Если же говорить об издательствах — то им нужно все. И книги, соответствующие критериям Института воспитания, и книги в жанрах фэнтези, фантастики, и детективы, и приключения, и сказки. Запрос на качественные русскоязычные тексты огромный!

— Нет ли с уходом западных переводных книжек запроса от издательств на а-ля западную литературу — кальки Гарри Поттера, например? Аудитория-то, привыкшая к западным книжкам, никуда не делась.

— Это есть, конечно. Издательства изучают, что популярно в Европе, что в лидерах продаж на «Амазоне». И могут прямо формировать запрос к писателям: сейчас в топе такие-то детские детективы про, скажем, Мартину; нам нужно что-то похожее — небольшой детектив для детей возрастной категории 7+. То есть нужны авторы, которые напишут что-то подобное, но, возможно, с элементами, более подходящими для нашего русского читателя. Очень большой запрос сейчас на подростковую литературу для возраста 10–12 лет, 14+ и 16+.

— Ты описываешь радужную картину — спрос огромный, пиши, печатайся на здоровье... Неужели все так хорошо? Какие проблемы существуют? Вот, например, книжки стали стоить безумно дорого.

— Проблем хватает. Стоимость книг — одна из них. Подорожала бумага, некоторые типы бумаги вообще отсутствуют. В типографиях импортное оборудование. Чтобы его починить, детали приходят через Казахстан. Краски у нас импортные, приходится искать замену. Это все удорожает продукцию во много раз. Книги растут в цене. Что же касается гонораров авторов — они остались на прежнем уровне. Но при этом спрос на рукописи возрос.

— Если я правильно понимаю ситуацию, гонорары для авторов такие маленькие, что жить на деньги от написания книг невозможно. В России писателей настолько успешных, что они могут жить на доходы от своих произведений, — человек пять или десять.

— Да, на данный момент ситуация такова...

— Разве есть надежда, что она изменится?

— Наш Союз и я делаем все, чтобы это поменять. Мы к этому стремимся. Есть видение, как это можно сделать, но нужно время.

— Расскажи, какие сейчас расценки на труд детских писателей?

— За книжку-малышку — платят в среднем пять тысяч рублей. Ну что это за ценник? Да, она с картинками, и текста там немного, но написать ее — большой труд, потому что ребенок в этом возрасте не все слова знает, есть психологические и речевые особенности, которые надо учитывать. Написать книжку-малышку сложно. Да, топовые авторы могут за такую работу получить до 20 тысяч рублей, но таких единицы.

— А если это, например, книга для детей 6–9 лет?

— Возьмем книгу на 160 страниц с иллюстрациями. Выплачиваемый автору роялти — то есть процент с продаж от цены издательства — от 5 до 15 процентов, в среднем 8 процентов. Написать такую книжку занимает минимум от одного до трех месяцев. Но, как правило, автор работает над рукописью до 6 месяцев. Затем месяц с ней работает редактор и текст отправляется в издательство, где над ней полгода-год трудится иллюстратор, потом вычитывает корректор и так далее. На прилавке твое произведение появится через год-полтора после того, как ты отнес рукопись в издательство. Давайте посчитаем: при среднем, самом обычном сегодня тираже в три тысячи экземпляров роялти или гонорар, который получит автор за книгу, составит примерно 30–70 тысяч рублей. Когда у тебя принимают рукопись в издательстве, обычно тебе выплачивают аванс в 20–30 тысяч рублей. А все деньги полностью ты получишь через год-два после поступления книги в магазины. Деньги выплачиваются частями в соответствии с темпами продаж книги в магазинах. Если весь тираж твоей книги раскупили через полгода, это хорошо — тебя переиздадут. А если за полгода-год книга не продалась, ты можешь попасть в черный список и больше из издательства тебе не позвонят. Получается, жить на доходы от написания книг возможно, только если писать по одной книге в месяц!

— Но это же невозможно — так штамповать книги! Особенно если думать о качестве, о смыслах...

— Да, нереально. Но система так построена: очень низкое роялти, очень маленькие авансы, и, кроме того, даже такие деньги плохо платят... Не буду называть издательство, но я долго ждала аванс за свою книжку, которая была уже полностью распродана и ушла на переиздание! Издательствам выгодно работать, задерживая деньги. И с такими проблемами авторы часто встречаются... Конечно, не везде так, есть издательства, которые корректно работают с авторами.

— А почему авторы приходят в те издательства, которые работают некорректно?

— Писатель — не экономист, не бизнесмен, он в этом не разбирается. Большинству авторов самое важное, чтобы их книжка вышла, а деньги — уж дело второе... В Европе все вопросы с издательством от лица автора решают литературные агенты. Литагент знает рынок, знает, какие рукописи где нужны, за сколько рукопись можно продать. Он торгуется и решает все вопросы. У нас каждый автор — сам за себя. Пока мы не создали пару лет назад Союз детских и юношеских писателей, у нас даже не было понимания, какие расценки существуют, кто какой размер роялти получает! Все писатели были разрозненны, не общались. Теперь мы общаемся и понимаем рынок намного лучше. Поэтому я и говорю: думаю, что ситуация изменится. Постепенно сформируется культура литературных отношений. Почему в Европе автор получил гонорар — и в отпуск поехал, а у нас — получили гонорар — и в кафе сходил!? Разве у нас рынок хуже развит? Детские книги не продаются? Хорошо продаются! Только почему-то авторы за свои книги получают копейки...

— А почему прижилась такая несправедливая схема выплат?

— Издательства — бизнесмены, их сложившаяся ситуация и порядок выплат устраивают.

— И кто, получается, зарабатывает в этой цепочке?

— Крупное издательство работает так, чтобы на каждой книжке была рентабельность не менее 50 процентов. Магазин делает наценку 100 процентов: например, им издательство продает книги по 300 рублей, а они продают по 600. Но будем справедливы, магазинам сейчас, с учетом стоимости аренды площадей и расходов на зарплаты, не так хорошо живется, а покупатель стал покупать книги онлайн. Маркетплейсы типа «Вайлдбериз» и «Озона» делают наценку на книги в 30 процентов.

— Основные деньги зарабатывает издательство?

— Получается, так. Но несмотря на это, многие маленькие издательства еле выживают. Для заработка нужен издательский портфель — разнообразный, желательно с книгами от топовых писателей, а таких сегодня мало.

— Что же делать с этой ситуацией, когда писатель, по сути, не может жить на доходы от своего труда?

— У нас в стране до 90-х годов в детской литературе была прекрасная, эффективная система госзакупок. Государство выделяло деньги, издавало авторов. Да, были свои недостатки, но в целом это хорошо работало. Библиотеки снабжались книгами, средний тираж составлял 100 тысяч экземпляров. Кто у нас последний издавался таким тиражом? Разве что двое самых популярных в стране детских писателей — Дмитрий Емец, автор бестселлера «Таня Гроттер», и Екатерина Матюшкина; и то это было 7–10 лет назад. Сейчас таких тиражей, думаю, в принципе не существует, если не брать в расчет переводные бестселлеры.

В советские времена была выстроена система распространения книг по библиотекам России. Книги издавались огромным тиражом, и эти книги попадали в государственные учреждения. Сейчас система другая — библиотекам на местном уровне выделяется какая-то сумма на пополнение библиотечного фонда, иногда, если речь идет о сельских или расположенных в маленьких провинциальных городах, это мизерные 10 тысяч рублей на книги в год! Вот я была недавно в библиотеке в городе Бологое, Тверская область. Библиотека смешанная – и взрослое, и детское отделения. Я их спрашиваю, сколько же книжек можно на 10 тысяч рублей купить. Они руками разводят: «Вот у нас фонд и не обновляется!» Я не хочу сказать, что везде плохо. Сейчас библиотечная система перестраивается, в крупных городах есть большие библиотеки, в которых все великолепно! Была в Нижнем Новгороде, Пскове, там библиотеки хорошо живут, им не только книги, а компьютеры, телевизоры закупают, большие интерактивные обучающие планшеты для детей. Но если раньше государство централизованно выбирало и бесплатно отправляло по библиотекам книги, то сейчас библиотеки получают деньги, иногда смешные, и покупают сами, что считают нужным. И, кстати, если у твоей книги тираж всего три тысячи экземпляров, то она не только не попадет в библиотеки, ее даже на все магазины не хватит! У нас в стране 89 субъектов, больше 40 тысяч библиотек. Что такое три тысячи книг для такого объема?

— Так это замкнутый круг: книга издается маленьким тиражом и никуда не попадает, поэтому она не становится популярной и ее невозможно издать большим тиражом...

— Круг не замкнутый. Все можно поменять. Я считаю, что государство должно финансировать выпуск хотя бы детской литературы или хотя бы рекомендованных авторов из числа детских. Например, тех книг, которые прошли экспертизу на наличие воспитательной составляющей и отсутствие недопустимых вещей.

Поддержка со стороны государства может быть разной. Примером участия государства может служить недавно завершившийся конкурс книг на экологическую тематику «Профдетлит», который проводился при поддержке Вячеслава Фетисова, первого заместителя председателя комитета Госдумы по экологии, возглавляющего Всероссийское общество охраны природы. Я считаю, это один из шагов государства к тому, чтобы выстроить систему в детской литературе. Авторы нашего Союза участвовали, стали победителями в 21 номинации и получили хорошие гонорары — по 150 тысяч рублей за рукопись 6–8 авторских листов, по 100, 70 и 50 тысяч рублей за книги меньшего объема — для детей 7–9 лет. Кроме хороших гонораров, огромный плюс в том, что тиражи планируются большие, так что об этих авторах узнают по всей России.

— Что можно сделать для развития книжного рынка? Должно ли это делать государство?

— Как я уже говорила, нужны госзаказы на детские книги. Детская литература должна быть доступной. Детские книжки должны быть дешевые, потому что в регионе потратить 700 рублей на книгу почти неподъемно. Зарплаты низкие — 15 тысяч рублей! Когда вопрос стоит о том, купить ребенку поесть или книгу, — что выберет родитель?

Нужно поддерживать российских писателей. Это хорошо, что сейчас идет переустройство литературного рынка. Прекрасно, что становится меньше переводной литературы. Именно через книги российских авторов мы можем сохранить наш культурной код и самоидентичность. Простой пример: на Западе семья живет с раздельным бюджетом. Может, не во всех семьях, но в большинстве так. Если в России мужчина приглашает женщину в кафе, то платит он, а не каждый за себя, как в Европе. Эти и многие другие ценности просачиваются через ткань текста. Если же сказки написаны людьми, которые воспитывались в России, говорят по-русски, знают наши традиции, культуру, менталитет, то они эту культуру, менталитет и передадут будущему поколению. Это и есть сохранение культурного кода нации. Дети должны знать европейские книжки, но такие книжки не должны занимать 80 процентов рынка!

Какие-то важные шаги государство уже делает, ситуация меняется. Например, потихоньку вводит цензуру, и я считаю, что применительно к детской литературе это очень хорошо. Я как мама против определенного типа книг.

—А что было раньше, что тебя не устраивало как маму?

— Мне бы очень хотелось, чтобы в книжных магазинах не продавался самиздат, то есть книжки, которые авторы печатают за собственные деньги. Самиздат, во-первых, почти всегда низкого качества, ведь такие книги не проходят этапы редактуры и корректуры, как это обязательно бывает в издательствах. Во-вторых, как правило, они не подвергаются цензуре, хотя бы минимальной. В-третьих, самиздатом выпускаются книжки без всякого контроля, ГОСТов. В том числе детские! Книги могут быть напечатаны непонятно какими красками. А вдруг ядовитыми? Я больше доверяю книгам, прошедшим издательство, потому что это как минимум контроль качества текста, его содержания и качество самой печати.

Также мне не хотелось бы, чтобы к нам из Европы приходили книги, которые пропагандируют детям то, что несвойственно нашей культуре. Пусть взрослые делают что хотят, но детей трогать не надо! Когда, например, принц спасает принца. До последних общественно-политических событий у меня была информация, что готовилась к публикации подобная книга. Так что я считаю, что очень вовремя этот закон о недопустимости пропаганды ЛГБТ вышел. И хорошо бы, чтобы его было невозможно никак обойти. Я знаю, что этот закон вызвал много проблем, и в АСТ даже целый отдел закрыли. То есть это убытки, это неудобно... Но для детей это хорошо. Без перегибов, правда, не обходится — вот столкнулись с тем, что теперь нельзя радугу изображать или единорога... Почему бы в детской книге радугу не нарисовать? А нас теперь просят это убирать.

— Не заметила какой-либо поворот в сторону Китая и Азии в целом?

— Китайцы очень любят русские книжки и покупают их. Недавно Катя Матюшкина принесла нам пять своих книг, переведенных на китайский язык. Кроме того, многие китайцы сейчас учат русский язык и читают книжки на русском.

— Пустующее место на полках наших книжных не займет азиатская детская литература?

— Может быть... Сейчас я вижу огромную популярность японской манги, комиксов из Азии. Но пока ниша не занята. Спрос со стороны издательств на новые детские книжки российских авторов больше. И это отличный шанс для наших писателей.

На нашем сайте читайте также:

По инф. portal-kultura.ru

  • Расскажите об этом своим друзьям!