ЗДРАВСТВУЙТЕ!

НА КАЛЕНДАРЕ
ЧТО ЛЮДИ ЧИТАЮТ?
2014-10-24-00-40-21
Пустынник увидал раз в лесу сокола. Сокол принёс в гнездо кусок мяса, разорвал мясо на маленькие кусочки и стал кормить галчонка.
2014-09-22-00-38-18
Когда-то жил очень старый человек. Глаза его ослепли, слух притупился, колени дрожали. Он почти не мог держать в руках ложку и во время еды часто проливал на скатерть суп, а иногда кое-что из пищи выпадало у него изо...
2014-11-13-01-40-11
Вы всё время смотрите на жизнь с одной-единственной точки зрения — своей. Человечество привыкло считать, что земля является центром вселенной; а человек, конечно, является центром земли; а вы, конечно, являетесь центром...
2014-10-31-01-42-20
Один человек в детстве был очень дружен со стариком–соседом. Но время шло, появился колледж и увлечения, затем работа и личная жизнь. Каждую минуту молодой мужчина был занят, и у него не было времени ни вспомнить о прошлом, ни даже побыть с...
2014-10-27-01-24-01
Однажды женщине приснился сон, что за прилавком магазина стоял Господь Бог. — Господи! Это Ты? — воскликнула она с радостью.

МультиВход
 

Деградация

БИЧ ЭПОХАЛЬНЫЙ   
27 Марта 2021 г.
Изменить размер шрифта

Как-то засиделись мы с Витькой, соседом моим, у меня на кухне. Слегка выпили. Поболтали о погоде. А потом разговор зашёл не про выпить или женщин (обычные темы двух уставших к вечеру мужиков), а о том, что народ тупеет прямо на глазах!

Деградация

Тему затеял Витёк.

– Представляешь, – говорит сосед. – Еду я недавно в лифте. К себе на этаж. Со мной две девицы-красавицы. К кому-то в гости на двенадцатый этаж едут.

– И что? – любопытствую я. – Ты их к себе, на четырнадцатый зазвал?

– Остынь! – махнул рукой Витёк. – И слушай дальше. Девочки свой маршрут заказывают. Но странно как-то. Рыжая нажимает кнопки с цифрами один и два. Блондинка на неё ругается: «Один и два – это три! Мы с тобой только на третий этаж доедем!» Тут они обе в ступор впадают – какие цифры нажимать правильно, чтобы на двенадцатый этаж доехать.

Мне дико интересно стало. Подсказываю: «Нажмите десять и два. Как раз двенадцать получится».

Нажимают. Тут лифт взбесился: дурная машина не понимает, на какой этаж ей ехать. Думаю, я с ними так никуда не доеду. Помогаю – на свою кнопку жму, и им на цифру двенадцать. Так они ещё и спросили меня: «А что, так можно было?!»

Подивились мы с Витьком таким чудным делам. А он снова вспоминает.

– Еду я утром на работу. Все в трамвае в броне: соблюдают масочный режим. Я тоже дышу в марлю. Передо мной дед сидит. Лет семьдесят. Но такой, бодрячок-боровичок, одним словом. Однако без маски.

Тут патруль входит. Девочка с погонами, бугай в папахе и с шашкой. И студент с блокнотом. В вагоне сразу тишина. Все напряглись. И на деда смотрят. Он у нас один без защиты.

Патруль тут же к нему шасть! Добыча, как-никак. Сразу два нарушения – карантин дед нарушил, и масочный режим не соблюл.

Девушка с погонами наморщила лобик. Казак насупился. Студент открыл блокнот.

– У вас есть средства защиты? Почему их вы не носите? – спрашивает патруль у дедушки.

– Почему нет средств? Обязательно есть! – отвечает дед и тащит из кармана две упаковки презервативов. – Только я не хотел их заранее надевать.

Прикинь! Девушка-патруль покраснела. Казак задохнулся. А у студента ручка из рук выпала. Не поверишь, вагон зааплодировал!

– Стоп! – замахал я руками. – Не этого ли деда в нашем северном городке мужик один застрелил? К жене своей приревновал.

– Кто его знает? – закусывая капустой, промямлил Витёк. – Может, и он. Боевой мужичок попался.

Мы задумались. А что, демография прёт в стране. Вместе с пенсионным возрастом. Ведь если в семьдесят лет мужика ещё ревнуют, значит, пахать на таких ещё можно. А не на пенсию провожать и бюджет на них тратить. Он, бюджет, в стране не резиновый.

Витька словно мои мысли прочёл:

– Читал, что товарищи коммунисты говорят?

– И что они говорят? – интересуюсь. – Когда победят-то?

– Ну, про победу это не к ним, – отвечает Витёк. – Им она не особо нужна. Работать придётся. Не-а, один главный у них сказал, что на пенсию теперь как раз в 70 лет начнут оформлять! Мол, правительство так придумало.

Я тут же про дачу вспомнил. И говорю:

– По мне, так эта пенсия человеку вообще не нужна! Прикинь, отправляют тебя на пенсию. А жена тут же запрягает грядки копать! Круглосуточно и круглонедельно! Сто раз вспомнишь свой станок как защиту от оружия дачного поражения! А так хорошо будет – помер на рабочем месте! Честь и хвала! Шестьдесят лет трудового стажа. Без больничного и отпуска. Герой! Медальку на подушечку и вынесли почётно из цеха.

– Круто! – представил картинку сосед. – Но всё равно как-то сознание режет. Хотелось бы по миру поездить. Текилы выпить. Кокос с пальмы сорвать. Опять же на мулаточек посмотреть.

– Ну, предположим, текилу мы можем и тёще моей заказать, – возражаю я. – Она так гонит, что мексиканцы готовы у неё рецепт купить. А про кокос не знаю. Помнишь, стишок такой был про конфеты:

Сверху шоколадка, а внутри кокос.

Сначала было сладко, а потом понос!

Лучше опят по осени насобирать. И замариновать. Да под текилу тёщину! А мулаточек ты каждую осень на даче видишь – так жёны загорают, что ночью уже и найти её не можешь в темноте!

Мы снова задумались.

Интересное это все-таки устройство – голова человека! Начали разговор о деградации народа, а закончили опять водкой и женщинами.

Как раз деградация и есть!

  • Расскажите об этом своим друзьям!
Загрузка...
Загрузка...