ЗДРАВСТВУЙТЕ!

НА КАЛЕНДАРЕ

МультиВход
 

Многие россияне живут в долг... Что это значит для экономики?

По инф. sobesednik.ru   
16 Января 2020 г.
Изменить размер шрифта

Закредитованность россиян грозит экономике рецессией

Закредитованость россиян достигла критического уровня: каждый второй заемщик отдает в счет кредита больше половины своей зарплаты.

Закредитованность россиян грозит экономике рецессией

Ранее министр экономики Максим Орешкин пообещал, что если ситуация не улучшится, экономика страны погрузится в рецессию.

Разговор о долговой яме с доктором экономических наук, финансовым омбудсменом Ассоциации российских банков Павлом Медведевым:

— Министр экономики говорит о катастрофической закредитованности наших граждан, а глава ЦБ Эльвира Набиуллина относится к ситуации спокойнее. Так кто из них прав?

— В каком-то смысле правы оба. Набиуллина (как ей и положено) считает деньги, а Орешкин — людей. В итоге Набиуллина права, так как имеет основания считать, что закредитованность не достигла опасного для устойчивости финансовой системы страны уровня. Действительно, просрочки по оплате кредитов в денежном выражении и по сумме, и по доле в общем объеме задолженности граждан небольшие. Но прав и Орешкин, который кричит караул, имея в виду количество заемщиков, попавших в долговую яму. Просто они говорят про разное.

— А на самом деле как?

— Более 15 млн человек у нас уже находятся за границей платежеспособности. Это те, кто не платит по кредитам более трех месяцев. После этого срока финансовое благополучие, как правило, уже не восстанавливается: денег нет, платить нечем и взять неоткуда.

Редчайшее исключение, когда после трех месяцев просрочки человек смог выбраться из долговой ямы. Я такие примеры из своей практики по пальцам могу пересчитать, и они — всегда экзотические. Одна женщина, например, получила наследство, которого не ждала, так как наследодателем была дальняя и не знакомая родственница. В другом случае безработный геолог очень редкой специализации вдруг оказался нужным нефтяной компания ровно из-за его специализации. Ему назначили такую зарплату, что он буквально за два месяца погасил весь свой долг.

— Вы изучали, у кого больше всего проблем с кредитами?

— Статистически самые проблемные — маленькие долги. Это подтверждают и исследования ЦБ. То есть из 15 миллионов безнадежных должников только один миллион человек имеет суммарный долг перед банками и МФО выше 500 тысяч рублей.

— Маленький долг — маленькая проблема, разве нет?

— В том-то и дело, что займы по пять тысяч берутся в буквальном смысле на хлеб. Человек задействует кредитную карту или идет в МФО. Распространенный сценарий: до зарплаты не хватает нескольких тысяч, приходится обращаться в МФО, а там деньги существенно дороже, чем в банке. Как я подозреваю, многие МФО обходят закон о передаче данных в бюро кредитных историй, поэтому некоторое время можно строить пирамиду: брать новые займы для погашения старых. Но такая веревочка вьется недолго.

— Казалось, многие уже поняли, что МФО — слово ругательное.

— Ругательное слово — нищета. Я знаю немало случаев, когда займы в МФО — дорогой ценой, — но позволили сохранить здоровье или даже жизнь гражданам, нередко детям, так как дали возможность приобрести дорогое лекарство или оплатить срочную операцию.

Потом, правда, значительная часть заемщиков попадает в лапы к тем, кого в криминальной хронике называют коллекторами. На самом деле это просто бандиты.

Если взысканием вашего долга занимается коллектор, вам очень повезло. Он точно не пообещает сделать что-нибудь страшное с вашей дочерью, которая ходит в детский сад, а, возможно, даст вам разумный совет или даже предложит какую-нибудь поблажку при выплате вашей задолженности.

Отличить бандита от коллектора очень легко. Первый не представляется никогда, второй называет себя и свою «контору» всегда. Если коллектор допустит какую-нибудь бестактность, жалуйтесь мне. По моей просьбе руководители объединения коллекторов (Национальной ассоциации профессиональных коллекторских агентств — НАПКА) исправят положение за два часа.

Хуже, если долг «выбивает» бандит. Бандитов должна была бы ловить полиция, но подвигнуть ее на такой подвиг удается нечасто. Недавно я пытался вмешаться в такую историю. Мать-одиночка влезла в долги, так как ее маленькой дочке понадобилась срочная операция. Операцию сделали бесплатно, но нужно было заплатить около 200 тысяч рублей за какое-то медицинское устройство, без которого операция невозможна. Таких денег у нее не было, и она набирала нужную сумму микрозаймами по 10–15 тысяч рублей. В итоге девочка здоровая, но голодная, как, впрочем, и мама. А маму еще вдобавок преследуют бандиты, угрожая изуродовать ребенка, если она не вернет долги.

— Как часто должники сами виноваты, что набрали долгов, не думая, как отдавать?

— Меня этот вопрос интересует много лет, с начала эпохи кредитования в современной России. Много лет я опрашиваю знакомых сотрудников банков и МФО. В результате получен, конечно, не научный результат, но твердое впечатление.

В спокойные в экономическом смысле периоды жизни страны в банки несвоевременно платят по кредитам около пяти процентов должников. Половина по разгильдяйству, половина — потому что не хочет или не может платить. Я думаю, что это является более или менее объективной характеристикой моральности и рассудительности российского народа.

Неспокойные времена подрывают и мораль, и рассудительность, но несравненно в большей мере — платежеспособность. В результате из 40 млн только банковских должников (самых аккуратных и обязательных) 10 млн грубо нарушают свои обязательства. Что уж говорить о должниках МФО. Там ситуация в разы хуже.

— Как тогда образовался снежный ком неплатежей?

— У нас долго падают доходы. Где-то начиная с 2012–2013 года. Для относительно бедной части населения падение очень заметно. Если миллиардер потеряет 10% своих доходов — на оставшиеся он худо-бедно себя и семью прокормит, а если младший научный сотрудник, у которого в 2016 году зарплата была по штатному расписанию 5 800 рублей, потеряет те же 10%, — это непереносимый удар по семейному бюджету, хотя сумма всего лишь 580 рублей. Спасение — в заимствовании, в заимствовании буквально на еду. Спасение, правда, ненадолго. Так снежный ком начал накручиваться. Потом к его наращиванию стали присоединяться люди побогаче, которым на хлеб хватает, но за семь-восемь лет стало выходить из строя все больше бытовой техники, без которой современный человек уже не может жить. А текущих доходов на покупку новой нет. Приходится брать в долг. Это две самые массовые причины снежного кома.

— А пузырь уже есть?

— Я думаю, что опасного в финансовом смысле пузыря пока нет. Суммарный долг «плохих» заемщиков — мал. Его хорошо иллюстрирует приведенная выше статистика: только один из пятнадцати безнадежных должников имеет суммарный долг более 500 тысяч рублей. Пока мы имеем не финансовую, а социальную проблему.

Правда, и социальная проблема малозаметна. Бедные должники слишком разобщены, чтобы иметь возможность обратить на себя внимание общества и государства, хотя, как было сказано выше, их много миллионов. Валютных ипотечников на пике проблемы было едва 35 тысяч. Тем не менее они смогли сплотиться и сделаться заметными. У бедных должников нет даже таких возможностей.

— Вам могут возразить, что весь мир живет в кредит, а в развитых странах трудно найти человека, у которого не было бы займа, кредитной карты — и это все не считается проблемой.

— В разном «мире» положение разное. В некоторых странах (и даже в большинстве) дела обстоят хуже или существенно хуже, чем у нас. Но мы себя склонны причислять к «золотому миллиарду». А в странах золотого миллиарда после обслуживания долга у среднего должника остаются средства для достойной жизни. У нас это часто не так. Кроме того, там уже много десятилетий как действует система избавления человека от долговой ямы. У нас это почти всегда не так.

В начале 90-х я стажировался в небольшом американском банке. Хорошо помню одного из клиентов, которому я оформлял кредит. Ему вздумалось построить ангар для личного легкомоторного самолета. Штатные сотрудники банка научили меня извлечь из компьютера длинную простыню кредитной истории моего клиента (ему было сильно за 60). В ней были отражены все его займы с его 18 лет, когда он взял кредит на обучение в университете. Университет он благополучно окончил, нашел хорошую работу и начал погашать долг. Но тяжело заболел и провалялся год по госпиталям. Ему не звонили коллекторы, не угрожали бандиты. Его объявили банкротом. А так как он еще не успел нажить палат каменных и взять с него было нечего, его долг полностью списали. Через сорок лет после этих событий передо мной сидел человек, у которого было шестеро детей, все из которых окончили университеты, имели семьи, дома и хорошую работу, а ему для полного счастья не хватало только ангара для собственного самолета.

— В России тоже ввели процедуру банкротства. Она помогает проблемным должникам?

— Ввели закон, а не процедуру. Чтобы обанкротиться у нас, нужно быть достаточно богатым. По свидетельству моих заявителей, обанкротиться менее чем за 200 тысяч рублей, невозможно. Для 14 млн фактических банкротов, суммарный долг которых менее 500 тысяч рублей, банкротство принципиально невозможно.

— Что можно посоветовать?

— На низовом уровне — боюсь, что ничего. А на высоком уровне, разумеется, нужно ввести законодательство, защищающее гражданина в момент получения им кредита, в процессе обслуживания долга, в случае невозможности расплатиться. Но главная надежда на рост экономики и доходов населения. А для воплощения надежды желательно никогда не переводить финансовый спор условного Калви (американский бизнесмен, находится под домашним арестом в России. — Ред.) в уголовную плоскость, не облагать предпринимателей новыми налогами ни законными, ни коррупционными и так далее. Все эти советы были произнесены разными людьми двадцать раз, но, кажется, ни разу не были услышаны.

Еще статьи о теме "Кредиты":

По инф. sobesednik.ru

  • Расскажите об этом своим друзьям!

Загрузка...
Загрузка...