ЗДРАВСТВУЙТЕ!

СПРАВКИ
НА КАЛЕНДАРЕ

Этнограф Варвара Кузнецова: три года в реальности чукотского быта

Майя Новик, cyrillitsa.ru   
20 Февраля 2020 г.
Изменить размер шрифта

Изучением чукотского быта несколько веков занимались исключительно мужчины. Это было вызвано труднодоступностью мест расселения чукч, суровым климатом Чукотки и сложностью их ежедневной жизни — там, где чукчи умудряются процветать, представители других народов просто мрут от голода. Поэтому большая часть сведений об этом народе была получена мужчинами — путешественниками и этнографами, и изложена с точки зрения мужчин. Но история отечественной науки знает исключительный случай, когда в Амгуэмской тундре Чукотки в семье чукчи Тымнэнэнтына три года прожила советский этнограф-северовед Варвара Григорьевна Кузнецова. Эта отважная женщина оказалась полностью включена в чукотский быт и на собственном опыте познала нелегкую долю женщины в тундре.

Этнограф Варвара Кузнецова: три года в реальности чукотского быта

Из Ленинграда — на Чукотку

Варвара Кузнецова родилась в 1912 году в Кировской области. Работала учительницей во Владивостоке, преподавала русский язык и литературу. В 1933 году переехала в Ленинград и поступила в ЛГУ на исторический факультет. После окончания учебы работала в музее этнографии народов СССР. Во время войны оставалась в Ленинграде и на себе испытала ужасы блокады. Тушила зажигательные бомбы, работала на сооружении оборонительных линий. Была контужена, с 1942 года работала в госпитале, в 1944 году вернулась в музей и поступила в аспирантуру Института этнографии АН СССР; ее специализацией стала этнография Северной Азии.

В 1948 года Варвара отправилась на Чукотку, чтобы собрать материалы для диссертации. Официально она была членом Северо-Восточной экспедиции Института Этнографии АН СССР, но по сути это было самостоятельное «плавание».

Историк Елена Алексеевна Михайлова в работе «Фотографии из экспедиции Варвары Кузнецовой на Чукотку» упоминает, что Кузнецова надеялась получить административную должность, и работая, собирать материал, но не получилось. Возможно Кузнецова была слишком советским человеком и не понимала, что на Чукотке — другое общество. Тогда она решила поселиться в чукотской семье, и погрузившись в чукотский быт, собрать материал.

Ситуация осложнялась тем, что она не знала чукотского языка. Неизвестно, чем Варвара руководствовалась, когда нарушила это главное правило этнографов, но при сдаче экзамена на пригодность к экспедиции она смогла уклониться от этой дисциплины. Кроме того, во время кочевок Кузнецова полностью зависела от чукч.
Из советской действительности — в первобытное общество

Выбор пал на семью председателя колхоза «Тундровик» Амгуэмского сельсовета — Тымнэнэнтына. В семье Тымнэнэнтына Кузнецова собрала большую часть этнографического материала, но посещала и другие семьи, кочевки которых проходили параллельно.

kyznecova 21

Тымнэнэнтын родился в 1882 году, считался стариком и поборником традиций. «Колхоз» существовал на бумаге, на самом деле семья вела прежнюю жизнь. Кузнецова писала, что в яранге строго поддерживалась обрядность, а отступление от нее быстро пресекалось.

У Тымнэнэнтына была жена Увакай, которая не знала, сколько ей лет, а когда Варвара попросила ее вспомнить, та насчитала 30 разных кочевий, хотя выглядела она старше.

Это был второй брак Увакай. В первом она была замужем за Гырголем, состоявшим с Тымнэнэнтыном в групповом браке, поэтому, овдовев, стала женой последнего, а ее дети перешли в семью к мужу, которому она родила еще двоих. Пастухами в стаде были трое племянников Тымнэнэнтына: Ятгыргын, Онпыгыргын и Таёквун.

Трудности быта

«Ошибочно было ехать неопытному человеку одному, да еще женщине, да к такому народу как тундренные чукчи-единоличники», — писала Варвара в дневнике. Для чукч она была обузой — неумелая женщина с кучей багажа. На нее не обращали внимания, когда она болела, ее почти не кормили, так как она находилась в самом низу пищевой цепочки, и даже не приглашали внутрь спального полога, оставляя на холоде.

Во время кочевок она шла пешком, никто не приглашал ее на нарты. Правда, ее не заставляли ставить ярангу и выбивать полог, зато требовали, чтобы она расчищала место для жилища и утаптывала снег.

Чукчи не любили ее, считали, колдуньей: жжет огонь, пишет в тетради и возится с фотоаппаратурой. Они верили: если человек сидит без дела с огнем, на свет слетаются злые духи — каляйнын. Ситуация усугубилась после смерти Увакай, которая перед кончиной сошла с ума.

Кузнецова записывала, что Ятгыргын однажды плюнул ей в лицо, а Тымнэнэнтын, не понимая, зачем женщине бесполезный груз, разорвал и выкинул все дневники за 1949 год.

Женская иерархия

Пока была жива Увакай, она была главной женщиной в яранге. Второй была ее дочь — Омрувакотгаут, от настроения которой зависела Кузнецова. Она едва не заморила Варвару голодом и издевалась над ней. Кузнецова описывала ее так: «груба, скупа, жадна, лжива, зла, сварлива, прожорлива — а ей всего 16 лет».

Новая жена Тымнэнэнтына невзлюбила Омрувакотгаут, и это низвело девушку в рабыни. Теперь ее били как собаку, ругали и кричали на нее без повода.

Поскольку Кузнецова занимала низшую ступень в иерархии, все три года ей пришлось стойко переносить голод, — об этом в статье «Полевые исследования В. Г. Кузнецовой в Амгуэмской тундре» пишет историк Людмила Николаевна Хаховская. Записи на этот счет неутешительны: «Мне предложили рилкэрил (каша из содержимого желудка оленя, его крови и жира), но я отказалась — не могу уже есть эту горькую кашу»; «Хозяйка мне подала из полога немного рората (желудок оленя) и кусочек летнего мяса»; «Мы ели вареную волчеедину (труп оленя, недоеденного волками), а старики — хорошее мясо»; «мне дали 150 граммов прэрэта (мяса с жиром), я съела его с жадностью». «Страшно хотелось кушать»; «голова болит от голода».

Однажды попав в поселок, она разделась в бане и ужаснулась своему виду: «Костяк, обтянутый кожей!». Между тем, через три года Тымнэнэнтын даже пытался выдать ее замуж за племянника. Однако в 1951 году он умер, и Кузнецова уехала.

Увы, Варвара Кузнецова так и не успела воспользоваться собранным ей материалом. Она сумела защитить диссертацию, но после этого заболела — организм не выдержал нагрузки. У нее развилось органическое поражение нервной системы, в мозгу появилась киста. В 1956 году ее уволили, и вскоре она умерла. Ее фотографии и дневники до сих пор хранятся в архиве музея этнографии.

По инф. cyrillitsa.ru

  • Расскажите об этом своим друзьям!

Загрузка...
Загрузка...