ЗДРАВСТВУЙТЕ!

СПРАВКИ
НА КАЛЕНДАРЕ

«В своей стране разведчики»

Галина КИСЕЛЁВА   
Изменить размер шрифта

alt

Доктор экономических наук Н. М. Сысоева руководит отделом региональных экономических и социальных проблем при Президиуме ИНЦ СО РАН уже два года. Наталья Михайловна –окончила МГУ, специализировалась на экономической географии капиталистических стран. В Иркутск приехала в 1972 году по приглашению В. А. Кротова, одного из первых организаторов Иркутского научного центра. Работала заведующей лабораторией экономической географии территориального планирования Института географии СО РАН. Важнейшим направлением своих работ Наталья Михайловна считает решение проблем территориального развития в районах промышленного освоения. В своё время активно работала по программе исследований продовольственного рынка Сибири, которые выполнялись по заказу немецкого фонда «Фольксваген», была руководителем разработки схемы развития и размещения производительных сил Иркутской области на период 2001–2005 и на период 2006–2010 годов, специализированных проектов по оценке земель, участвовала в разработке экологической программы Иркутска, территориальных разделов в программах социально-экономического развития Иркутской области.Как ей работается на новом месте, что сделано существенного за это время и что можно сказать о современном состоянии региональной экономики? Об этом мы говорим с Натальей Михайловной в её уютном кабинете.

Сысоева– Год подходит к концу, и можно подвести некоторые итоги работы над темой, которую я разрабатывала в последнее время. Называется она – «Устойчивое развитие Байкальского региона». А родилась тема во время встречи с председателем президиума СО РАН, академиком А. Л. Асеевым. Тогда он говорил о необходимости обратить внимание именно на Байкальский регион. У нас есть коллеги-экономисты и в Улан-Удэ, и в Чите, но они занимаются специфичными проблемами.

 

В иной системе координат
– Суть этой работы состоит в том, что впервые Байкальский регион как официальный макрорегион входит в систему стратегического планирования в стране. То есть создана стратегия развития Байкальского региона. До этого были программы Забайкалья и Дальнего Востока, мы присоединялись к Восточной Сибири, вливались в единый экономический район с Красноярским краем, Хакассией. Сейчас Иркутская область оказалась в иной системе координат. Объявлены новые вехи в региональной политике страны. Как мы впишемся в эти программы, как они будут выполняться, пока неясно. Федеральный центр говорит о необходимости развития регионов, пытается активизировать региональную политику. А как эти особенности современного периода отразятся на регионе, будет ли он развиваться, ещё предстоит понять.
Сейчас превалирует так называемый проектный подход, когда развитие идёт через вбрасывание инвестиций в какие-то крупные точки-предприятия. Считается, что развитие территорий будет осуществляться под импульсами, исходящими из этих точек. А выполнение этих программ должно осуществляться в рамках частно-государственного партнёрства, когда государственные инвестиции идут в какой-то крупный частный проект. К сожалению, у нас реализуются проекты, в основном касающиеся добычи ресурсов, перерабатывающих производств немного.

Судьба территорий
– Территориальное развитие – это не только валовой региональный продукт. Это нечто большее, это развитие самого сообщества. И когда в этих программах в деталях прописывается, сколько средств отпускается на ту или иную дорогу до месторождения, в освоение его и говорится только в общих чертах, как хорошо, якобы, автоматически будет развиваться при этом образование и здравоохранение, я в это не верю! Меня интересуют механизмы перетока средств в те отрасли жизнедеятельности, которые характеризуют уровень развития сообщества, а не конкретных финансово-промышленных групп. Их выгоды, конечно, очевидны, а какие отчисления они будут делать в бюджет?
Сейчас многие компании работают, как пылесосы — уводят деньги с территории, скрывают доходы. Потом они исчезают, на их месте возникают другие с теми же намерениями. А на наш взгляд, развитие территории должно расти на потребительском спросе – у людей должны быть деньги, чтобы платить за ЖКХ и другие услуги. Они должны оплачивать и сельское хозяйство, которое сегодня трудоёмко и нерентабельно, которое разоряется, потому что цены не соответствуют труду. Должны быть стимулы к собственным инновациям и не только в ресурсных отраслях. Территории не должны хиреть. А у нас эффективных механизмов развития экономики просто нет. Большая часть народа видит только систему перераспределения средств. Собственно и официально провозглашённые институты развития, организации, аккумулирующие средства государства – Внешэкомбанк, венчурные компании, инвестиционные фонды — это тоже распределители.
На мой взгляд, с самого начала неправильно формировался взгляд на местные элиты. У нас мало местных центров экономической власти. Должны быть свои если не олигархи, то хотя бы компании, укоренившиеся здесь. Борьба с местными элитами привела к тому, что все они стали ориентироваться на Москву. Пусть они будут плохими эти региональные бароны, но пусть они остаются иркутянами! Однако они уже увели свои средства в Москву или за границу.
Их аппетиты и своеволие должна была бы ограничивать судебная система, которая и определяет законность их существования. А у нас из региональных приоритетов оставили только торговлю и строительство. Даже программа развития конкуренции, которая разрабатывается федеральным центром, посвящена этим двум отраслям. А про всё остальное говорят – не ваше дело.

Возродится ли огонёк инициативы?
Однако мы стараемся в своих программах показать, что страна будет сильна не центром, а регионами. Но пока у нас растёт дифференциация между богатыми и бедными регионами, уменьшается число регионов-доноров. Это отрицательные явления. У предпринимателей должны быть стимулы для оставления денег в регионе. Причём, чтобы они вкладывали средства в местное производство, а не в покупку вилл где-нибудь в Черногории или Испании. Но здесь уже играют роль такие факторы общеэкономического характера, как незащищённость прав собственности, отсутствие должной судебной системы, слияние бизнеса и власти, т. е. коррупция.
Вспомните тот взрыв инициативы населения, который наблюдался в конце 80-х годов. Тогда люди поверили, что можно честно зарабатывать деньги, создавая кооперативы, различные фирмы и фирмочки. Однако государство было очень слабо, чтобы защитить их, не смогло или не захотело этого делать, и общество стало дробиться по групповым интересам. В 90-х годах реализовывалось право сильного, а потом к 2000-му — государство взяло на себя это право сильного. Импульс предпринимательства погас. И поверят ли теперь люди, возродится ли этот огонёк инициативы снова? Не знаю...

Учёные и власть
Разработкой стратегии развития Иркутской области занимается Центр стратегических разработок «Северо-запад». Мы получили недавно один из вариантов стратегии, который ещё должен обсуждаться. Но, по нашему мнению, в предложенном виде его нельзя принимать поскольку там нет мероприятий, а программа не может состоять из лозунгов и рассуждений, что «нужно быть здоровым и богатым», «у нас низкая производительность труда, надо её повышать». А на самом деле нужно менять стимулы, давать рекомендации по их созданию.
В целом общие идеи не новы: все понимают – территории должны прирастать малым и средним предпринимательством. Среднего у нас почти нет, а малый, если он находит какую-то нишу, то его быстренько подбирает большой бизнес.
У нас вообще гасится конкуренция. А если нет конкуренции – нет и стремления сокращать издержки. Конкурентоспособным становится производитель близкий к власти. Значит, никто не будет платить за инновации. Но государство в одиночку инновации не потянет. В других странах многое берёт на себя частный бизнес, который ищет возможности сократить издержки, стать конкурентоспособным. Наш же, прежде всего, ищет контактов с властью.
Что уж тут говорить о науке! Наука выдаёт рекомендации. Да, нас хвалят, иногда используют наши наработки. Но подспудно действуют другие интересы, не очень афишируемые.

Дело науки
– Но мы всё равно должны работать, накапливать знания, понимать механизмы, предлагать что-то новое. Да, мы смотрим мировую литературу, сравниваем процессы. Мировую экономику легко просматривать –там присутствует статистика, а это основа, хлеб для науки. А в России статистика закрыта, конфиденциальна. Ею не владеют даже органы муниципальных образований, они пользуются агрегированными данными. Базовые показатели, которые в советское время служили основой для исследований, такие как производительность труда, количество занятых в производстве, стоимость основных фондов и т. д., по которым сразу можно было понять, что это за предприятие – сейчас закрыты для нас. Если руководитель захочет, он даст информацию. У нас десятки предприятий, и надо уговаривать каждого руководителя, объяснять, что за нами нет налоговой инспекции, власти, рейдеров. А рейдеров боятся особенно – наша судебная система не защищает и порой даже потворствует рейдерству.
В этих условиях сложно работать. Я вспоминаю диалог на одном совещании в областной администрации с руководителями муниципальных образований. Налоговики докладывают: «У ваших предприятий недоимки!»
«А у каких, скажите? С кем мы должны работать, чтобы их сократить?»
«Мы не имеем права давать такую информацию. Спрашивайте у своих директоров!», – отвечает представитель налоговой инспекции. И даже агрегированные данные можно получить только за деньги. Возникает подозрение, что кому-то выгодно чтобы мы знали как можно меньше.
Так что мы, учёные-экономисты, в собственной стране вынуждены действовать как иностранные агенты-разведчики. Составляем картины работы производств по косвенным сведениям. Данные берём из разных мест, от разных людей, выпрашиваем, добываем разными путями.
Часто нас просят принять участие в работе различных комиссий, например, по оценке деятельности муниципальных образований, анализу их программ социально-экономического развития. Я сама когда-то помогала муниципальным образованиям составлять такие программы.
Перед нами стоит задача работать ещё активнее, получать гранты и заказы, выходить на более широкое сотрудничество, становиться известными в своей области. Но у нас пока немного людей – всего три научных сотрудника и молодёжь на ставках инженеров. Они, конечно, тоже ведут исследования, публикуются, и мы в них верим и надеемся, что у нас появится возможность расширить отдел. В частности, не так давно губернатор предлагал создать на базе нашего отдела гуманитарный центр. Хочется верить, что он будет организован...

  • Расскажите об этом своим друзьям!
ПУБЛИКАЦИИ ДЛЯ ТЕХ, КТО ПОНИМАЕТ: НЕ ВСЕ ТАК ПРОСТО! Последние новости Наша историяСудьбы людские Наша почта, наши споры
ПУБЛИКАЦИИ, ОСОБЕННО ПОПУЛЯРНЫЕ СРЕДИ НАШИХ ЧИТАТЕЛЕЙ
ПУБЛИКАЦИИ ДЛЯ ТЕХ, КТО СЛЕДИТ ЗА ДОХОДАМИ И РАСХОДАМИ Все новости про пенсии и деньги Пенсионные новостиВоенным пенсионерам Работающим пенсионерам