ЗДРАВСТВУЙТЕ!

СПРАВКИ
НА КАЛЕНДАРЕ

Волчица (Часть 2)

Повесть Александра Ведрова   
22 Ноября 2018 г.
Изменить размер шрифта

Эта удивительная история написана по воспоминаниям Валерия Ягомоста, в прошлом – главного механика Иркутского алюминиевого завода. Их мне передал Александр Кузнецов, ранее работник того же завода, затем председатель Совета народных депутатов Шелехова, ныне пенсионер. Из этих воспоминаний выросла короткая повесть. Имена и фамилии действующих лиц оставлены без изменений. (Продолжение. Начало - по ссылке)

Часть 2. КОРМИЛИЦА

Иван готов был впасть в отчаяние, когда в дверь снаружи кто-то начал скрести. Ребёнок умолк. Иван прислушался, взял винтовку и подошёл к двери. Снова раздалось поскрёбывание, уже требовательное. Что за духи явились из темноты? Не мертвецы же пришли наводить порядок в доме? Иван зажёг ещё одну свечу. Скребки не утихали.

С ружьём наизготовку охотник подошёл к двери, толкнул её ногой и отскочил назад. Дверь распахнулась, и в метре от порога Иван увидел того же волка, что и раньше. В лунном свете он был хорошо виден, но снова, как и при первой встрече, неземные силы не позволили охотнику нажать на спуск винтовки. Волк не шевелился, стоял, как изваяние, как добрый призрак, явившийся с визитом дружбы и приязни. Человек тоже стоял в оцепенении. Что ему ещё надо? Однажды он был отпущен восвояси, так зачем рваться в человеческое жилище?

Снова зверь стоял под прицелом, рискуя жизнью и добиваясь своей потаённой цели. Какой? Если он пришёл с добром, то чем мог быть полезен? Но если со злом, тогда только пуля могла разрешить конфликт. Они стояли неопределённо долго, пока не заплакал потерявший терпение ребёнок. Волк бросил взгляд в его сторону и снова неотрывно смотрел на вооружённого человека, склонив голову. Он просился к плачущему ребёнку, о котором заботился до прихода человека. Возможно, он знал, что делать.

Иван опустил оружие и сделал два шага в сторону, пропуская настойчивого гостя. Ему вдруг почудилась в ответ лёгкая волчья улыбка. День мистики и чудес! Охотник знал манеры и повадки волков, знал, насколько они умны, хитры и осторожны, но чтобы волк улыбался, это уже чересчур! Или в мире что-то нарушилось, или у него, Ивана, исказилось восприятие этого мира?

Волк осторожно переступил порог, мягкой поступью подошёл к лежанке и, вскочив на неё, лизнул лицо малыша. Тот мгновенно затих. Иван находился в неимоверном напряжении, готовый выпустить в зверя огневой заряд, но не видел в его действиях ничего угрожающего для ребёнка. Вот он аккуратно переступил передними лапами через дитя и припал животом к его лицу. Раздалось энергичное причмокивание.

Волк оказался волчицей, кормящей человеческого детёныша! Иван, получивший на стойбище столько впечатлений, что их хватило бы не на один год, отказывался верить своим глазам. Уж не пятый ли сон он досматривает, где события мелькают, одно невероятнее другого? Тем временем волчица, то ли во сне, то ли наяву, слегка приподнялась и, сместившись немного в сторону, припала к детёнышу другим сосцом. Закончив кормление, она спрыгнула с лежанки, мельком взглянула на охранника и покинула помещение.

Только тогда Иван закрыл дверь и подбросил в огонь дрова. Ребёнок безмятежно спал, вызывая прилив нежности и умиления. Иван прилёг рядом в тревожных раздумьях о предстоящем дне. Как одолеть путь до посёлка, до которого более тридцати километров по тайге? Ведь нести придётся поклажу, винтовку и живую ношу в придачу. Чем кормить ребенка в пути? И что произошло с погибшими хозяевами? Но вскоре путника, утомлённого затяжным переходом, переживаниями и впечатлениями от невероятных событий, одолел глубокий сон.

Его разбудил плач ребёнка и тихий шорох за дверью. Через невзрачное оконце в юрту пробивался дневной свет. Петров встал, взял ружьё и открыл дверь. Как он и ожидал, за дверью стояла вчерашняя кормилица. Иван сразу же отошел вглубь помещения, пропуская волчицу, но на этот раз закрыл за ней дверь, сохраняя тепло в помещении, к чему волчица отнеслась спокойно. И снова ему померещилась еле заметная волчья улыбка. Процедура кормления повторилась, как это было накануне, после чего волчица подошла к двери, толкнула её лапой и покинула жилище.

Подивившись новому визиту, путник приступил к подготовке похода. Нагрел воду и развернул беспокойно ворочавшегося ребёнка. Это была девочка, значит, двоюродная сестрёнка. Пришлось изрядно потрудиться, чтобы протереть её влажными тряпками, перепеленать в чистые и завернуть, после чего девочка тут же уснула. Для походной экипировки сестрёнки из рысьей шкуры изготовил что-то наподобие котомки, подвешиваемой с помощью ружейного ремня через плечо.

Заглянул в хозяйский лабаз, где, к своей радости, обнаружил запас кедрового ореха. Вот что подойдёт для детского питания, если растолочь и приготовить кедровое молоко! Этим и занялся молодой и неопытный нянь. Затем собрал всё необходимое в свой заплечный мешок. К полудню приготовления были завершены. Оставалось затащить в юрту окоченевшие тела покойных родителей осиротевшей сестрёнки, оставить на том же сугробе, где волчица выкармливала девочку, продуктовые запасы, закрыть плотнее дверь и – в поход.

Иван Петров шёл к посёлку, где можно было пристроить сироту и сообщить о странной гибели её родителей. Скорость передвижения была невелика, пришлось устроить несколько привалов и провести наступившую ночь у костра. Питание для ребёнка оказалось вполне сносным. Иван обмакивал тряпочку в подогретую кедровую жижицу и давал её обсосать девочке. Орех и для него был хорошим подспорьем.

Под ровным подсветом луны, зависшей над лесом круглым жёлтым фонарём, путнику надо было быть настороже, охраняя одному, без собаки, покой ребёнка, но и растраченные силы требовали восстановления. Он сидел перед костром, откинувшись спиной на ворох веток, с ребёнком на коленях, и перебирая в полудрёме картины минувшего дня. Причину смерти Булчута с женой будут устанавливать следователи, но почему девочка оказалась вынесенной из юрты? Кому бы это понадобилось?

И снова он видел перед собой волчицу, неподвижно стоявшую над тёмным свёртком. Да-да! Это она, волчица, движимая вековым материнским инстинктом, вынесла маленькое беспомощное существо на снежную полянку. Для чего? Но как можно было представить себе дикого зверя, разместившегося в людском жилище? Ведь в тесной юрте лишённая обзора волчица находилась бы в постоянной и незримой опасности. Достаточно было захлопнуть снаружи дверь, и она в ловушке! Да и людское жилище само по себе для дикого зверя – строгое табу. Леса и просторы – вот её родной дом. Что-то ещё мерещилось Ивану, пока тяжёлые веки с характерным якутским разрезом не сомкнулись в беспокойном сне.

Он очнулся под утро, когда стало подмораживать. Выпил кружку тёплой талой воды и бодро двинулся в путь. День, за который было сделано несколько привалов, прошёл без приключений. Девочка вела себя на удивление спокойно, и ко второй ночи, когда мгла уже опускалась на землю, они вошли в посёлок.

На следующий день в отделении милиции следственная группа приступила к изучению невероятного происшествия на стойбище Булчута. Присутствовали также участковый милиционер и председатель коопзверопромхоза Степан Захарович. Иван видел, что в ходе допроса недоверие к нему лишь возрастало, следователи ощупывали его недоверчивыми взглядами и смотрели как на привидение, явившегося из потустороннего мира. Степан Захарович, знавший Ивана с малолетства, пытался его защищать, но без особого успеха.

Иван никак не ожидал, что окажется подозреваемым в убийстве с целью ограбления своего дяди и его жены. Следователи с чего-то решили, что у Булчута было припрятано золотишко, о котором прознал племянник и завладел им, после чего принялся «заметать следы» небывалыми россказнями, которые невозможно было проверить. Добровольное прибытие Петрова в посёлок оформили явкой с повинной и на время расследования дела его поместили в камеру предварительного заключения. В стойбище направили группу следователей, проводником к которым вызвался Степан Захарович.

Через две недели, убедившись в невиновности Петрова, следователи освободили его из заключения. Степан Захарович, принявший близко к себе судьбу рано осиротевшего Ивана, советовал ему уехать из здешних мест, где пошла худая слава о человеке, который завёл дружбу с волком, а тот по ночам приводит к нему целую стаю, и они вместе воют на круглую луну, утверждая торжество Злых Духов. Поползли даже слухи о том, что и сам Петров был когда-то волком, потому, дескать, хищники и принимают его как своего.

– Подумай, Ваня, да уезжай подобру-поздорову, а то и на пулю можешь ненароком нарваться, – увещевал Степан Захарович.

– Куда же податься, дядя Степан? Я ведь кроме наших мест ничего не видел и не знаю, – недоумевал Ваня.

Впрочем, вопрос решился сам собой. По повестке воинского призыва Иван Петров был мобилизован и распределён для прохождения службы на Дальний Восток.

Установить обстоятельства гибели Булчута и его жены следствию не удалось. Сохранялась версия, что их отравили, чтобы завладеть припрятанным золотом и камешками, но она не была доказана. Осиротевшую девочку определили в детский дом, каких во множестве было разбросано по стране в послевоенные годы. До мобилизации Иван при каждой возможности навещал сестричку, названную Вероникой, и она, чуть подросшая, каждый раз просила забрать её из детдома, считая брата своим отцом. Ведь она слышала от детей и воспитателей сказочные истории о родителях, о матерях и отцах, которые имеют семьи и живут в них дружно и весело со своими, такими же малыми, детишками.

Малышка ещё не знала, что глубинные устои, определяющие прочность семьи, слишком призрачны и ненадёжны. Она не знала, что люди зачастую предают забвению данные друг другу клятвы верности, что любвеобильный человек едва ли не по природе своей многожёнец. Вот и собирали органы попечительства детишек из распавшихся семей наравне с осиротевшими.

Больше её никто из близких или родственников не навещал. Может быть, она им была не нужна, а может быть, их и не было. Но у Ивана, тоже выросшего в детском доме, не было возможности хоть как-то разместить и воспитывать сестрёнку. Не в охотничьем же чуме, да ещё без присмотра, жить девочке. А вскоре он был призван в армию.

Глава 2. Годы спустя

Прошли годы, когда оказалось, что повесть о волчице имеет своё продолжение. Валерий Ягомост, уроженец Прибайкалья, служил в авиационном полку, дислоцированном в районе бухты Суходол Приморского края, где ему и составил компанию старшина Иван Прокопьевич Петров, уже сверхсрочник. Он отличался от многих вежливостью, чёткостью в обращении с сослуживцами и грамотными служебными действиями. Поговаривали, что старшина знает наизусть пушкинский роман «Евгений Онегин». У Ягомоста сложились с Иваном тёплые товарищеские отношения, склонившие старшину к доверительному рассказу о тех загадочных событиях и их последствиях, которые остаются в памяти навсегда.

Но и это ещё не всё в истории с продолжением нашей северной баллады, разыгравшейся в причудливом пересечении реальных событий, фантастических происшествий и захватывающих мистических наваждений. Демобилизовавшись, Ягомост окончил Иркутский политехнический институт и на крупном предприятии, каким был Иркутский алюминиевый завод, вырос до должности главного механика.

Оказавшись однажды в командировочной поездке в местах дальневосточной службы, он по воле случая лицом к лицу повстречался в местном кафе посёлка Суходол с той самой Вероникой, что была когда-то на стойбище вскормлена волчицей. Она работала в кафе за барной стойкой. В завязавшемся разговоре были установлены нити, связывающие их жизненные пути. Тогда и поведала Вероника Ивановна, лицом напоминавшая кореянку, а оказавшаяся якуткой, историю своих дальнейших переплетений с волчицей.

Повесть "Волчица" - полностью:

Загрузка...
  • Расскажите об этом своим друзьям!
ПУБЛИКАЦИИ ДЛЯ ТЕХ, КТО ЧИТАЕТ ВДУМЧИВО Наша историяСудьбы людские Наша почта, наши споры Поэзия Проза Ежедневные притчи
ПУБЛИКАЦИИ, ОСОБЕННО ПОПУЛЯРНЫЕ СРЕДИ НАШИХ ЧИТАТЕЛЕЙ
ПУБЛИКАЦИИ ДЛЯ ТЕХ, КТО СЛЕДИТ ЗА ДОХОДАМИ И РАСХОДАМИ Все новости про пенсии и деньги Пенсионные новостиВоенным пенсионерам Работающим пенсионерам

Тэги: