ЗДРАВСТВУЙТЕ!

НА КАЛЕНДАРЕ
ЧТО ЛЮДИ ЧИТАЮТ?
2020-06-17-06-24-03
Хотите послушать или прочитать стихи современных поэтов? Такая возможность есть. Поэтическое меню представлено обращением Всеволода Емелина к Владимиру Владимировичу по поводу режима самоизоляции в Москве, стихами Ивана Давыдова о слонах, Алексея Цветкова — о Давыде и Юрии, Александра Дельфинова — о...
2020-06-18-07-13-48
В конце 80-х, когда на просторах СССР задули «ветры перемен», и Михаил Тататута стал для нас «первооткрывателем» целого континента. Он рассказал о реальной, не придуманной пропагандой Америке. Он был первым журналистом, бравшим интервью у Элизабет Тейлор в её доме, и первым советским корреспондентом,...
2015-04-21-08-25-25
Один юноша задал Платону вопрос: — При каких условиях богатство является злом и при каких — добром?
2015-09-21-07-02-30
Когда Помпеи были разрушены вулканическим извержением, в полночь весь город был в огне, рушились дома и бежали люди. Город был богат, и каждый что-то нёс. Люди несли всё самое дорогое: кто-то нёс своё золото, кто-то — алмазы, деньги; учёные несли свои рукописи, книги — несли всё, что можно было...
2015-08-21-06-02-06
Как-то раз гуру спросил у своих учеников: — Почему, когда люди ссорятся, они кричат?

МультиВход
 

«Ища огонь, уносишь луну»

Александр Князев   
24 Мая 2019 г.
Изменить размер шрифта

Непутёвые заметки Александра Князева. На этот раз — о Китае.

Непутёвые заметки Александра Князева.

«Ленивы мы и нелюбопытны!» – с горечью признался я себе словами А. С. Пушкина, проснувшись на этот раз в Пекине. Стоило подняться в воздух, пролететь над отрогами Восточного Саяна, миновать пустыню Гоби с её марсианским ландшафтом, и ты уже в пространстве великой цивилизации возрастом в 5 000 лет. Родина чая, шёлка, бумаги, фарфора и даже пороха, который не по боевой нужде был открыт, а для императорских развлечений фейерверками, родина Ли Бо и Конфуция, а попросту, наш ближний сосед многие годы был не замечаем нами...Мы предпочитали жить старыми мифами о «горстке риса для китайца на весь день», пока цапались наши вожди, меняли их на новые мифы наших нуворишей о товарном изобилии в бросовых ценах, поглядывая между тем с жалостью на нищую непритязательность китайских гастарбайтеров, – все слагалось в превратную, но очень лестную нашему подмороженному патриотизму картину.

2405 8 2

Поделом нам однажды достался голос пророка, что пропел на всю Россию: «Всё не так, ребята!»

Всё не так!

Мне пришлось коротать ночь в плацкартном вагоне поезда от Нанкина до Пекина. Полки в три этажа, мне досталась средняя. Рядом со мной деревенская семья, догадываюсь по загорелым до черноты лицам, пробую заговорить по-английски, но в ответ только сияние улыбок и фрукты в угощение. В считанные минуты все пассажиры улеглись спать, словно была на то особая команда. Прилёг и я, подвесив на какой-то крючок свои очки. Умывшись поутру, я к ужасу не нашёл своих очков – куда-то провалились ночью. Мои славные соседи поняли всё без слов и, обеспокоившись больше меня, стали перетряхивать свои постели – это была тревога на полвагона, но очки не нашлись. Уже мне стало неловко за их огорчение и собственную небрежность, я не находил способа их успокоить, не зная языка, пока не понял, что выход один – срочно найти очки. И когда я их извлёк целыми из-под нижней полки, где всё было заставлено сумками, вспыхнуло такое детское веселье, что я почувствовал себя именинником: китайцы, не сговариваясь, захлопали в ладоши и запели что-то сладкозвучное, обращаясь ко мне...

2405 8 3

А я онемел, осознав в короткий миг, что людей может породнить нечто большее, чем язык... И это большее когда-то звалось у нас благонравием.

Вот уж стоило поехать в Китай, чтоб возродить в себе это слово!

Или ещё одна история. После съёмок на Великой Китайской Стене я решил спуститься на фуникулёре, а туда очередь в несколько сотен, но движется заметно. И я уютно устроился в ней, отвлёкся на фотокамеру, разглядывая на дисплее только что отснятое. Тут слышу позади себя смешки, веселые голоса... Стоило обернуться и увидеть, что смеются-то надо мной, безобидно и по-детски: очередь передо мной ушла шагов на двадцать, а я тупо пялюсь в свою камеру – какой забавный белокурый дед! Его бы матюгнуть да подтолкнуть или ругнуть по-трамвайному... нет же: долго не утихал этот смех у Великой Китайской Стены!

2405 8 4

Величие той Стены поразительно: 5 000 километров по самым вершинам хребта, ступени выдолблены шагами ходоков за многие столетия, простор для глаз и души. Стена переполнена людьми по сей день, несколько тысяч человек проходят её ступенями ежедневно, оставляя в кассе по 50 юаней каждый. Замечательный инвестиционный проект! Куда интересней, что большинство посетителей – китайцы, наезжающие со всей страны. Голос тысячелетий, почтение к собственной истории, глубокое уважение традиций и культ этнического единства влечёт их всех на эти ступени... «Национальная идея», если кому-нибудь так хочется... Только состоит она у китайцев в жажде строить, и Великая Китайская Стена – воплощение той идеи.

Дома, города и дороги вырастают с непостижимой быстротой. Попробуем предположить, помня постройку последнего моста через Ангару, сколько лет нужно, чтобы построить 20 километров метро в восьмимиллионном китайском мегаполисе? Не угадаете: в Нанкине первую ветку метро построили за 1 год, одновременно возведя огромный и благоустроенный студгородок-сад Нанкинского университета. Там есть всё для жизни: учебные корпуса, общежития, жильё для профессуры, библиотека, спорткомплекс и культурный центр в уникальной архитектуре. Университет ещё не успел полностью туда перебраться, а там уже садовый уют, чистота газонов, ухоженные деревья и никаких следов былой стройки, – видны лишь садовники за работой.

Благодаря гостеприимству устроителей моих выставок мне удалось проехать по Китаю несколько тысяч километров, потому врезались в память многолюдье вокзалов, комфорт скоростных экспрессов и, убого говоря за недостатком эпитетов, благопристойность дорог. Оказывается, можно быстро забыть о кочках на асфальте, колодезных ямах и колдобинах, можно наслаждаться движением, разглядывая ровный ряд тутовых или айвовых деревьев на разделительной полосе, время от времени видя на ней садовников, что поливают газоны, пропалывают цветы, подрезают ветки... И такое не в городе, а на протяжении нескольких сотен километров, едучи от Нанкина в любую сторону. А уж чего-чего нет – так это дорожной полиции в засаде. Разве можно так жить?!

2405 8 5

Навык строить преследует этот народ по всей его истории. Что ни построили бы здесь, от хижин до дворцов, отличается необычной для нас вписанностью в природу: башни и пагоды таят в себе образ растущего дерева, избыточность архитектурных деталей становится естественной, как листья на дереве, а современные постройки не только создают современный динамичный ритм, но и перекликаются с древностью. Потому обыденная жизнь китайца проходит в исторической непрерывности народного быта.

Современные автомобили не потеснили на улицах велосипеды, рикши не уехали в музей, а культовые крестьянские коромысла с горами фруктов в их чашах очень заметны в городском многолюдье. Здесь никто не заботится о «возрождении народных промыслов» – рукодельная культура не иссякала. Достаточно увидеть вырезанные из камня уличные бордюры, что окаймляют тротуары, – их причудливый цветочный орнамент, поверьте мне, нигде не повторяется. А чего стоит оказаться на шёлковом рынке, состоящем из искусно украшенных крестьянских лачуг, и увидеть торгующую китаянку, руки которой заняты древней вышивкой шёлковой нитью по шёлку: тончайшее искусство и запредельное изящество рук. Довелось бы мне ещё раз оказаться в Китае, то я снимал бы только руки, и это был бы такой видеоряд!

2405 8 6

И первым кадром были бы руки с палочками для еды! Уверяют, что поедание палочками направляет энергию внутрь, а не вовне, как с вилкой и ножом... Но получаемое от еды удовольствие куда выше – знаю по себе. Стоит приспособиться к палочкам, как сразу рождается зависимость – рука просит радости от мелких и предельно точных движений. Рассказывают, будто в знаменитом монастыре Шаолинь тренировка владения палочками заканчивается умением поймать ими летящую муху. Может, и так, но совершенно очевидно, что рука с палочками взлетает на другой уровень биомоторики, которая, наследственно закрепляясь во многих тысячелетиях, формирует национальное здоровье, социальную устойчивость, влияет на восприятие природы и организует жизненный уклад естественно и целесообразно. То, что палочки для китайца больше, чем для нас ложка, подтверждает застольный ритуал. На сегодняшний день у китайцев существует несколько правил и запретов использования палочек. Считается невежливым, когда какой-либо гость приступает к еде, не дождавшись хозяина, или тянется за блюдом, стоящим поодаль от него. После окончания ужина гости должны положить палочки на тарелку, и только после того, как хозяин завершит трапезу, они могут переложить свои палочки с тарелки на стол и выйти из-за стола. Не принято вертикально втыкать палочки, например, в чашку с рисом, поскольку это напоминает курительные палочки в храме и символизирует похоронную церемонию. Не стоит палочками указывать на людей – в Пекине издревле считалось, что такое действие буквально значит «ругаться на улице». В наши дни смысл мало изменился: тот, кто указывает палочками на другого человека, буквально порицает его. Есть ещё много древних поверий, сопутствующих палочкам, – в некоторых провинциях традиционно они участвуют в свадебном ритуале, навлекая плодовитость рода.

Вообще говоря, традиции в этой загадочной стране – существенная часть быта, что естественно перетекает в бытие, связываясь с трудолюбием, почтением детства, заботами о земле, лёгкостью общения и тонким восприятием природы. Старая китайская мудрость неспроста гласит: «Когда ищешь огонь – находишь его вместе с дымом, когда зачерпываешь воду из колодца – уносишь с собой луну...»

Луну я и вправду унёс с собой, и сейчас она не даёт мне покоя, принуждая к следующему рассказу.

  • Расскажите об этом своим друзьям!
Загрузка...
Загрузка...