ЗДРАВСТВУЙТЕ!

СПРАВКИ
НА КАЛЕНДАРЕ

Свет в окне, рояль в кустах…

Владимир Лавриненко   
22 Февраля 2013 г.
Изменить размер шрифта

alt

Рассказ бывалого человек

Те шоу об экстриме, что сегодня показывают по телевизору, нам, геологам, кажутся несерьёзными сказками для детей или просто активным отдыхом людей, придумывающих себе развлечения. А вот попробовали бы они наш, профессиональный, геологический экстрим! Сколько раз мне приходилось и тонуть, и замерзать, и пробираться сквозь горящую тайгу, а поскольку убежать от верхового пожара не всегда бывало возможно, то и со скал приходилось срываться, обдирая ладони… Да, обо всём и не вспомнишь! И все же об одном маршруте вкратце хочется рассказать.

В 1993-м году я работал в экологическом отряде. Мы вели мониторинг окружающей среды по восточному побережью озера Байкал. Отбирали пробы воды, илистых отложений почв на предмет загрязнения. Как-то раз у меня был двухдневный двадцатикилометровый маршрут по реке Переёмной, впадающей в Байкал.

Опробование я решил начать с верховья. Тропа была хорошая, натоптанная. Горная речка, тайга, горы, солнечная погода – красота! Душа пела. Идти по хорошей тропе, да почти и без груза, было легко, двадцать километров пробежал незаметно. Был сентябрь, ноги за лето натренированы, не то что весной после зимних камеральных работ. По ходу попалось зимовьё недалеко от верховья реки. Прикинул по времени: на обратном пути здесь можно будет заночевать. Под нарами нашёл сухое полено, кусок бересты и топор, на столе огарок свечи и спички. Нащипал лучины, надо будет только дров заготовить потом и тогда в тепле, с комфортом спать на нарах, на сене – блаженство!

Отбор проб производился через четыре километра, я отработал первую точку в верховье, солнце было уже низко, и тут на северо-западе, над хребтом, появилась чёрная туча, которая быстро разрасталась. Спешу назад к зимовью. Впереди боковой приток речки, ширина около двадцати метров, каменистое дно, течение быстрое, глубина выше колен, но я в болотных сапогах, так что, поднимаясь вверх, я его успешно преодолел.

Однако сейчас, по пути назад, вдруг поскользнулся и сел на дно! Вода по самые уши, холодная, промок до нитки! Разделся, отжал одежду, вылил воду из сапог, тут же отобрал пробы. Здесь, возле тропы, стоял когда-то сгоревший молодой сосняк, дров для костра в изобилии, в рюкзаке большой кусок полиэтилена для укрытия от дождя. В голове трезвая мысль - сделать шалаш, развести костер, обсушиться, поужинать, переночевать здесь… А в глазах - уютная зимовейка. Прикинул, расстояние до зимовья километра два. Сумерки, быстро темнеет… «А, успею!» - подумал я и рванул почти бегом.

Вдруг потемнело еще более, повалил холодный мокрый снег. Крупные хлопья падали, как промокшая вата; резко и сильно похолодало, но я «рвал когти» так, что с меня шёл пар, я боялся только споткнуться, упасть и расшибиться или подвернуть ногу. Откуда-то на тропе появлялись корни, камни, которых днём вроде и не было.

Бегу, по времени уже и зимовьё должно быть. Остановился, огляделся, лес сквозь падающий снег едва различим… Кажется, проскочил-таки зимовейку! Сразу как-то стало холодно и на душе и в теле, жутко, мокрая одежда постепенно остывает и начинает похрустывать. Медленно пошёл назад, внимательно всматриваясь в местность. Вот эта полянка, кажется, похожа на ту, где на краю в кустах должно быть моё спасение. Углубляюсь в кусты ольхи почти в полной темноте и, о счастье, буквально втыкаюсь в зимовьё.

Захожу, наощупь нахожу нары, сеном на нарах тщательно вытираю руки, нахожу на столе спички и огарок свечи. Зимовьё осветилось, хотя и тускло, но в душе моей ярко вспыхнул радостный свет. Пока живём, но это ещё не полное спасение, дров-то нет, а лучинки сгорят быстро. Снимаю рюкзак, свечку ставлю на подоконник и выхожу заготавливать дрова. Становлюсь напротив окна и углубляюсь в темноту, постоянно оглядываясь на свет в окне. Огарок небольшой, поэтому тороплюсь. Лезу в кусты, они в снегу, снег валит основательно. Ощупывая ветки в ольховнике, пытаюсь найти и наломать сухие, - сырые не загорятся. Снег сыплется с веток мне на голову, за шиворот, руки окоченели, весь мокрый, - кажется, я замерзаю уже по-настоящему. Оглянулся в очередной раз на окно и оторопел: свечи не видно, по-видимому, отклонился в сторону. Но куда? Делаю несколько шагов вправо, окна нет, меня охватывает ужас. Иду влево, вот оно! Горит свеча. Надо быть осторожней. А дров все ещё мало, продолжаю добывать сухие ветки. Когда охапка стала уже приличной, поворачиваю назад. А свечи-то нет! Вероятно, сгорела. Надо искать зимовьё, иначе, точно, это уже смерть. В руках сухие дрова, а спички-то в зимовье!

Главное – не паниковать. Стараясь сдерживать спешку, прошёл вперед метров двадцать, повернул в одну сторону, в другую. Тьма абсолютная. Как-то надо не удалиться от зимовья, оно где-то здесь. Начинаю кружить по небольшому кругу. Дикий страх прошёл, отчаяние сменилось холодным, безысходным упорством. И вот! Есть, нашел! Прямо лбом воткнулся в зимовьё! Но и это ещё не всё. Пытаюсь оттереть замёрзшие руки сеном - бесполезно, не отогреваются. Ноги едва держат, замёрз дальше некуда. Нашёл приготовленную бересту, нащупал спички. Хочу достать спичку из коробки и не могу, пальцы не гнутся, почти ничего не ощущают. Что делать? Достаю спичку языком, зажимаю ее в зубах, коробок кое-как держу в ладонях, все это в полной темноте. Чиркаю. После нескольких попыток и сломанных спичек трещат мокрые усы, поджариваются замёрзшие губы. Успел поджечь бересту…

Никому не советую повторять этот мой опыт зажигания спичек, держа их в зубах, это очень больно.

Но вот - трещат в железной печке дрова. В небольшом зимовье становится теплее. Разделся, отогреваюсь у печки, почти обняв её, спасительницу. Жизнь продолжается. Ругать себя за такой промах уже нет сил, да и не хочется. Подсушил одежду, развесил её у печки и упал на сено - далеко не свежее жилище мышей. «Да бог с ними, с мышами, не съедят», - успел подумать и отключился.

Утро. Ослепительное, солнечное утро. Голубое небо и… по колено снег, чистый, белый. Без труда наломал сухих дров, растопил печь, согрел тушёнку, вскипятил чай. Маршрут продолжается. Снег закончился километров за пять до трассы. Снова великолепный, осенний, сентябрьский пейзаж. Идти стало вроде бы легче, не скользко, но какими-то длинными стали казаться последние километры.

К вечеру рюкзак сделался почти неподъёмным, едва тащу. Присесть и отдохнуть можно только на упавшем дереве, так, чтобы рюкзак не снимать с плеч, иначе поднять его потом с земли и надеть снова весьма сложно.

А вот и автотрасса, мост через реку Переёмную. Это последняя точка отбора проб и конец маршрута. Заканчиваю работу, втыкаю в землю шест с белыми металлометрическими меточками, чтобы меня могли быстро найти, и отдыхаю. Через какое-то время кто-то трясёт меня за плечо. Открываю глаза, меня будит водитель отрядной машины.

-- Николаич, проснись, начальник рояль купил! Ну, ты и спишь, тебя аж на трассе слышно.

-- Какой рояль? Он что, с ума сошёл?

-- Вот такой рояль! – показывает тот большой палец вверх.

Подходит начальник отряда, обнимает меня.

-- Жив, здоров? Ну, слава Богу! А то я переживал. Маршрут тяжёлый, ты один…

Идём к машине, я заглядываю в будку «ГАЗ-66», никакого рояля там нет, да и не поместится он здесь.

-- Александр Алексеич, водитель говорит, что ты рояль купил, -- недоумеваю я.

Алексеич, к моему удивлению, достаёт из кабины бутылку спирта «Royal» и кружку.

-- Тебе сколько наливать, Николаич?

-- Ну, наливай, сколько не жалко.

Дальше ничего не помню. Хороший был «Рояль»!

Иркутск, 2010.

Уважаемый читатель МГ! Поставьте, пожалуйста, отметку о своем впечатлении от прочитанного. А если вам есть что сказать более подробно - выскажитесь в комментрии!

  • ПОНРАВИЛОСЬ

( 1 Vote )

  • НЕ ПОНРАВИЛОСЬ

( 0 Votes )

Загрузка...
  • Расскажите об этом своим друзьям!
ПУБЛИКАЦИИ ДЛЯ ТЕХ, КТО ЧИТАЕТ ВДУМЧИВО Наша историяСудьбы людские Наша почта, наши споры Поэзия Проза Ежедневные притчи
ПУБЛИКАЦИИ, ОСОБЕННО ПОПУЛЯРНЫЕ СРЕДИ НАШИХ ЧИТАТЕЛЕЙ
ПУБЛИКАЦИИ ДЛЯ ТЕХ, КТО СЛЕДИТ ЗА ДОХОДАМИ И РАСХОДАМИ Все новости про пенсии и деньги Пенсионные новостиВоенным пенсионерам Работающим пенсионерам