«Друг утешительный и вдохновитель мой». Исполнилось 140 лет со дня рождения поэта Владислава Ходасевича |
| По материалам электронных СМИ |
| 23 Июля 2026 г. |
|
Литература Серебряного века без Ходасевича? Такое трудно представить: поэт, переводчик, критик, мемуарист, исследователь творчества Пушкина, он оставил яркий след в российской культуре до революции 1917 года и после, в пожизненной эмиграции.
Фото: Wikimedia Commons (общественное достояние) Владислав Фелицианович Ходасевич появился на свет 28 мая 1886 года в Москве. Его ранние годы прошли в достатке, материальное положение семьи было стабильным. Отец, купец второй гильдии Фелициан Иванович, был этническим поляком и профессиональным фотографом, мать, Софья Яковлевна (рожденная Брафман), была дочерью известного еврейского литератора. И тем не менее вся жизнь и творчество Владислава Ходасевича принадлежит прежде всего русской культуре. Несмотря на значительную разницу в возрасте с братом Михаилом, которому было на 21 год больше, Владислав поддерживал с ним теплые отношения. Брат, известный адвокат, стал для него примером для подражания. В период с 1904 по 1910 год братья жили вместе в Первопрестольной, и в то время Владислав обучался в Московском университете. Владислав Ходасевич первоначально последовал примеру брата, поступив на юридический факультет университета. Однако скоро он осознал, что право не вызывает у него интереса. Осенью 1905 года он решил изменить свой академический путь, переведясь на историко-филологический факультет. Но и здесь его стремление к литературному творчеству не нашло должного развития. В итоге Владислав не завершил высшее образование, ограничившись лишь аттестатом об окончании третьей Московской гимназии. В 1917 году Владислав Ходасевич с энтузиазмом встретил Февральскую революцию, исход которой казался ему многообещающим. И после Октябрьского переворота он изначально был не против сотрудничества с новой властью, однако вскоре пришел к выводу о невозможности литературного творчества под эгидой большевиков. Поэт решил ограничить свою деятельность личным творчеством, отказавшись от публикаций. В 1918 году, совместно с Лейбом Яффе, он выпустил сборник «Еврейская антология. Сборник молодой еврейской поэзии». В те же годы Ходасевич работал секретарем третейского суда, вел занятия в литературной студии Пролеткульта и с 1918 по 1920 год возглавлял московское отделение издательства «Всемирная литература», созданное Максимом Горьким. Поэт также активно участвовал в жизни книжного кооператива, где за прилавком дежурили известные писатели. В марте 1920 года, столкнувшись с голодом и холодом, Ходасевич заболел острой формой фурункулеза, что вынудило его в ноябре того же года переехать в Петроград. Там, благодаря поддержке Горького, он получил паек и две комнаты в писательском общежитии «Дом искусств». В Петрограде в 1920 году он опубликовал свою третью книгу стихов «Путем зерна», в которой осмысливал события 1917 года. После переезда его литературная репутация укрепилась, и в декабре 1921 года он встретился с поэтессой Ниной Берберовой, в мае 1922 года поженились. После свадьбы Ходасевич и Берберова покинули Советский Союз, сначала перебравшись в Берлин, а затем – в Париж. В те годы Ходасевич активно публиковался, вел острую полемику с советской властью, что привело к отказу посольства СССР продлевать ему паспорт в 1925 году. Эмиграция стала для него окончательной. В Париже поэт работал в различных изданиях, став известным критиком. С 1928 года Ходасевич начал работу над мемуарами, которые были опубликованы в 1939 году под названием «Некрополь. Воспоминания». В этот период он также планировал написать биографию Пушкина, но из-за ухудшения здоровья был вынужден отказаться от этой затеи. Состояние здоровья поэта значительно ухудшилось, и в письме к Берберовой от 19 июля 1932 года он признался, что больше не может заниматься литературной деятельностью, как и раньше: «Теперь и на этом, как и на стихах, я поставил крест. Теперь у меня нет ничего». В апреле того же года Ходасевич и Берберова разошлись, после чего поэт в 1933 году женился на дочери петербургского купца, Ольге Марголиной. Эмиграция оставила значительный след в творчестве и жизни Ходасевича, обострив его критическое восприятие советской действительности. В последние годы жизни он проживал в Париже, где продолжал свою деятельность как литературный критик, оставив после себя важное наследие в русской литературной критике и мемуаристике. Ходасевич, считавший кошек мудрее собак, не только посвятил кошачьему племени много произведений, но и выразил в этих стихах иносказательно, через аллюзии, многое, имеющее прямое отношение к людям. В числе бессмертных строк есть и такие, из стихотворения «Памяти кота Мурра», опубликованного в 1934 году: В забавах был так мудр и в мудрости забавен – Друг утешительный и вдохновитель мой! Теперь он в тех садах, за огненной рекой, Где с воробьем Катулл и с ласточкой Державин. Владислав Фелицианович на протяжении всей жизни страдал от различных заболеваний. В 1910–1911 годах его преследовала легочная недостаточность, а в 1916–1917 годах – туберкулез позвоночника. К 1920 году, как уже сказано, его здоровье подорвал фурункулез. Подобное ухудшение здоровья было вызвано не только врожденной слабостью иммунной системы, но и экстремальными условиями жизни, в которых приходилось существовать поэту в годы Гражданской войны, когда он сталкивался с голодом и холодом. К концу 1930-х годов здоровье Ходасевича значительно ухудшилось: он сильно похудел, испытывал боли и не мог нормально питаться. Спазмы в желудке мучили его, не давая облегчения. Ни русские, ни французские врачи не могли точно поставить диагноз, предполагая онкологическое заболевание или проблемы с кишечником, и настаивали на необходимости операции. 13 июня 1939 года Ходасевича прооперировали в госпитале Бруссэ. На следующий день, 14 июня, поэт скончался, так и не придя в сознание после операции. Причиной смерти оказалась болезнь, которую не смогли диагностировать врачи – камни в желчном пузыре. Прощание с Ходасевичем прошло с участием практически всей белой эмиграции в греко-католическом храме Святой Троицы. Поэт был похоронен на кладбище Булонь-Биянкур в пригороде Парижа, где к тому времени уже насчитывалось много могил русских эмигрантов.
|