ЖИЗНЬ НА ПЕНСИЮ
ПОДРОБНОСТИ
ДЛЯ ДУШИ
НА КАЛЕНДАРЕ
ОБЩЕНИЕ
ПАРТНЕРСТВО

В лабиринтах примирения
Юрий ПРОНИН   
30 Июля 2026 г.

Постижение причинно-следственных связей того или иного явления, события, тенденции – дело важное, но для многих непростое. Это относится и к прошлому, и к современности. Впрочем, настоящий, «всамделишный» разговор о сегодняшнем времени крайне затруднителен (если вообще возможен), но и былое дает обильную пищу для размышлений.

Герой и преступник

Взять хотя бы историческое наследие. Вот белые генералы. В официальной версии Деникин сейчас чуть ли не герой – его прах при содействии нынешнего президента России в 2005 году возвращен из Америки на Родину и торжественно захоронен у Донского монастыря в Москве. Но одновременно другой вождь Белого движения Колчак юридически по-прежнему преступник, и для установки и сохранения памятников и памятных знаков в его честь приходится выдерживать нешуточное давление. Пользуясь случаем, отмечу большую роль, которую играет в защите памяти о Верховном правителе, военачальнике и ученом иркутское казачество.

Между тем разница в поведении войск Деникина и Колчака – ноль. Мало того, по части погромов деникинцы, пожалуй, переплюнули колчаковцев. Быть может, причина разночтений в том, что Деникин, находясь в эмиграции, в годы Великой Отечественной войны не поддержал гитлеровцев, а выступил в поддержку Красной армии (не путать с советской властью, которую Антон Иванович ненавидел до последнего вздоха)? Колчак, в отличие от Деникина, погиб в годы Гражданской войны, причем был расстрелян без суда. Правда, велика вероятность, что в 1941-м и вплоть до Победы адмирал повел бы себя так же, как генерал, так как изначально, с эпохи Первой мировой войны, ставя во главу угла интересы России, был дружен с Францией, Британией и США, но резко настроен против Германии. Этот довод подтверждается и противоположными примерами: скажем, белый атаман Краснов, еще в Гражданскую связавшись с немцами, остался на службе у Германии и при Гитлере.

Возможно, мотив официальной нелюбви к адмиралу Колчаку в ином – как раз в бессудности (читай: беззаконности) расправы с ним, прикрытой затем вердиктами Генпрокуратуры (мол, «оснований для реабилитации нет»). В ином случае пришлось бы уже предметно, на официальном, государственно-правовом уровне разбираться с «художествами» иркутских большевиков, расстрелявших Верховного правителя, а также с теми, кто, очень вероятно, отдал им соответствующий приказ из Москвы.

Да и как быть с многочисленными «подвигами» (а по существу – зверствами) не только Красной армии, но и красных партизан, в том числе на территории Прибайкалья? Отряды Каландаришвили, Бурлова и ряда других товарищей вполне конкурировали с каппелевцами по части карательных безобразий, а то и давали фору «белогвардейским чистоплюям». Нет уж, если гражданское примирение (а тогда, без преувеличения, брат шел на брата, сын на отца и т. п.), то для всех. Иначе выходит так: кто победил, тот и прав, и он навешивает ярлыки проигравшим, оставаясь не только безнаказанным, но и «в позитиве». Можно сказать, официальным образцом для подражания, примером чести, доблести и геройства для будущих поколений.

Похоже, лодку решили «не раскачивать», но ситуация осталась, как говорится, «так себе» – «ни Богу свечка, ни черту кочерга»: вопросов больше, чем ответов, одно не стыкуется другим, а другое с третьим. Неразбериху лишь усиливает звонкий, но в данном случае совершенно бессмысленный лозунг «Не трогайте, это наша история!», а также странные потуги на местах – например, попытки продавать «Ленинский квас» наряду с «Колчаковским».

По дороге к храму

Или взять иркутский шедевр, на который далеко не все обращают внимание. В самом центре города, у подножия Крестовоздвиженской церкви уже много лет красуются большие буквы названия трамвайной остановки – Ленина. Казалось бы, суперпримирение. Настоящий Ильич (не сказочный, тот, что у новогодней елочки с детишками) просто требовал расстреливать священников пачками, не взирая и не вникая. И расстреливали, да еще и громили церкви, плясали на святых мощах. Неужели между примирением и забвением поставлен знак равенства? Вероятно, руководству Русской православной церкви было бы уместно если не придать Владимира Ильича анафеме (тогда рухнет даже подобие примирения), то хотя бы отказаться от соседства с таким названием остановки, добившись снятия остановочной надписи. Впрочем, о такой инициативе иерархов РПЦ пока неизвестно, хотя в иных случаях (когда, скажем, кто-то спел в храме небожественную песенку) они куда суровее и решительнее…

В поисках «вождя-примирителя» иных заносит прямиком в кювет. Так, вологодский губернатор Георгий Филимонов на днях умудрился не только открыть памятник Сталину, но и провозгласить Иосифа Виссарионовича фигурой, «объединяющей всех без исключения». Так и хочется добавить: «Всех, кто остался жив». Безусловно, в рамках национального примирения какое-то место необходимо отвести и Сталину, хотя сделать это будет крайне трудно. Но чтобы Сталин, как говорится, возглавил процесс?

«Железный Феликс» как символ… чего?

Ну и как в такой беседе без товарища Дзержинского? Его имя недавно вернули президентским указом Академии ФСБ, а может, и возвратят памятник на Лубянку. «Холодная голова, горячее сердце, чистые руки». Действительно, миф о «благородном Феликсе» как символе отечественной госбезопасности, пройдя испытания на прочность, обретает второе дыхание. Но как быть с тем, что ВЧК объединяла в себе розыск, следствие, обвинение, суд, приговор и его исполнение? Весь набор в одном месте, без обжалования и адвокатуры. Это прямая дорога к неизбежным, причем массовым и чудовищным злоупотреблениям и произволу. И полное отрицание современных основ правосудия. А когда некоторые вожди пытались отнять у чекистов те или иные полномочия, то Феликс Эдмундович давал жесткий «отлуп».

Собственно, и красный террор времен Гражданской войны не сильно уступал по размаху репрессиям 1937–1938 годов. Более того, именно тогда, с ведома и под контролем Дзержинского, появился институт политических заложников. Кстати, если о личном, то в быту «железный Феликс» был не так уж скромен – например, даже в первый, голодный период советской власти с комфортом отдыхал-лечился за границей. И кроме того, высоко ценил своих подчиненных, будущих руководителей НКВД Генриха Ягоду и Леонида Заковского, чьи руки не то что по локоть, а по плечи в крови (особенно у Заковского). Тут и душевные поздравления, и именные часы за отличную службу…

Да, назвать Феликса Дзержинского абсолютным злом было бы преувеличением. У «чекиста № 1» было немало плюсов. Но надо ли столь высоко возносить на пьедестал? Что это – примирение или уже реванш, причем в позднесоветской обертке? Позитивные стороны были и у Лаврентия Берии, но ведь памятников ему почему-то нет. А сделал-то полезного для страны он куда больше Дзержинского… Говорят, даже Николай Иванович Ежов слыл по молодости хорошим человеком, да и позже бывал приятен в общении. Но в целом… Или заслуга Дзержинского и в том, что он просто-напросто рано (или вовремя) умер – еще в 1926-м?..

***

Нередко можно услышать призывы «не очернять историю». Закавыка в том, что авторы таких призывов, как правило, не могут объяснить, что конкретно имеют в виду. Прямые искажения – это одно, а замалчивание неудобных (с чьей-то точки зрения) фактов… тоже ведет к их искажению. История – мамаша суровая, и она не терпит фальши: было так, как было, а не как кому-то сейчас хочется. Это наука, а не служанка сиюминутной политики. Только на этой основе нам – пусть и не сразу – будет понятно происходившее раньше, происходящее сейчас и предстоящее в будущем. Иначе так и будем блуждать, не видя выхода, в лабиринтах примирения.

  • Расскажите об этом своим друзьям!

Тэги:

У нас есть похожие статьи и новости: