ЗДРАВСТВУЙТЕ!

СПРАВКИ
НА КАЛЕНДАРЕ

«Сад моей памяти»: Фоторепортёр Владимир Калаянов

Александр Князев   
11 Января 2018 г.
Изменить размер шрифта

1101 8 3a 

Эта книга известного иркутского фотохудожника Александра Князева ещё не издана, но уже привлекла к себе внимание многих. «Сад моей памяти» автор не просто написал, а сложил из фотографий и скупых воспоминаний. Получился цикл фотоэссе, где, кроме иркутян, вы встретитесь со многими интересными людьми... Читайте и смотрите!

1101 8 3 

Отец, погибший в Великую Отечественную в 1943-м, писал с фронта: «Не вернусь, мой фотоаппарат пусть возьмет Володя». Так и случилось. Володя стал фоторепортёром, и на некоротком веку «Молодёжки» был самым заметным, самым отчаянным и самым непривередливым. Тривиальное репортажное событие он превращал в загляденье, люди на его портретах сияли характером и умом, а перекрытие Ангары в Усть-Илиме в его версии стало космическим происшествием... Большой мастер! Ему было тесно и неуютно работать с допотопной и неуклюжей советской аппаратурой, да ещё обладая техническим даром и золотыми руками, как тогда говорили... Он придумывал и делал фантастические отражатели для вспышки, постоянно экспериментировал с оптикой, мастерил самые хитроумные приспособления... Своей изобретательностью он перекрывал несовершенство, чтобы быть впереди коллег, чтобы работать по самому верху убогой техники... Ему это удавалось, без сомнения.

Как репортёр, он был лёгок и скор, при этом постоянно искал случай забраться туда, где «нога не ступала» – он сам пробивал нелёгкую репортёрскую тропу. И коль скоро мы, юные, напевали тогда в приступе журналистской романтики: «...трое суток шагать, трое суток не спать ради нескольких строчек в газете», то сегодня понятно, что была эта песня про Калаянова, и составляла она его будни.

В тёмный редакционный закуток можно было в любое время зайти через лабиринт чёрного бархата. Володя, неизменно элегантный, по обыкновению купался в проявителе, но встречал, как дорогого гостя, а в глазах светился азарт прошлой съёмки, еще не изжитый... Его аристократическая приветливость поначалу сбивала с толку, и ты забывал, зачем пришёл... Зачем-зачем?! Потрепаться с хорошим человеком! И Володя пускался в увлекательный рассказ о последней охоте, которая обошлась без добычи, об антиквариате не только фотографическом, о мотоциклах и автомобилях, что он лелеял собственными руками, как никакой автосервис не может. Нам даже казалось, что его «колхозный запорожец» на ходу был не хуже «хаммера». Обаяние Володи отсвечивало изрядно даже в его автомобиле.

Это обаяние было настолько могучим, что делало его недоступным для обид, а потому Володя славился в редакции ещё и как постоянный потерпевший от многих лихих розыгрышей, эпиграмм, дерзких шуток. Он всегда улыбался в ответ и отговаривался с легким заиканием: «Ст-т-таричок, спасибо – потешил».

Сейчас мне кажется, что Володя был целой эпохой добросердечия той редакционной жизни. С его уходом что-то утратилось, прервалось.

А дружеский «прикол» Лёни Мончинского звучал бы сегодня, как весёлая эпитафия:

Калаянов ты наш, Калаянов,

Гордость города на Ангаре.

Даже Ленин, который Ульянов,

О тебе не мечтал в Октябре.

  • Расскажите об этом своим друзьям!
ПУБЛИКАЦИИ ДЛЯ ТЕХ, КТО ЧИТАЕТ ВДУМЧИВО Наша историяСудьбы людские Наша почта, наши споры Поэзия Проза Ежедневные притчи
ПУБЛИКАЦИИ, ОСОБЕННО ПОПУЛЯРНЫЕ СРЕДИ НАШИХ ЧИТАТЕЛЕЙ
ПУБЛИКАЦИИ ДЛЯ ТЕХ, КТО СЛЕДИТ ЗА ДОХОДАМИ И РАСХОДАМИ Все новости про пенсии и деньги Пенсионные новостиВоенным пенсионерам Работающим пенсионерам