ЗДРАВСТВУЙТЕ!

СПРАВКИ
НА КАЛЕНДАРЕ

Mente et malleo («Умом и молотком!»)

Алексей КОРОЛЬКОВ, профессор ИГУ, д-р геол.-мин. наук   
24 Августа 2017 г.
Изменить размер шрифта

 

К семидесятилетию первой алмазной Тунгусской экспедиции.

2408 8 1

В поисках первых сибирских алмазов

Прошло 70 лет от работы первой легендарной Тунгусской алмазной экспедиции в пределах Сибирской платформы. Вначале поиски были связаны с бассейном реки Нижней Тунгуски в Иркутской области, а с 1948 года захватили дополнительно бассейн реки Вилюй в республике Якутии. Некоторое время экспедиция работала одновременно в бассейнах рек Нижней Тунгуски и Вилюя. Но после открытия крупных россыпных алмазных месторождений в бассейне реки Вилюя партией Г.Х. Файнштейна Тунгусская экспедиция была переименована в Амакинскую и стала круглогодичной с базой в п. Нюрба. Фактически началом работы Амакинской экспедиции, по мнению иркутских геологов-алмазников, следует считать 1947 год. Результатом всех этих геологических исследований стало выявление крупнейшей Якутской алмазной провинции, содержащей россыпные и коренные источники алмазов. Наиболее крупные коренные месторождения алмазов в кимберлитовых трубках обнаружены геологами в Якутии, где построены новые города, но поиски продолжаются и в Иркутской области.

Прогноз Одинцова

Михаил Одинцов в молодости, 1939 год

Анализ геологического строения Сибирской платформы, содержащей глубинные породы трапповой формации, позволил Михаилу Одинцову в 1939 году и Владимиру Соболеву в 1940 году независимо друг от друга сделать прогноз о наличии алмазов на этой территории. Однако настоящим инициатором поисков алмазов в Восточной Сибири стал 36-летний Михаил Одинцов, «заболевший» этой проблемой еще перед войной, а после войны организовавший первую поисковую алмазную Тунгусскую экспедицию в 1947 году, совмещая в одном лице должность главного геолога и главного инженера. Очень скоро молодой ученый и геолог понял, насколько трудно подтверждать выданные прогнозы на практике...

Михаил Одинцов – коренной иркутянин [1]. Родился в 1911 году в семье вузовских преподавателей истории, логики, литературы. Получил от родителей блестящую философскую и литературную подготовку. Очень много читал книг о героях и путешествиях, любил поэзию серебряного века и сам сочинял прекрасные стихи, обладал великолепной памятью. В обращении со всеми людьми был прост и доступен. Очень любил дружеские встречи, где всегда читал стихи, пел и мог сплясать особый танец «с подковыркой на локтях». Вначале он был студентом-биологом, но резко поменял профиль своей специальности после летнего полевого сезона 1931 года в геологической партии.

К началу организации Тунгусской экспедиции Михаил Одинцов уже защитил кандидатскую диссертацию и руководил кафедрой исторической геологии Иркутского государственного университета, был опытным геологом, отработав 15 полевых сезонов в горно-таежных условиях на поисках различных полезных ископаемых (рис. 1). Особенно ответственной и результативной была его деятельность в военные годы в Мамско-Чуйском районе Иркутской области по поискам и добыче слюды мусковита - стратегического сырья того времени.

Траппы – комплекс глубинных пород, состоящих из базальтов и их туфов, долеритов, габбро. Считается, что сформировались в результате глубинной конвекции в нижней мантии и рассеянного рифтинга – растрескивания земной коры. Они образуют согласные с осадками пластовые интрузивные тела и излившиеся на поверхность лавовые покровы. Поэтому в долинах пересекающих траппы рек образуются ступени, напоминающие природные лестницы - траппы. Базальты образуются из магмы, остывающей на поверхности Земли, а долериты и габбро – из магмы, остывающей на разных глубинах внутри Земли. Долериты сейчас широко используются для изготовления могильных плит как наиболее прочный камень черного цвета. Впервые зафиксировал траппы в пределах Сибирской платформы во второй половине XIX века геолог и польский ссыльный Александр Чекановский, результаты пионерских маршрутов которого по огромной территории платформы длительное время были наиболее ценным геологическим материалом для последующих изыскателей.

Михаил Одинцов впервые познакомился с траппами в 1939 году, когда проводил геологические маршруты по реке Илимпее – левому притоку реки Нижней Тунгуски вместе со студентом-географом Дмитрием Марковым, уроженцем д. Марково. Такая же трапповая формация имелась в пределах южной части древней Африканской платформы, где уже полным ходом шла разработка коренных месторождений алмазов – кимберлитовых трубок, аналогичной по строению древней Сибирской платформе. Это было известно молодому ученому-геологу Одинцову из курса исторической геологии. Таким образом, наличие трапповой формации стало главным теоретическим обоснованием для поиска алмазов в Сибири. Поэтому первые поисковые маршруты Михаил Одинцов наметил в бассейне реки Нижней Тунгуски, пересекающей траппы (рис. 2)

Участники экспедиции 1947 года

В 1945 году закончилась кровопролитная война, из которой наша страна вышла победительницей. Но необходимо было восстанавливать разрушенное хозяйство. Для различных отраслей промышленности требовались сверхтвердые минералы, чтобы создавать прочные и эффективные инструменты. Алмаз – самый твердый в мире минерал. Только 20-30 % алмазов используются в ювелирной промышленности для получения бриллиантов. Остальные 70-80 % - технические алмазы для промышленности. После войны технические алмазы приходилось закупать за границей за большие деньги. Поэтому правительство было крайне заинтересовано в поисках сверхтвердого сырья в нашей стране.

Несмотря на трудности и лишения, в СССР после войны особенно сильны были патриотические настроения, гордость за страну-победительницу, уверенность в завтрашнем дне. Молодежь жадно стремилась к знаниям и поискам неизведанного. Но опытных геологов не хватало. Студентов-геологов вузы готовили мало. Например, на геологическом факультете ИГУ выпуск 1946 года состоял только из 8 девушек, все юноши были на фронте. Для работы в первой экспедиции на поисках алмазов Михаил Одинцов привлек местных жителей северной части Иркутской области, молодых геологов, недавно демобилизовавшихся из армии, ассистентов и студентов геологического и географического факультета ИГУ, молодых инженеров-физиков ИГУ. Участниками первой Тунгусской алмазной экспедиции 1947 года были: Михаил Михайлович Одинцов – технический руководитель, Иннокентий Иванович Сафьянников – начальник экспедиции, Владимир Борисович Белов - геолог, Григорий Хаимович Файнштейн - геолог, Сергей Никифорович Соколов - геолог, Павел Петрович Середкин - геолог, Владимир Владимирович Алексеев - геолог, Минна Семеновна Бабкова – ассистентка ИГУ, Анна Петровна Труфанова – ассистентка ИГУ, Анатолий Гаврилович Золотарев – студент-географ ИГУ, Анна Андриановна Орлова – студентка-геолог ИГУ, Евгений Михайлович Пауллер – инженер-рентгенолог, Алексей Иванович Дорофеев – инженер-рентгенолог, Ида Леонтьевна Кривенкова - минералог, Иннокентий Трофимович Куницын - летчик, Константин Сергеевич Турицын - студент, приемный сын М.М.Одинцова (его родной племянник), Вера Лукьяновна Сиденко – студентка-геолог, Виктор Медницкий – выпускник средней школы, В.А. Ружицкий – инженер-геолог, М.Н. Богословская - минералог, Петр Иванович Куницын – заведующий хозяйством экспедиции, Мария Васильевна Куницына – повар, жена П.И. Куницына.

В 1948 году в состав экспедиции вошли Варвара Александровна Кадникова – минералог, Алексей Иннокентьевич Коненкин – экономист, местный житель, Константин Дмитриевич Янковский – поисковик, охотник-медвежатник, искавший алмазы на месте падения Тунгусского метеорита

Информация об участниках первой Тунгусской экспедиции дана по воспоминаниям самого Михаила Одинцова [2] – вдохновителя и организатора поисков алмазов на Сибирской платформе. У некоторых не удалось разыскать полного имени и отчества. Из участников экспедиции 1947 года мне были знакомы Г.Х. Файнштейн, А.П. Труфанова, А.Г. Золотарев, К.С. Турицын, который и подарил книгу воспоминаний своего отца М.М. Одинцова [2] с характерной дарственной надписью: «Алексею Тихоновичу, внимательному читателю этой книги и ее популяризатору, с уважением. 16.11.1995 года. К.С.Турицын». С 1989 по 2016 год я работал на кафедре геологии и геофизики Иркутского государственного университета (преемницы кафедры исторической геологии). В 2016 году эту кафедру ликвидировали, присоединив оставшихся преподавателей к кафедре динамической геологии, где я продолжаю работать в настоящее время в должности профессора. Почти 30 лет читаю курс исторической геологии, который до 1954 года читал М.М.Одинцов, а после него до 1990 года А.П.Труфанова – участники первой поисковой алмазной Тунгусской экспедиции. К моменту написания статьи в 2017 году никого из первопроходцев этой экспедиции 1947 года найти не удалось.

Бассейн реки Нижняя Тунгуска

Бассейн реки Нижняя Тунгуска

Но посчастливилось познакомиться с Коминой Любовью Константиновной [3], всю свою жизнь посвятившей поискам алмазов. Еще студенткой в 1946 году под руководством М.М. Одинцова она изучала медистые песчаники Сибирской платформы, попутно в этот год они открыли и дали первую характеристику Ботовской пещеры [5] - самой длинной и знаменитой в Иркутской области. В 1947 году Л.К. Комина работала в Восточном Саяне на поисках олова в партии «ВостСиболово». Но с 1948 года в качестве начальника отряда она оказалась в Тунгусской экспедиции, а после окончания Иркутского государственного университета в 1949 году была зачислена геологом в партию № 4 Амакинской экспедиции (переименованной Тунгусской), где трудилась в круглогодичных условиях до 1970 года, затем – до 1983 года работала старшим инженером-геологом ВостСибНИИГГиМСа. Любовь Константиновна назвала мне еще нескольких участников Тунгусской экспедиции 1948 года: Питаев Владимир – геолог, его жена Питаева – минералог, Гладий Григорий Семенович – летчик, Фролов Петр Дмитриевич – летчик, Лосев Игорь – студент-горняк.

Организация

Исследования Тунгусской экспедиции приходилось вести в слабо освоенных труднодоступных районах, где большую помощь оказывали местные жители эвенки, снабжавшие геологов оленями и помогавшие при транспортировке геологических партий. Топографических и геологических карт фактически не существовало. Не было даже аэрофотоснимков. Это приводило к частой потере ориентировки и геологами, и даже летчиками, которые опирались лишь на визуальную привязку. По словам Л.К. Коминой, перед маршрутами приходилось долго расспрашивать местных жителей-охотников о предполагаемых ориентирах, которые зачастую от руки чертили схемы известных им рек.

Продовольствие и снабжение экспедиции доставляло немало хлопот начальнику экспедиции и его заместителю. Транспортировка осуществлялась либо лошадями и оленями, либо лодками и плотами по реке Ангаре, Лене, затем через перевал на лошадях до р. Нижняя Тунгуска на базу экспедиции. Никаких вездеходов, машин и моторных лодок не было. Поэтому совершенно правильным было решение М.М.Одинцова назначить руководителями местных жителей, очень ответственных и опытных таежников: начальником Тунгусской экспедиции Иннокентия Ивановича Сафьянникова, а заместителем по хозяйственной части – Петра Ивановича Куницына. Они имели большой авторитет среди местных охотников русских и эвенков.

Отряды

В 1947 году М.М.Одинцовым было организовано несколько поисковых отрядов, которые работали преимущественно в бассейнах крупных левых притоков реки Нижняя Тунгуска. В первый год планировалось охватить поисками как можно большую площадь и наметить участки для крупнообъемного опробования галечников. Отряд под руководством В.Б.Белова исследовал бассейн р. Илимпея, под руководством Г.Х.Файнштейна – бассейн р. Чуни. Остальные геологи занимались в 1947 году шлиховым опробованием крупных левых притоков р. Нижняя Тунгуска и крупнообъемным опробованием галечниковых отложений на участке Синий Хребтик в бассейне р. Малой Ереме и на участке Чайка в бассейне р. Большой Еремы. Отряд Михаила Одинцова был наиболее мобильный, так как технический руководитель экспедиции планировал за лето посетить все участки полевых работ и сделать с помощью самолетов рекогносцировочные маршруты всей площади поисков. Он состоял из его сына студента Константина Турицына, школьника Виктора Медницкого и студентки-геолога Веры Сиденко.

Методика

В мировой геологической науке не существовало на тот момент методики поисков кимберлитовых трубок – коренных источников алмазов. Более того, первые иркутские геологи-участники Тунгусской экспедиции не были знакомы с самой породой кимберлитом, образцов которой не было ни в одном геологическом музее г. Иркутска. Михаил Одинцов решил детально обследовать речные отложения в бассейне р. Нижняя Тунгуска в районе распространения траппов. Некоторые методические приемы исследования речных концентраций алмазов им были заимствованы из опыта поисков и отработки бедных алмазных россыпей Урала. Было решено отбирать крупнообъемные пробы преимущественно из галечных отложений при одновременном шлиховом опробовании всех притоков. После обогащения проб на промприборах требовалась рентгеновская установка. Кристаллы алмазов светились под действием рентгеновских лучей. Методика поисков кимберлитовых трубок по пиропам (тяжелый гранат от светло- до темно-красного, «вишневого», цвета) появилась только в 1954 году, когда детально был изучен минералогами А.А. Кухаренко и Н.Н. Сарсадских доставленный в Ленинград из Южной Африки кимберлит. Именно они посоветовали поискать коренные месторождения алмазов с использованием вариаций концентрации пиропов в шлихах. Используя этот совет, молодая аспирантка Лариса Попугаева открыла первую кимберлитовую трубку «Зарница» в 1954 году. После этого иркутские геологи, вооружившись этой методикой, нашли в середине прошлого века самые крупные промышленные коренные месторождения, благодаря которым сейчас существует г. Мирный, г. Удачный, г. Айхал и другие. Но в 1947 году никто из участников Тунгусской экспедиции не знал об этой методике поисков кимберлитовых трубок...

Лётчики

Большую помощь экспедиции оказывали самолеты ПО-2, которые могли принимать на борт только одного пассажира и легкий груз. С большой теплотой вспоминает Михаил Одинцов о первом пилоте – бывшем военном летчике майоре Иннокентии Трофимовиче Куницыне, демобилизованном из армии из-за язвы желудка. Несколько раз они с ним попадали в нештатные ситуации. Только смелость и большое мастерство пилота помогли выжить, когда неожиданно в полете отвалился винт двигателя по причине заводского брака. В другой раз они с М.М. Одинцовым заблудились в тайге при рекогносцировке и сожгли все горючее, а потом 3 дня шли по тайге к людям. Летчик смог благополучно посадить самолет на речные косы... К сожалению, Иннокентий Тимофеевич Куницын трагически погиб в 1948 году в бассейне реки Вилюй, где он смог посадить самолет в снежную бурю с двумя пассажирами на борту. Но затем неправильно сориентировался на местности из-за непогоды. Хотя они сделали плот, рассчитывая приплыть на Нижнюю Тунгуску, но оказались в глухой безлюдной таежной местности бассейна р. Вилюя. Плот поймали якуты, но из троих выжил только один. Организм страдавшего язвой желудка летчика Иннокентий Тимофеевича Куницына не выдержал испытаний...

Значение

Поисковые работы 1947 года охватили громадную площадь около 70 тыс. км2, геологическое строения которой до этих работ было практически не известно. Не имелось даже мелкомасштабной геологической карты, а топографическая основа 1: 1 000000 масштаба во многих местах была составлена «по расспросным данным», то есть по сведениям местных охотников. Только после работ полевого сезона на эту территорию была составлена первая геологическая карта.

В 1947 году иркутские геологи отобрали большеобъемные пробы из галечников в бассейнах рек Малой и Большой Еремы, большое количество шлиховых проб, а также наметили участки для отбора крупнообъемных проб в бассейнах рек Илимпея и Чуни. Однако в 1947 году крупнобъемные пробы не смогли проанализировать, так как не имели рентгеновской установки. Поэтому первый обломок кристалла алмаза размером со спичечную головку был обнаружен с помощью самодельного рентгеновского аппарата из отобранных ранее проб на участке Синий Хребтик из бассейна р. Малая Ерема только летом 1948 года. Кроме единичных алмазов, летом 1948 года Тунгусской экспедиции удалось найти небогатую алмазную россыпь в бассейне р. Большой Еремы.

Поиски были ориентированы на открытие россыпных месторождений алмазов, только после их обнаружения планировалось искать кимберлитовые трубки-коренные источники алмазов. Но иркутские геологи по-прежнему не знали методики поисков коренных месторождений алмазов. Надежные минералы-спутники алмазов оставались не известны.

Эти находки убедили руководство Восточно-Сибирского геологического управления (ВСГУ) и Министерство геологии СССР увеличить ассигнование Тунгусской экспедиции и прислать необходимое оборудование. Кроме того, как пишет М.М.Одинцов, «находка алмаза на Нижней Тунгуске всколыхнула геологический мир». Приехали геологические партии из ВСЕГЕИ (Всесоюзного геологического института), ВИМСа (Всесоюзного института минерального сырья), ГИНа (Геологического института АН СССР)

Но самое главное - геологическое чутье, опыт и смелость Михаила Одинцова позволили ему решительно расширить площадь поисков после результатов работ 1947 года в бассейн р. Вилюй, потому что в верхнем и среднем течении р. Вилюй также пересекает породы трапповой формации. Свои предложения М.М. Одинцов направил в Москву, но этот план не поддержало финансированием Министерство геологии СССР, рекомендуя экспедиции сосредоточиться в 1948 году только в бассейне р. Нижняя Тунгуска. Тогда Михаил Одинцов к 1 мая 1948 года принял решение действовать самостоятельно. После первомайской демонстрации наиболее активные участники Тунгусской экспедиции собрались на квартире у Михаила Михайловича в доме специалистов на ул. Марата. В эти дни были пасхальные праздники, на столе стояли крашеные яйца. В шутливой форме Михаил Одинцов за столом вручил Григорию Файнштейну яйцо, где акварелью была нарисована р. Вилюй и надпись: «Гришка, на Вилюй!». Это удивительное предвидение привело к тому, что уже летом 1948 года на Соколиной косе р. Вилюй отрядом Г.Х. Файнштейна была обнаружена богатая алмазная россыпь. С этого года началось освоение Якутской алмазной провинции.

Заключение

Первая Тунгусская экспедиция по поискам алмазов тесно связана с личностью Михаила Михайловича Одинцова, которого все участники экспедиции единодушно считали «отцом сибирских алмазов». Многие его ученики и участники Тунгусской экспедиции получили высокие награды за открытие месторождений алмазов в Якутии, включая Ленинские премии (Белов Владимир Борисович, Файнштейн Григорий Хаимович, Буров Алексей Петрович, Щукин Владимир Николаевич, Юркевич Ростислав Константинович, Хабардин Юрий Иванович). Только М.М. Одинцов – первый организатор и вдохновитель поисков алмазов на Сибирской платформы - не получил самой высокой премии государства. Все иркутские геологи-алмазники были глубоко возмущены этой несправедливостью (Г.Х. Фаинштейн и В.Б. Белов даже отказывались от этой премии).

После образования в 1949 году круглогодичной Амакинской экспедиции (вместо географически привязанной к местности Тунгусской из-за соображений секретности алмазных работ), что произошло на общем совете актива экспедиции по предложению ее первого техрука, М.М. Одинцов на время отошел от руководства. В этом году он защитил докторскую диссертацию и был назначен первым деканом самостоятельного геологического факультета Иркутского государственного университета с одновременным исполнением обязанностей заведующего кафедрой исторической геологии. Затем в 1954 году ему предложили стать директором Геологического института АН СССР, ныне известного как Институт земной коры СО РАН. М.М. Одинцов – лидер иркутской геологической школы, член-корреспондент АН СССР, председатель Президиума Восточно-Сибирского филиала АН СССР, организатор поисковых работ россыпных и коренных источников алмазов, инженерно-геологических исследований по изучению трассы БАМ, по изучению водохранилищ и других работ. Строительство Иркутского Академгородка и корпусов основных зданий академических институтов происходило также под его руководством.

Деятельность М.М. Одинцова на алмазной стезе продолжилась в 1951 году, когда он возглавил Северную геолого-съемочную экспедицию. С этого времени активизировалась научно-исследовательская деятельность на геологическом факультете ИГУ. В геолого-съемочных работах в пределах алмазоносных районов принимали участие многие преподаватели, студенты геологического факультета ИГУ и геологи ВСГУ: А.И. Бердников, М.Ф. Кузнецов, Г.А. Кузнецов, А.П. Труфанова, П.И. Шамес, С.Ф. Павлов, Н.А. Логачев, Б.В. Успенский, В.К. Солецкая, А.Н. Рассказчиков, А.Н. Булгатов и другие. В это время происходило истинное слияние науки и производства, и лидером этих геологических исследований был этот удивительный человек, который умел не только делать прогнозы, но блестяще претворять их в жизнь. Недаром девизом геологического факультета ИГУ остается любимая поговорка первого декана профессора М.М. Одинцова «mente et malleo» - умом и молотком!

Автор выражает глубокую благодарность геологу-алмазнику Коминой Любови Константиновне за ценные советы при подготовке статьи.

  • Расскажите об этом своим друзьям!
ПУБЛИКАЦИИ ДЛЯ ТЕХ, КТО ЧИТАЕТ ВДУМЧИВО Наша историяСудьбы людские Наша почта, наши споры Поэзия Проза Ежедневные притчи
ПУБЛИКАЦИИ, ОСОБЕННО ПОПУЛЯРНЫЕ СРЕДИ НАШИХ ЧИТАТЕЛЕЙ
ПУБЛИКАЦИИ ДЛЯ ТЕХ, КТО СЛЕДИТ ЗА ДОХОДАМИ И РАСХОДАМИ Все новости про пенсии и деньги Пенсионные новостиВоенным пенсионерам Работающим пенсионерам