ЗДРАВСТВУЙТЕ!

СПРАВКИ
НА КАЛЕНДАРЕ

Каждому своё

Михаил БРЕХОВ   
04 Апреля 2016 г.
Изменить размер шрифта

 

Михаил Петрович родился в Иркутске, здесь окончил школу, и потянула его романтика: до службы в армии на Дальнем Востоке успел потрудиться на БАМе, потом ездил по другим стройкам, заочно получил высшее техническое образование. Вернувшись в Иркутск, старался работать там, где можно было освободить лето для путешествий... Пару лет назад перебрался к Байкалу, обитает на даче недалеко от Слюдянки, ходит в лес, в горы, жизнью такой доволен и регулярно шлёт «эмэмэски» с видами природы друзьям­иркутянам.

Было это лет тридцать назад, даже и поболее. Окончив институт, я почитал себя очень грамотным и культурным человеком, мог даже к месту вставить в разговор какое­нибудь мудрое латинское выражение, типа suum quique, что в переводе на русский означает «каждому своё». И вот с таким­то багажом понесло меня на железную дорогу – грузить уголь в пассажирские вагоны. До меня на это место только «ссыльных» отправляли: проштрафился проводник или слесарь – банку в руки (железная такая коробка на 15­20 килограммов чёрного золота), и по вагонам.

Вдоль состава машина идёт с угольком, две женщины с не­оконченным начальным образованием его лопатами в эти самые банки забрасывают и мне подают. А когда на улице мороз под сорок, этим дамам (замечательные, кстати, бабушки были, до сих пор их с большой любовью вспоминаю), чем я быстрее по вагонам бегаю, тем меньше мёрзнуть приходится. Вот я и бегал...

Бегу как­то через вагон, засыпав очередные 20 банок в угольные карманы рабочего тамбура, и вдруг – препятствие! Да такое, что мне, культурному и весьма ещё молодому, да к тому же стеснительному человеку, оно показалось просто непреодолимым. Как бы это поделикатнее описать то, что предстало моему, ещё незасаленному телеэротикой взору?! Даже не знаю... Раньше и читатель ведь был не настолько испорчен свободой нравов. Скажем, когда звучала песенка из мультфильма «Голубой щенок»: «Голубой, голубой, не хотим играть с тобой!» – никому ничего такого дурного в голову не приходило.
А сейчас даже дети, вместо того чтобы сопереживать несчастному щенку, ржут по­чёрному над его, как им кажется, нетрадиционной окраской.

Ну да ладно, сказал А, нужно говорить и Б. В общем, тот тамбур, где туалет находится, оказался перегорожен очень даже впечатляющей, э­э, тазовой частью уборщицы. При этом голова и руки, в которых, нужно полагать, была половая тряпка, находились в туалете, за пределами моей видимости, а видимая часть туловища, понимаешь ли, весьма ритмично покачивалась в такт, пойми меня правильно, производимой работе.

В общем, зрелище не для примерного гражданина СССР, в котором, как отважно заявила по телемосту всей Америке другая примерная гражданка, секса вообще не было. Поэтому я, естественно, ничего плохого не подумал, просто несколько взволновался от того, что мои­то женщины на улице мёрзнут, а я тут, можно сказать, вспотел от жары и продолжаю стоять, как предатель общих интересов.

А со стороны глянуть на эту ситуацию? Тут, понимаешь ли, женщина в обтягивающем трико делом занята, а я – чем занимаюсь? Вот то­то и оно. Поэтому, не дожидаясь свидетелей, я решил культурно разрешить ситуацию.

– Извините, пожалуйста, – начал я издалека, то есть не высовываясь в тамбур, – не могли бы Вы немного посторониться, поскольку мне нужно пройти в соседний вагон?

Ответа не последовало. Ритмические движения продолжались без паузы. Выждав несколько секунд, я продолжил немного громче:

– Простите, но мне действительно очень нужно пройти в соседний вагон. Я бы не стал Вас беспокоить, но там женщины на машине мёрзнут...

Движения прекратились на секунду, однако снова возобновились без ответа.

Я выждал ещё немного и наконец рискнул просунуть голову в тамбур:

– Будьте так добры, посторонитесь, пожалуйста, ну хоть чуть­чуть. Простите, но мне бы очень не хотелось толкнуть Вас ненароком.

Женщина опять на секунду замерла и, как мне показалось, даже немного повернула голову в мою сторону. Однако не выпрямилась и не подвинулась. В этот момент по коридорчику стремительно приблизился стекольщик Санька. В отличие от меня он активно пользовался самой эмоциональной частью народного языка.

– Ты чего тут, так­растак, стоишь, проход загораживаешь?!

– Да вот... – я посторонился, открывая его взору озадачившую меня картину. – Прошу пропустить, а она то ли не слышит, то ли... А мне как­то неудобно настаивать.

– Ага, – Санька протиснулся к тамбуру со своим инструментальным ящиком и с размаху припечатал ладонь к тому месту, которое меня так смущало.

– Тамарка, так­перетак, раз­этак, и вот так! Ты чего Миху не пропускаешь, так­перетак?!

И в нескольких образных выражениях Санька обрисовал перспективу возможного развития событий, если дама не поторопится изменить положение своего тела.

Меня бросило в краску.

Женщина быстро выпрямилась, оказавшись довольно­таки молодой и симпатичной особой, в которой я к тому же узнал вчерашнюю соседку по столику в столовой.

Я покраснел ещё больше. Должен признаться, что за тем обедом я не совсем прилично загляделся на плавные движения её красивых рук, и даже решил про себя, что она наверняка занимается музыкой. Сейчас Тамара сжимала в музыкальной руке мокрую тряпку и переводила тёмные глаза с меня на Саньку.

«Кажется, он получит тряпкой по морде», – подумал я и отступил на шаг, чтобы до меня не долетели туалетные брызги.

– Так бы сразу и сказали, – как­то загадочно усмехнулась уборщица, – а то: извините, простите, разрешите... Пойди пойми, что у человека на уме!

Обалдев от такой реплики, я проскочил вслед за Санькой. И до сих пор не знаю, показалось мне это или так и было, но, по­моему, Тамара всё­таки шлёпнула меня тряпкой по мягкому месту и бросила вслед: «suum quique».

  • Расскажите об этом своим друзьям!
ПУБЛИКАЦИИ ДЛЯ ТЕХ, КТО ЧИТАЕТ ВДУМЧИВО Наша историяСудьбы людские Наша почта, наши споры Поэзия Проза Ежедневные притчи
ПУБЛИКАЦИИ, ОСОБЕННО ПОПУЛЯРНЫЕ СРЕДИ НАШИХ ЧИТАТЕЛЕЙ
ПУБЛИКАЦИИ ДЛЯ ТЕХ, КТО СЛЕДИТ ЗА ДОХОДАМИ И РАСХОДАМИ Все новости про пенсии и деньги Пенсионные новостиВоенным пенсионерам Работающим пенсионерам

Тэги: