ЗДРАВСТВУЙТЕ!

СПРАВКИ
НА КАЛЕНДАРЕ

Друг другу в глаза заглянуть...

Дина Валерьевна   
04 Января 2017 г.
Изменить размер шрифта

 

Дина Валерьевна – о себе: «Родилась в Томске в 1970 году, где прожила первые (бессознательные) три года жизни. В 1973 году моя семья переехала в Иркутск, где я окончила среднюю школу № 27. Первые стихи написаны, помнится, лет в шесть, и это было сатирическое послание мальчику по имени Гена. Стихи эти он с интересом прочитал вместе с другом – отнёсся к этому серьёзно. Возможно, это отношение меня и ободрило. С 1989 по 1992 год жила в Петербурге, где был «верлибровый» и «декадентский» периоды моего стихотворчества. Потом переехала в Москву, добывала высшее образование на филологическом факультете МГУ имени Ломоносова. Защитила диплом по теме «Драматургия Александра Галина». Вернувшись в Иркутск, поступила в магистратуру по специальности «Лингвокриминалистика» – особый раздел лингвистики, изучение которого приводит к размышлению об особой ответственности за свои слова. И не только в стихах...»

НА КРАЮ

Нам кажется, что миру края нет.

Но где-то эта линия проходит,

Которая, как горизонт, обводит

Заветной белой кромкой этот свет,

Где сладко пахнут яблони в цвету,

И дышит ветром золотое поле...

Один неверный шаг – и злая воля

Ломает эту тонкую черту...

КОСТЁР ВОЙНЫ

В костре войны, в её кровавой мгле

Не счесть убитых, без вести пропавших,

На поле битвы намертво стоявших

По горло в изувеченной земле.

Сквозь караван десятков мирных лет

Мы слышим плач –

там дети просят хлеба,

Над нашим дедом багровеет небо,

И чёрный ужас застилает свет.

И тело размягчается, как воск,

И не хватает воздуха для стона...

За пазухой ни одного патрона –

Лишь сердце, оглушающее мозг...

Без жалости спалишь себя дотла,

Живой гранатой

бросишь в рукопашный...

Заточен штык, и в потайном кармашке

Икона материнская цела...

Горящий фронт и тот голодный дом...

Война у нас в крови – мы все живём

В том доме,

В том окопе,

В той петле...

Мы сердцем запеклись в её золе.

ПЕРЕДЫШКА

Оглянись, мой друг – стрельба стихает.

Мы успеем дух перевести.

К счастью, здесь пока никто не знает,

Что мы сбились с верного пути.

Посмотри, как нас осталось мало

На тяжелом, хрупком корабле.

Не всегда судьба оберегала

Преданных неведомой земле.

Не грусти – мы вахты отстояли,

Доверяя звёздам и друзьям.

И с любовью душу преломляли,

Как сухую корку – пополам.

Мы в своём сиротстве вне закона:

Пусть не доведётся, может быть,

Голову склонить перед иконой...

Но достанет сердца, чтоб простить.

Снова время, разомкнув объятья

Тишины, несётся градом пуль,

И хрипя весёлые проклятья,

Память выворачивает руль,

Листьями шумя, как парусами,

Словно сказочный огромный лес,

Наша жизнь плывёт перед глазами,

Полная кошмаров и чудес.

МАТЕРИНСКОЕ

Чтоб ни дна мне, ни покрышечки!

Голова моя еловая!..

Спохватилась – нет мальчишечки!..

Убежал, дитя бедовое.

Мне бы нитку, мне б тропиночку –

Мне, видать, дорога дальняя...

Где же ты, моя кровиночка,

Заблудившаяся жаль моя?..

Тёмный лес навстречу хмурится,

Точно недруг перед битвою...

Сохрани тебя Заступница

Материнскою молитвою!..

ГОСТЬЯ

Я теперь не скажу: «Оторви да брось!»

Сладким лепетом одурманенный...

Ты вошла бесшумно, нежданный гость –

Робко, как оленёнок раненый.

Ты раскрыла мне душу книгою –

Вижу пальцы твои освещённые.

И вся жизнь для тебя – религия,

А я просто тварь некрещёная.

Что ты, ошеломлённо нежная,

Потеряла, какого демона?

Ворожея моя безгрешная,

Неразумная, что ж ты сделала?

Мы, как песни, с тобою разные:

Колыбельная и застольная.

Ты в глаза мне посмотришь с ласкою –

От стыда моё сердце стонет.

Назовёшь негромко по имени –

Захожусь от внезапной боли я.

Привяжи меня, прогони меня,

Отпусти грехи мои вольные!

Многих я любил, долго я гулял,

Жил бездумно, ничем не скованный.

А теперь словно в светлый храм попал,

И молиться учусь, очарованный.

МНОГОТОЧИЯ

Расплавились поверхности зеркал...

Едва держась в невероятном крене,

Корабль суеты на сонный бал

Причалил, возвышаясь в лунной пене.

И парус, как живое существо,

Тревожит зренье зябким колыханьем.

Мираж неясен – не прочесть его

Сквозь стёкла, замутнённые дыханьем...

Волнуешься, как будто ждёшь гостей...

И вот, сопровождаемая снами,

Ночная оттепель, сгущая плоть теней,

Вошла в твой дом с певучими дверями –

И всё, что меркло, по углам таясь,

Вдруг закружилось снегопадом в лицах,

Как россыпь огоньков лесных, светясь

Мучительным желанием – продлиться...

И манят, и пунктирят узкий путь,

Вручая тебе кремень и кресало.

Но стоит только невпопад вздохнуть

Или шагнуть не в такт – и всё пропало.

Вновь будешь торопливо собирать

На нитях слуха гаснущие звуки...

Протягивать и снова отнимать

В краю бессонниц тающие руки...

СОНЕТ

Когда меня, как именинный торт,

Украсят, чтобы вынести прощаться,

Ко мне слетит из белых сов эскорт...

Не прогоняйте – пусть себе кружатся.

Стреноженное телом естество,

Распутавшись, сойдёт с земной орбиты,

Тогда и обнаружится родство

Души и тех, кто составляет свиту.

Жаль. Смерть такой жестокий конвоир:

Ни обаяньем взять, ни откупиться...

Мы покидаем неуютный мир,

И к каждому свои стремятся птицы.

Я это вижу, словно наяву...

Не плачь. Возьми себе одну сову.

В МАРТЕ

Жеребёнок мой неокрепший, моя весна –

То брыкаешься, то замрёшь,

то прыгаешь вбок...

И по-новому воздух свеж,

и вода вкусна...

Надо просто жить

и не думать, какой в этом прок.

Как согретое зёрнышко,

я выхожу на свет...

Что-то тает в груди –

наверно, последний снег.

ПО ВЕСНЕ

Когда весной расходятся пути,

Ты чей-то светлый кодекс нарушаешь:

Не по сезону сохнешь, замерзаешь...

А должен таять, сквозь асфальт расти.

Прощаемся – надкусываем нить

Совместного тугого переплёта.

А сверху с треском лопается что-то,

Пока мы рвёмся сцену разделить.

Распалась пьеса – части неравны:

Ты лишь обложку унесёшь в изгнанье,

Где буквы не построены в названье,

Как армия разрушенной страны.

А мне досталось, что не унести:

Твой монолог – фальшивая монета,

Нелепое свиданье без сюжета,

Да камнем в спину брошено «прости»...

И, повинуясь розовой весне,

Простила... Словно в луже утопила:

Ногой толкнула – булькнуло и сплыло.

И почки залпом салютуют мне.

ПОКЛОН

Я кланяюсь тебе издалека,

И снова понимаю сердцем робким,

Что это твоя лёгкая рука

Меня ведёт по заповедным тропкам.

Где, флагами ресницы опустив,

Свой гобелен продумывает осень,

Вплетая оборвавшийся мотив

В таёжный хор величественных сосен.

И в тишине – как вызревший горох –

Потрескивают листья под ногами...

На мягких кочках золотеет мох,

И смотрит лес зелёными глазами.

СВАДЕБНОЕ

Вьюга белой фатой заметает дорожки,

Чтобы сбилась со следа волчица-беда...

Нас зима размешала

серебряной ложкой,

И в клубочек смотала, и катит туда,

Где стоит в ожиданье узорчатый терем,

И хранит в сундучке золотое кольцо.

Там сбывается счастье,

в которое верим...

Надо просто приехать.

Расчистить крыльцо.

И очаг затопить, и заняться ночлегом,

И друг другу в глаза заглянуть...

В этот час

Стихнет мир,

Словно лес, переполненный снегом,

И останутся звезды, влюблённые в нас.

  • Расскажите об этом своим друзьям!
ПУБЛИКАЦИИ ДЛЯ ТЕХ, КТО ЧИТАЕТ ВДУМЧИВО Наша историяСудьбы людские Наша почта, наши споры Поэзия Проза Ежедневные притчи
ПУБЛИКАЦИИ, ОСОБЕННО ПОПУЛЯРНЫЕ СРЕДИ НАШИХ ЧИТАТЕЛЕЙ
ПУБЛИКАЦИИ ДЛЯ ТЕХ, КТО СЛЕДИТ ЗА ДОХОДАМИ И РАСХОДАМИ Все новости про пенсии и деньги Пенсионные новостиВоенным пенсионерам Работающим пенсионерам

Тэги: